Чтение онлайн

Обращенные на него лица смотрели со скорбью и сочувствием. Отец Михаил сделал шаг назад, из комнаты с порталом в спину потянуло прохладной сыростью...

Первым, что появилось в сознании, была боль. Потом возникло место, где жила боль - маленькая жилка на левом виске. Она мерно пульсировала, рождая короткие, обжигающие вспышки. Из цветных пятен, лениво толкавшихся в глазах, проступила белая, идеально ровная поверхность. Она, светясь мягким светом, уходила вдаль, постепенно сужаясь, уступая место черноте с редкими, мигающими колючим светом, точками. На мгновение эту красивую картину заслонило мутное пятно, похожее на чье-то лицо, нахмурило брови или что там у него, пошевелило подобием губ и исчезло. Остались лишь колючие точки, которые называются звездами, и белая дорога, по поводу которой память скромно промолчала. Он смотрел на дорогу в небо, постепенно знакомясь с частями своего тела. На короткий миг он испугался, что процесс присоединения к нему новых частей бесконтролен, и он станет совсем не таким как раньше, на что робко возразил внутренний голос: мол, он и понятия не имеет, каким был раньше. Возразить на это пока было нечего. Тем более что его поджидало новое открытие - мир за пределами его тела был тоже материален! Этот мир уперся в один из его членов острым краем, вызывая в том весьма противоречивые чувства. Следующим включился звук. Кто-то хрипел совсем рядом. Похоже, этому кому-то очень плохо. Ничего, бывает. Вот ему тоже несладко, но он же не хрипит... наверное. Вернулось пятно, довольно быстро стало лицом, мелькнуло еще одно пятно, продолговатое и одно из мест, принадлежащих его телу, начало невыносимо жечь. Огонь полился в центр тела, растекаясь оттуда тонкими струйками.

Это было так больно, что Петер мгновенно пришел в себя и начал кашлять. Через миг его еще и стошнило себе на грудь. Отплевываясь отвратительной до судорог слюной, он приподнялся на локте. Футах в десяти от него на коленях стоял Дэнил, с маленькой фляжкой в руке. Рядом с ним лежал Марк, и его тоже рвало.

– Ничего, - сказал Дэнил и, поморщившись, сплюнул, - щас полегче станет. Все выйдет, если не с блевотиной, то с потом.

– Что случилось?
– еле проворочал шершавым опухшим языком Петер.

– Херня полная случилась, - ответил Дэнил.
– И когда я херню эту найду, она сильно пожалеет, что решила нам подляну сделать.

– Древние маги?
– не понял Петер.

– Да какие, мать твою, маги?
– разозлился Дэнил.

– А кто?

– Понятия не имею. Хотя теперь вариантов немного осталось. Это тебе не деревенские бабы на метлах. Кому-то мы крепко в горле засели. Не понимаю, чего ты здесь такого прочитать можешь, что бы столько сил тратить, останавливая нас.

– Где прочитать?
– спросил Петер.

– В стеле. Или ты забыл, куда мы пришли?
– усмехнулся Дэнил.

Петер покопался в памяти и вспомнил, как они плыли вчетвером по реке.

– Где Мела?
– спросил он Дэнила.

При этих словах Марк подскочил и стал озираться.

– Нормально у вас память отшибло, ничего не скажешь, - вздохнул Дэнил.
– Этак вы и сдохнуть могли.

Он протянул флягу Марку:

– Полглотка, не больше. И сразу лицом на землю.

Петер принял фляжку, сделал маленький глоток и быстро последовал примеру Марка. Жидкий огонь стек по пищеводу и начал растекаться по телу.

– Нас, что, отравили?
– донесся слабый голос Марка.

– Не совсем, - откликнулся Дэнил.
– Вы сами полезли, куда не следует. Хотя, можно сказать, что отравили.

– А где эти отравители? Ты убил их?

– Таких убьешь...
– зло сказал Дэнил.
– Лежи, скоро очухаешься, сам вспомнишь.

Петер закрыл глаза и ушел в себя, в поисках потерянной памяти. В голове всплывали клочки событий, добрая половина из его кошмаров, уступали место новым клочкам, отрывкам фраз, крикам, все это крутилось вокруг оси, в центре которой была его голова, вызывая новый приступ тошноты. Верчение все убыстрялось, уже вместе с землей, на которой он лежал, пока он не потерял ориентацию, и глаза не заболели от яркого света.

