Чтение онлайн

Кюхён выходил в числе последних, аккуратно сложив ручку, остро наточенный простой карандаш, тетрадь и учебник. Он заметил, как преподавательница включила плеер, и пренебрежительно улыбнулся, отвернувшись. Но в его голове не успело возникнуть ничего из разряда «молодящаяся бабенка», «несуразная старая дева» и тому подобного. Уровень его самовзрощенного цинизма достиг критической отметки, когда презрительный рефлекс срабатывает прежде мысли, а уровень занятости находился в стадии, когда некогда продолжать думать о том, где ты только что был, если уже собираешься дальше. И рассуждения его пересекли со скоростью света пространство между социологией и сценарием вечернего шоу.

Добравшись до здания агентства, Кюхен встретил коллег по ремеслу почти на пороге. Сохён, Канин и Шивон разговаривали о подробностях СМ-концерта, уточняя что-то и вспоминая то, что, по их мнению, было неправильно когда-либо сделано. Несмотря на юный возраст, Сохён держалась уверено, общаясь со старшими, и хотя возраст усугублялся их численным преобладанием, её не смущало даже это. За знание себе цены и закаленность Кюхён ценил подругу: она недалеко ушла от характера, родственного ему. И сейчас, когда он застал их за беседой, девушка продолжала открыто улыбаться и непринужденно себя вести. Кивнув троице, парень встал рядом. У него ещё было минут десять запасного времени, за счет того, что он быстро приехал из университета.

– В общем, как ни крути, тросы нельзя крепить по-другому, - отрезал Шивон, поминутно поворачиваясь то к друзьям, то к экрану айфона, где печатал кому-то послания. – Когда спускаешься на сцену, нужно думать не только об удобстве, но и безопасности. В конце концов, при должной подсветке и на записи их почти не видно.

– Но они на репетициях даже натирают, - посетовала Сохен.

– Сходи в армию, узнаешь, что такое «натирает»! – хмыкнул Канин, напоминая о том, что воспитание любого айдола должно быть не менее спартанским, чем у военных.

– Ой, ну начинается! – закатила она глаза. – Если я не призывная, думаешь, я не знаю, что такое сложности? Походи на шпильках полжизни!

Канин с Шивоном и Кюхеном переглянулись, вспомнив один из последних перфомансов, где они рядились в платья и танцевали вчетвером с Рёуком кавер на одну из женских групп. Они знали, что такое ходить на каблуках. Работа у них такая, в ней и похуже вещи узнаешь.

– Я лучше бы ещё раз в армию сходил. – не озвучивая вслух то, о чем и так все подумали, вздохнул Канин.

– Знаю я, как вы там служите большую часть времени. Высыпаетесь, в отличие от нас. – ехидно вздернула нос Сохен.

– Ну что ты можешь знать и откуда? – не сдался Канин. – Итык с Хичолем рассказали?

– Да что рассказывать, у нас в агентстве всё все обо всём знают. Даже о том, кто не продерживается дольше полутора минут. Если вы понимаете, о чем я.

– Я сейчас придушу её! – указал Канин на девушку Шивону с Кюхеном. Шивон оторвался от телефона и убрал его в карман черных брюк, обтягивающих его бедра.

– Зачем так грубо? Женщин надо успокаивать любовью и лаской. Вся их язвительность от их отсутствия.

– Хочешь попробовать? Я пас. – показал Канин язык Сохен, но та лишь скучающе вновь закатила глаза.

– Очень-то надо…

– Нет, в самом деле, Шивон, - наконец вторгся в разговор новоприбывший студент. – Современные девушки страдают вовсе не от этого. Они капризны и избалованны, и если их ещё задаривать любовью, то вовсе оборзеют.

– Он дело говорит. – кивнул Канин. Сохен шикнула на Кюхена.

– Да-да, или ты хочешь поспорить? – улыбнулся он ей с вызовом дьявола, показывающего контракт по продаже души. Девушка помотала головой, скрестив руки на груди. – Вы все так заелись вниманием и феминизмом, что напрашиваетесь на грубости и жестокости. Через которые и есть единственный путь к вашему сердцу.

– Нет, ну насчет легонько отшлепать и пару раз назвать «сучкой» - это я согласен, - расплылся Шивон, по привычке начав флиртовать глазами со стоявшим напротив него противоположным полом. – Но не более.

– Ничего ты не понимаешь в женщинах. – заносчиво бросил Кюхён.

– Кто?! Я?! – беззлобно оскорбился фактически секс-символ коллектива. – Я не понимаю в женщинах? Юноша, вы на себя много берете. Я способен затащить в постель без малого девяносто девять процентов женского населения.

– Любовью и лаской? Не знаю, как насчет постели, а вот сердце не завоюешь точно. Да, Сохен?

– А что вы меня спрашиваете? Я предвзято отношусь к вам всем, так что не гожусь для чистоты эксперимента. Найдите другую и спросите. – посмотрев на наручные часики на тонком запястье, она пожала плечами и извинилась. – Мне вообще пора, так что, когда выясните, кто же оказался прав – сообщите. Очень интересно.

– Да нам всем пора, - вспомнив о времени, поддакнул Кюхён. – Что ж, тогда надо будет найти какой-нибудь объект.

– Для попытки соблазнения двумя способами? – уточнил Канин. Двое друзей кивнули. – Удобнее всего кого-то из наших, с ними, по крайней мере, каждый день видимся.

– Не-ет, - отмахнулся маннэ. – Уже через десять минут всё агентство будет предупреждено Сохен о нашем научном исследовании. Нужен кто-то со стороны.

– Так вы не хотите предупредить эту гипотетическую даму, что она подопытный кролик?

– Конечно же, нет. – достал ключи от машины Шивон, навострившись к выходу. – Как сказала наша мелкая злючка «чистота эксперимента» будет нарушена. Так что нужен кто-то, до кого Сохен не доберется.

– Вы жестокие. – осудил Канин затею, хотя ему и нравилась эта игра. Как обычно, азарт тянул, а совесть мучила. – И где вы намерены искать претендентку? Среди фанаток?

– Нет-нет, это слишком просто, они и так там все влюбленные. – задумался всерьёз Кюхён. Любовь позлорадствовать и доказать свою правоту побуждала его не упускать столь превосходной задумки и довести дело до конца. – Но надо определиться сейчас же, не сходя с места, чтобы точно знать, что ты не подговорил какую-то свою подругу, а я не подговорил свою.

– Вы истинный джентльмен, донсэн. – протянул ему руку Шивон.

– Роль Д’Артаньяна меня малость облагородила, согласен. Итак, называем имя и Канин разобьёт спор. – они задумались. Третий товарищ тоже, потирая подбородок, искал подсказки где-то вокруг, вглядываясь в персонал, но местных трогать запретили, так что всё усложнялось.

– Только не бывших, - попросил Шивон. – Там всё будет запутано и непонятно.

– И не девственниц, - поморщился Кюхён. – Слишком бесчестно и некрасиво.