Чтение онлайн

И вот уже перед нами стоит могучий витязь. В кольчуге и шлеме. От него исходит мощь и сила. Он молод и прекрасен. Витязь начал свой рассказ.

— Это случилось, когда я, пройдя ряд реинкарнаций, достигнув истинной сути Пути Прави, прошёл обряд посвящения в витязи-волхвы.

Под влиянием Космических явлений нарушилось равновесие между Навью и Явью. На Землю ринулись полчища Навьих тварей. Все Боги всех народов вступили в жестокую битву с тварями. Это были змеи с головами зверей, полулюди-полузвери, вооружённые кривыми мечами, птицы-горгульи. Весь люд бился, защищая свой мир. Вместе с людьми сражались эльфы, гомозули и драконы, которые бились с горгульями.

Когда уже был виден перевес наших сил, мы узнали о битве в ваших двух мирах.

На помощь в ваш мир пошёл волхв Свентояр, взяв тридцать три витязя-волхва. Часть драконов помчалась нам вслед, пока ещё виден был Путь.

Мы сразу вступили в сражение. Казалось, что весь мир превратился в единое поле битвы. Я не знаю, сколько дней и ночей длилось кровопролитие.

Но вот я увидел, как могучий воин бьётся в гуще косматых тварей, и поспешил ему на помощь. Мы, стоя спиной к спине, бились, как одно целое. Мне крепко досталось. Змеи рвали тело острыми ядовитыми зубами. Я чувствовал, как по телу начинает расходиться их яд.

Тогда я теснее прижался к воину и стал передавать ему Знания. Так мы продолжали биться ещё какое-то время. Но силы начали покидать меня. Я не устоял на ногах, и, в этот момент, косматая тварь полоснула мечом моего напарника. Он упал, а я, накрыв его своим телом, прижался лбом к его голове, продолжая передавать Знания. Я знал, что я уже не выживу, а он останется калекой, но будет жить ещё очень долго.

Битва закончилась. На земле остались лежать погибшие и раненые. Живые собирали всех. Убитых людей складывали для совершения обрядового сожжения, чтобы души могли покинуть тела и уйти в Небесное Воинство. Раненым оказывали помощь. На поле сражения появилось множество гномов. Они, щебеча, хлопотали вокруг раненых, исцеляя их.

Мы с напарником лежали рядом. Он на животе, а я на спине.

Мы оба были в сознании. К нам подошли гномы. Они стали залечивать разрубленную спину напарника, что-то обсуждая и, с сожалением, покачивая головами. Меня они не трогали, а только стояли рядом со слезами на глазах. Не жилец, понял я их. Я и сам это знал.

Я повернул голову к воину и спросил:

— Как твоё имя?

— Трогорд, — ответил он. — А твоё?

— Светозар. Помолись Триединому и Волосеню за меня. — Попросил я Трогорда.

— Хорошо, — ответил он. — Но чем я оплачу свой долг перед тобой?

— Ты уже ни чем. Но, однажды, наши потомки встретятся. Вот тогда и произойдёт возврат долга. А чем и как, они решат сами.

К нам подошли воины и помогли встать Трогорду.

Вдруг я почувствовал, как подо мной появилась каменная плита. Она приподняла меня, и я перестал чувствовать своё тело. Моя душа, точнее, я рванулся вверх, но меня остановил Глас Триединого: «Не спеши! Ты ещё нужен этому миру». И я остался и наблюдал, как плавилось моё тело, смешиваясь с камнем. На камне появился гладкий камешек молочного цвета. От него исходило сияние. Камешек начал увеличиваться в размере, расти, и вырос в вытянутое вверх яйцо с мой рост.

— «Это твой Дух, — услышал я Голос. — Он твёрже алмаза и крепче всякой твёрдости. Его нельзя ни чем разрушить. Это Грааль, сердце будущего Терема, с заключённым в нём Духом. Ты будешь жить рядом с ним. И когда свершится Предначертанное, ты оставишь его».

Вокруг Грааля начал подниматься каменный терем. Он был живой.

На местах гибели двенадцати витязей-волхвов выросли живые Терема и Храм, как память о Великой Битве.

Души погибших волхвов ушли в Правь родного мира, и только я остался в мире живых, в мире Сурейн.

У меня на Земле оставались жена и два сына-двойняшки, отроки четырнадцати лет, Белояры. Одного доставили сюда.

И мы снова, молча, переживали услышанное. И опять текли из девичьих глаз слёзы. Вот мы и познакомились с историей Сурейны. Но это оказалось ещё не всё о Великой Битве.

Затянувшееся молчание прервал Ольгер.

— Брат рассказывал, что у орков есть легенда о Большой Битве с иномирными тварями, просыпавшимися, однажды, на Великую Степь. В этой легенде описываются те же твари, что и в летописи. Видимо, это одно и то же событие.

«Когда они уже не могли справляться с тварями, когда был близок конец их жизням, уцелевшие в долгом кровопролитии шаманы отбросили секиры и взяли в руки бубны.

Они развели огромный костёр и встали вкруг него. Шаманы били в бубны, кружили в Последнем Танце и выкрикивали в небеса призыв Высокому Богу — О-о-о-М-м!

А вокруг них шло сражение. Воины закрывали шаманов своими телами, рубили секирами тварей, не давая тем добраться до шаманов.

Вдруг, в небе, пробивая чёрные тучи, появилось Огненное Яйцо. Из этого Яйца вылупилась Железная Птица ТоркХто. Она несла на себе Небесных Воинов. На них были крепкие кожаные доспехи и шлемы. В руках они держали Огненные Секиры.

Воины спрыгнули на землю и стали крушить иномирное воинство.

Раз махнут — нет тысячи тварей. Другой раз махнут — нет ещё тысячи тварей.

Твари от Огненной Секиры усыхали, становясь мелкими червями и жуками. И тогда слетелись степные птицы дорфу и стали клевать этих червей и жуков, не давая им уйти в землю. Дорфу и по сей день выискивают их, разгребая землю лапами.

Так была одержана победа над иномирными тварями.

Небесные воины сели на Железную Птицу ТоркХто, та взлетела в небо, обернулась Огненным Яйцом и исчезла в глубине небесной синевы.

Так рассказывали предки о Большой Битве, о Небесных Воинах и Железной Птице ТоркХто».

— Вот и сложились пазлы исторической битвы, — сказала Маша, утирая слёзы.

— Что такое пазлы? — спросил Вернуэль.

— Это рассыпанные отдельные кусочки, из которых собирают целое, — объяснила Сима.

— Мне пора уходить, — сказал Светозар. И позвал, — пошли к Граалю.

Он направился на выход из библиотеки и мы вслед за ним.

Прошли в кабинет. Светозар подошёл к двери, ведущей на лестницу к казне, кивнул мне, чтобы открыла вход.

Мы спустились до входа в казну, отступили влево и увидели ещё одну каменную дверь с «ладонью» в центре. Я открыла её. За дверью оказался спуск, каменные ступени вели на более низкий уровень. Спустились ещё на этаж и опять оказались перед каменной дверью с «ладонью». И опять я открыла вход. Мы вошли в просторный зал из серого гранита.