Зачет по выживаемости
Шрифт:
— Слушай, Алексей.
— Что?
— Как ты думаешь, ребята не погибли?
Алексей остановился как вкопанный, прервав свои стенания и проклятия, медленно повернулся ко мне.
— Как ты сказал?
Прекрасно он слышал, что я сказал. Не стану я больше повторять.
— Погибли кто? — переспросил Алексей, — Валик со своей шестиствольной кулевриной? Или Гриша, который шагу не ступит, пока не удостоверится, что нигде не поцарапается, а поцарапавшись, сразу ищет противовоспалительную сыворотку?..
— Мне кажется, что все это кончится скверно.
— Ты это брось.
— Скверно, — повторяю я.
— Погода ни к черту. — Алексей, поморщившись, поднимает лицо навстречу моросящим каплям.
Эту фразу я, наверное, слышу сотый раз за сегодня, правда, на сей раз без обычной аранжировки «трам-тара-рам».
— Что-то мы все время не то делаем, — говорю я. — «Крестоносец» мы не нашли. Если кто-нибудь из нашей пятерки погибнет, о карьере пилотов можно забыть навсегда.
— Ты с какой ноги сегодня встал, шевалье? — осведомляется Алексей.
— С той же, что и ты.
— Давай возвращаться, — говорит Алексей.
Чудненько. Я прислонился к кривому узловатому стволу. Ноги гудели. До звездоскафа отсюда шесть дней пути. Подобрать нас среди бесчисленных болот и джунглей Юра не сможет при всем желании.
— К НЛО? — спросил я.
— А то куда же?
«Оса» представляла собой никудышное пристанище на ночь: выгоревшая изнутри, пробитая насквозь пулеметными очередями. Со стен, потолка капала дождевая вода. Кроме того, из-за тесноты в кабине негде было даже вытянуть ноги. А еще эти застывшие брызги и потеки на сиденье пилота.
В НЛО оказалось не намного комфортней: тесно, темно, распавшийся перегрузочный кокон навигатора, как яйцо диплодока. Попахивало от него изрядно. Каким-то совершенно невероятным коктейлем. Пованивало. Псиной не псиной, довольно сильный специфический запах, смешанный с запахом неорганических масел.
— Странно, — сказал Алексей. — Вряд ли это — настоящий звездолет. Какое-то здесь все… — он еще раз провел рукой по асимметричным панелям, — примитивное, что ли. Зонд это какой-то или челнок. Возможно, настоящий звездолет сейчас идет на посадку за тысячу километров отсюда.
— На посадку?
— Ну, или кружит над планетой на высоте двух тысяч километров… Жаль. Если бы это был полноценный звездолет, наша команда могла бы заработать на нем целое состояние. Представь, настоящий НЛО-звездолет, затерянный среди болот богом забытой планеты! И знаем о нем только мы пятеро. Да, конечно, вытащить отсюда его мы сами не в силах…
— Ты имеешь в виду продать?
— Угу.
— Кому? Правительству?
— Правительство скупо по своей природе. Да… Ассоциации. Хотя, — Алексей еще раз обвел взглядом внутренности НЛО, — если бы это было полноценное межзвездное судно, каждый из нас при любом раскладе мог бы получить целое состояние. Каждый! А так, материала, подобного этому, у Косморазведки накопилось за десятки лет наверняка… Слышал о Зеленом Полигоне около Фомальгаута?
Риторический вопрос. Один из ораторских приемов, так любимых Алексеем. Зеленый Полигон был основан лет сто назад указом президента Академии Наук. Имени его я, к сожалению, не помню, да и вряд ли сейчас кто-то, кроме специалистов, назовет имя человека, не запомнившегося ничем иным, кроме создания специального, тогда еще безымянного полигона на пятой планете альфы Южной Рыбы. Однако с тех пор все президенты Академии Наук, вступая в должность, начинают знакомство с делами с посещения пресловутой Зеленой Лаборатории, расположенной за семь парсеков от Солнца на полюсе песчаной планеты, пустыни которой так богаты изумрудными окислами меди и специальными ангарами, где заключены останки всех НЛО, с коими когда-либо сталкивались земные корабли.
За десятки лет вокруг Зеленого Полигона накопилось множество легенд. Некоторые из них более или менее правдоподобны, а некоторые просто фантастичны. Например, рассказывают, что лет двадцать назад транспорт «Посейдон» отбуксировал к Зеленому Полигону почти неповрежденный инопланетный корабль, внутри которого оказалась совершенно непостижимая форма жизни, содержавшая в своих генах информацию обо всех без исключения собственных предках. Более того, это было нечто вроде коллективного разума множества индивидуумов, которые жили сто, тысячу, десять тысяч лет назад. По-моему, до сих пор так и не разобрались, было ли это существо действительно пилотом. Закончилась эта история уничтожением транспорта, едва успевшего распаковать свой грузовой отсек в ангаре.
Одна из наиболее правдоподобных, на мой взгляд, легенд гласит, что, несмотря на огромное разнообразие кораблей, заключенных в ангарах Зеленого Полигона, там нет ни одного настоящего НЛО-звездолета, за находку которого обещано баснословное вознаграждение.
Через открытый люк накрапывал дождь, но до нас долетали только редкие рикошетные капли. Против ожидания, на дырчатом полу не было никаких луж, только влажная мохнатая шерсть, как ковер. Силуэты асимметричных угловатых механизмов нависали в темноте над коконом навигатора.
— Не утонем мы ночью? Как ты думаешь, Васич?
— Помереть боишься?
— Пошел ты… В пень. Ясно?
Некоторое время Алексей прислушивался, как мне показалось, не погружается ли под нашей тяжестью НЛО. «Тебе не кажется, что крен увеличивается? Как-то странно поскрипывает корпус, а, Васич?» — «Да нет. Все нормально. Это дождь». Потом Алексей немного успокоился.
Люк мы не стали закрывать отчасти из-за опасения, что сработают неизвестные нам механизмы, и мы не сможем выбраться наружу, а отчасти из-за запаха.
Алексей в нескольких словах описал Юре обстановку.
— Спать будем по очереди, Васич?
Я пожал плечами.
— Да. Отдыхай первый.
Алексей не без удовольствия устроился в перегрузочном коконе пилота, с хрустом потянулся. Лучемет он положил у себя на груди, предварительно поставив на предохранитель. Запах, который исходил от кокона, по-моему, волновал его не сильнее, чем болотная слякоть.
Отверстие люка, серое еще несколько минут назад, почернело и слилось с окружающей темнотой, и в темноте стало заметно, что по граням асимметричных панелей, нависающих над нами, струятся крохотные бледные огоньки. Больше всего это было похоже на то, как под поверхностью пепла скользят, вспыхивают и тухнут искры догорающего костра. Черты Алексея в этом призрачном освещении приобрели отдаленное сходство с лицом Поля, каким я запомнил его в ночь с десятого на одиннадцатое мая в Альпах.
— Да, жаль, что это не НЛО-звездолет, — Алексей зевнул так, что чуть не вывихнул челюсть, поморщился. — Впрочем, с самого начала у нас было не так много шансов. А если бы… представляешь, можно было бы сразу подавать в отставку, прямо через два дня на Базе. Формальности бы заняли несколько часов. Ну, пусть еще неделя на проверку и подтверждение нашей находки. И в конце этого — задержи дыхание на секунду — персональный счет в Гэлакси-Банке. «Господин Дробич, поставьте свою подпись здесь и вот здесь», — «Где-где?» — «Во-от под этим шестизначным числом. Соблаговолите».