Чтение онлайн

– Ли Антон Максимович.

– Ли? – удивился солдат. – Ты случайно не из Вишнянки будешь?

– Да, из Вишнянки, – теперь удивился Антон.

– А жену твою звали Таней?

– Да, Таней. А ты откуда знаешь?

– Татьяна Самохина, это моя двоюродная сестра. Я не мог с тобой встретиться раньше, меня осенью взяли в армию, а вы весной поженились. Поэтому мы с тобой и не знакомы лично. Теперь давай знакомиться. Меня зовут Василий Голованов, – протянув руки, они обменялись крепким рукопожатием. Ты, Антон, иди, выбери шинель сам, если что, скажешь, что я разрешил, а я здесь немного разберусь и к тебе подойду. Понимаешь, мне очень хочется узнать о гибели Тани. Мне, конечно, писали, но ты пойми мне ведь хочется знать от первоисточника, так сказать. От тебя лично.

Антон отошел и стал выбирать шинель. За форму он не беспокоился, она сидела на нем как влитая. А вот с шинелью оказалось совсем плохо. Ему пришлось перемереть почти всю кучу, прежде чем он нашел более или менее подходящий размер. Он заканчивал примерку, когда к нему подошел Василий.

– Я попросил старшину заменить меня на время, объяснил ему причину, так что минут пятнадцать у нас есть. Давай рассказывай.

– Я тебе вкратце расскажу, самую суть, позже возможно будем встречаться, тогда подробнее узнаешь. Дело было так. Этой весной у нас стояла страшная жара. Тебе, наверное, писали об этом.

– Да, я знаю, у нас в некоторых районах пожары замучили.

– То же самое было и у нас. Я в это время работал егерем. Нас всех бросили на тушение пожара. Я знал, что это надолго затянется, потому и позвонил Танюшке, чтобы оставалась у родителей, а после пожаров я приеду и заберу ее с сыном. Она пообещала, и я спокойно уехал.

Она как выяснилось, побыла у родителей пару дней, а потом как с цепи сорвалась. Пришлось им уступить. Она взяла сынишку и поехала к нам на хутор, пообещав, как только приедет, обязательно позвонит матери. И вот по дороге, уже перед самыми Вишнянками, дорогу заволокло дымом, и на подъеме водитель то ли не справился с управлением, то ль наехал на камень, я точно не знаю. Автобус бросило в сторону и он, перевернувшись, покатился с крутого откоса. Внизу загорелся, потом взорвался бензобак.

Все восемь пассажиров, включая и водителя, сгорели. Милиция, конечно, возбудила уголовное дело, но как я понял, расследование провели некачественно. Обвинив во всем водителя, они закрыли дело, в связи с гибелью виновного. Но кое-что меня в этой истории настораживает. Пастух, который сообщил об аварии, по секрету сказал мне, что незадолго перед аварией он видел на перевале чужого человека, обедающим на большом камне. Позже он нашел этот камень далеко внизу. Он считает, что именно этот камень сбил с дороги автобус. Он рассказал об этом в милиции, но они посоветовали не болтать чепухи, а идти дальше пасти своих баранов от греха подальше.

Он конечно и дальше молчал бы, но после опознания трупов оказалось два неизвестных – это и были Таня и Степашка. Администрация района решила всех погибших похоронить там же на месте крушения в одной общей могиле.

Мы узнали о смерти Тани гораздо позже. Родители Тани, не дождавшись ее звонка, забеспокоились, и стали разыскивать меня. Я был в это время в тайге, о катастрофе совсем ничего не слышал. Они не смогли меня найти, и вызвали на переговоры дедушку. Когда дедушка узнал, что Таня четыре дня как уехала к нему на хутор, сопоставил, что женский и детский трупы – это и есть они. Он хоть и крепкий был старик, но от такой новости сердце не выдержало, он умер прямо там на почте. После его смерти меня быстро нашли через управление, связавшись по рации.

Вот так Вася я потерял всех своих родных за одну неделю разом. Оставшись один, я чуть с ума не тронулся, теперь ты поймешь, почему я пошел добровольно в армию.

– Вот, значит, как было, ты уж прости меня, я подробностей не знал и грешным делом думал, что ты в этой истории слегка замешан, хоть и косвенно. Теперь вижу, зря я про тебя плохо думал.

– А я, наоборот, чувствую себя виновным в их смерти. Если бы я хоть на пару дней раньше забрал бы их, ничего бы не случилось. А они старались сделать мне сюрприз, приехав на самые праздники домой. Вот теперь я и праздную в одиночестве, – грустно закончил Антон.

– Ты, Антон, не вини себя. Теперь ничего не изменить. Каждый из нас проживет столько, сколько ему отмеряет судьба, ни минуты больше, ни минуты меньше. Все случится в точно отведенный срок. И мы с тобой не властны над этим.

– Вы что такие хмурые, – спросил подошедший старшина, – случилось что?

– Вот товарищ старшина, это мой зять. А точнее муж моей двоюродной сестры. Она с ребенком погибла этой весной в автокатастрофе. Помните, я как-то говорил вам про это.

– Помню, а как же.

– Вот Антон сейчас и рассказал мне подробности их гибели. Потому и хмурые такие.

– Ничего не поделаешь, ребятки, кому, что на роду написано. Тяжело терять близких, да еще в мирное время. Но ничего не поделаешь, нам остается только набраться мужества и терпеть эту боль, и помнить о них. А до тех пор, пока мы будем их помнить, они будут с нами. Так, что мужайтесь, сынки. Вы теперь воины, и вам еще придется на своем веку не раз увидеть смерть, и не раз вы встретитесь с ней. Будете еще терять друзей и близких, а некоторым возможно и товарищей по оружию. Так что, привыкайте. Господи, и о чем я только говорю. Разве можно к такому привыкнуть.

– Да мы понимаем, но все равно как-то грустно, – ответил Василий.

– А вы все равно не вешайте носы, иди, сержант, переоденься, а то не дай бог зайдет комроты, вот тогда мы оба получим за нарушение формы-одежды.

– Есть, переодеться, – взяв под козырек, ответил Василий, – товарищ гвардии старшина, у меня к вам небольшая просьба. Можно?

– Ну, что там у тебя, говори.

– Товарищ старшина, как бы сделать так, чтобы Антон попал служить в нашу роту?

– Ну, это милок не ко мне. Куда попадет, там и будет служить.

– Товарищ старшина, войдите в положение. Он ведь родственник мой, почти брат, да к тому же недавно потерял жену с сыном. Ему и так тяжело, а тут я буду рядом, все-таки родная душа. Надо же мне поддержать его на первых порах. Я вас очень прошу. Вы поможете не только ему, но и мне.

– Попробую что-нибудь придумать, – помолчав немного, сказал он, – а знаешь, что тут и придумывать ничего не надо. Я видел списки, от нашей роты ты откомандирован в карантинный батальон командиром отделения. Так вот, нам положено пополнение, взамен уволенных в запас, вот ты и составишь список лучших на твой взгляд. Я шепну ротному, чтобы именно тебе поручили составить список. Да ротный и так поручит тебе, ведь именно ты будешь находиться с ними целый месяц, а кроме тебя кто будет знать, на что способно это пополнение. А там за одно и оценишь, на что способен твой родственник. Ты ведь прекрасно знаешь, что нам нужны самые лучшие.

– Ну, на счет этого можете не беспокоиться. Видите, его бог ростом и здоровьем не обидел. Мне из дома писали, что он на медведя-шатуна с одним ножом ходил, и как видите, жив и здоров. Писали, что он хороший охотник, и кулаками хорошо владеет. Вот сейчас и проверим, – и развернувшись, без предупреждения попытался нанести удар по лицу Антона. Антон не сдвинулся даже с места, просто наклонил голову и кулак просвистел мимо. – Видите, он даже не отступил, а просто увернулся, а ведь у меня реакция неплохая.