Петер смотрел на солнце. Слезы текли из глаз, веки непроизвольно закрывались, уберегая зрачки от ожога. Петер все никак не мог привыкнуть к новому светилу. Уже неделю оно освещало их путь, заменив медленно растаявший в синеве белый диск. Это солнце в полтора раза больше старого, и ещё оно было желтое. Это самое удивительное - новое солнце оказалось похожим на лимон. Даже еще темнее. Непонятно, как такое возможно, тем не менее, вот оно, висело над головой, немного более тусклое, чем настоящее.

Марк вскрикнул, и указал рукой куда-то вперед.

– Человек, - сказала Мела.

Дэнил промолчал. С тех пор, как с неба исчезло старое солнце, он стал куда молчаливее. Порой казалось, что его спутники для него как пустое место, чаще всего он смотрел куда-то поверх голов. Петер с Марком решили, что достигли мертвых земель и, подражая Дэнилу, высматривали неминуемую опасность, уже поджидающую их за ближайшим поворотом реки. Но сначала Дэнил остудил их пыл парой подзатыльников, в особо грубой форме предложив им заниматься, тем, что он сказал, а через несколько дней путешествия по все той же однообразной тундре они и сами перестали ждать демонских полчищ.

Петер посмотрел в ту сторону, куда указывал Марк, но перед глазами только плавали желто-фиолетовые пятна. Он потер глаза, но лучше от этого не стало. Мела повернулась к Дэнилу:

– Это враг?

– Заткнись, - вежливо ответил дикарь.

Дэнил повернулся к Петеру и отвесил подзатыльник:

– Что ты глаза трешь, придурок? Еще раз на солнце посмотришь, я тебе глаза хером тереть буду!

Марк, что-то пробормотав, начал копаться в вещах. Перевернув пару мешков, он вытащил арбалет и завертел рычаг.

– Я тебе его сейчас в жопу засуну, - пообещал Дэнил, и Марк поспешно кинул арбалет обратно. Похоже впереди не враг.

– Чего ты злой такой?
– обиженно буркнул Марк.

– Ничего, сейчас к тому хмырю подплывем, и я стану, очень веселым, - зловеще пообещал дикарь, - не жалуйтесь потом.

Он повернул лодку к берегу. Сидевший среди редкой пожухлой травы человек поднялся и пошел к воде. Единственным разбойником из диких земель, которого они видели до сих пор, был Дэнил, поэтому в представлении Петера все дикари были похожи на их проводника. Но этот оказался совсем другим - среднего роста, худощавый, с узким, выдубленным ветром и солнцем лицом. Обычный бродяга, лет сорока, в потрепанной, бедной одежде. Лодка подошла почти вплотную к берегу, Дэнил уперся в него веслом, выравнивая их суденышко параллельно земле. Потом подхватил Мелу за талию и швырнул на берег. Девушка вскрикнула и обиженно посмотрела на ободранные ладони. Дэнил нашел веревку, которой связывали ведьму, и запустил ею в сторону второго разбойника.

– Подарок, на день рождения, - сказал он громко.

Разбойник равнодушно посмотрел на Мелу:

– Я не знаю, когда родился. Но все равно спасибо.

Мела поднялась и смерила бродягу презрительным взглядом, но, стоило тому поднять на нее тусклые глаза, вздрогнула и съежилась, снова став похожей на замученного ребенка. Дэнил снова ткнул весло в берег, уводя лодку на середину реки.

– А мы, что, слазить не будем?
– с растерянной миной спросил Марк.

Дэнил не удостоил его ответом. Марк обернулся к стоящему на берегу:

– А, что вы с ней будете делать?

– Сварим, - бесцветным голосом ответил дикарь.

Дэнил неприятно засмеялся. Лицо Марка вытянулось. Высокомерная совсем недавно девушка посмотрела на него умоляюще. Марк вертел головой - то на берег, то на Дэнила.

– Дэнил, - промямлил он, - вы же людей не едите?

– Продовольственный кризис, - не совсем понятно ответил Дэнил и снова засмеялся.

Лодка все дальше уходила от людей на берегу. Разбойник деловито связывал руки ведьме. Петер посмотрел вперед, потом на повеселевшего Дэнила и все понял: