Чтение онлайн

Для Хаттори именно это и являлось «здравым смыслом».

– Другими словами, до того как магия будет использована – он уже будет знать что за магию использует противник.

Однако её ответ не менялся. Для неё это – была правда, и Мари не сомневалась в том, что она говорила.

– В соответствии с нашими правилами - в зависимости от типа используемой магии меняется и наказание. К сожалению, если мы будем прерывать Последовательность активации так, как это делает Маюми, то мы никогда не поймем, что за магию хотели использовать. А если мы будем ждать завершения активации, то тогда мы попросту опоздаем. Безопасней всего – прерывать вызов магии во время формирования Последовательности активации. Без доказательств обвинения, единственное что мы можем сделать – это обвинить их в использовании магии и назначить им легкое наказание. Но с Тацуей, мы сможем различить тех, кто использует опасную магию.

– … Но если он увидит нарушение правил и не сможет остановить вызов магии…

Хаттори не оправился от шока, но продолжал дискутировать.

– В любом случае, он превосходит учеников первого потока 1-го года обучения. И даже 2-го года обучения. Скольких людей ты знаешь, которые, опоздав с вызовом магии, все же способны предотвратить вызов магии другого человека, начавшего это процесс раньше?

Выложив один аргумент, Мари не остановилась на этом.

А Хаттори не мог ничего сказать ей в ответ.

– До сего дня ни один ученик со второго потока не входил в состав Дисциплинарного Комитета. Другими словами, ученики первого потока задерживали учеников второго потока, использующих магию. Как ты и сказал, различия между 1 и 2 потоками – велики. Ученики первого потока могут задержать учеников второго потока, а обратное – невозможно. Эти суждения лишь расширяют пропасть между ними. И мне не нравится, что мои подчиненные только лишь увеличивают непонимание между ними.

– Да, довольно впечатляет, Мари. Ты даже об этом подумала? Я думала, что ты только заботишься о Тацуе-куне.

– Президент, пожалуйста, помолчите.

Маюми хотела чуть изменить окружающую их атмосферу, но была остановлена Сузуне.

Укоризненный взгляд.

И покачивание головой.

Взгляд был от Маюми, покачивание – от Сузуне.

Две противоречивые эмоции смешались в одно неразрывное целое, и к ним добавилось негодование.

– Президент… Я, как Вице-президент, возражаю против назначения Шибы Тацуи на должность члена Дисциплинарного Комитета. Хотя я признаю, что глава Комитета Ватанабе имеет неплохую точку зрения, но ведь главная задача члена Дисциплинарного Комитета состоит в поиске и пресечении нарушений школьных правил. Студент второго потока, у которого отсутствуют магические способности, не сможет выполнять обязанности члена Дисциплинарного Комитета. Такое ошибочное назначение, безусловно, повредит вашей репутации президента. Пожалуйста, пересмотрите свое решение.

– Пожалуйста, остановитесь!

Тацуя обернулся в отчаянии.

Как он и опасался - терпение Миюки закончилось.

Заслушавшись Мари, он пропустил нужный момент, чтобы удержать сестру.

В то время как он пытался остановить её до того, как случится непоправимое, Миюки, уже начавшая говорить, ускорила свою речь.

– Может, это звучит дерзко, Вице-президент, и результаты по практической магии моего брата действительно не впечатляют, но это только потому, что практический тест не эффективен для измерения возможностей моего брата. В реальном бою, мой брат не проиграет никому.

Эти слова были произнесены с такой уверенностью, что глаза Мари слегка расширились. Слабая улыбка Маюми пропала, а её серьёзные глаза обратились к Миюки и Тацуи.

Впрочем, пристальный взгляд Хаттори утратил прежнюю серьезность.

– Шиба-сан.

Разумеется, Хаттори, обращался к Миюки.

– Независимо от ситуации, Маг должен рассуждать спокойно и логично. Индивидуальные предубеждения могут быть неизбежны для обычного человека. Но для того, кто стремится стать магом, личные предубеждения не должны влиять на ход его суждений - пожалуйста, имейте это ввиду.

В этом предостережении не было доброты. Он, вероятно, просто выступал в роли великолепного «Сенпая», который, не смотря на свою самоуверенность, заботился о более молодом ученике своего первого потока. Но Тацуя знал, что при таких обстоятельствах подобная манера речи вызовет противоположный эффект, а так же, что Миюки затаит обиду на Хаттори.

И, конечно же, Миюки все более распалялась.

– Простите меня за мои слова, но мой взгляд не затуманен. Если Они-сама будет использовать больше своей силы…

– Миюки.

Тацуя вытянул руку перед Миюки, которая уже не сдерживала себя.

С испуганным лицом со смесью смущения и сожаления, Миюки закрыла рот и опустила голову от стыда.

Остановивший слова Миюки взмахом руки, Тацуя подошел к Хаттори.

Миюки сказала слишком много. Она чуть было не сказала то, чего не следовало говорить. Однако именно Хаттори заставил Миюки произнести столь много лишнего - Тацуя вовсе не собирался возлагать всю вину на Миюки.

– Вице-президент Хаттори, почему бы нам не провести учебный бой?

– …Что?

Окружающие были поражены его словами настолько, что никто не отважился вмешаться, Хаттори остался в одиночестве.

Маюми, как и Мари, смотрела на них двоих, в изумлении остолбенев от столь неожиданного и смелого вызова.

Под пристальным взглядом окружающих Хаттори задрожал.

– Не будьте так самоуверенны, прекратите!

Этот короткий вскрик принадлежал Азусе.

Остальные трое, как и ожидалось от старшеклассников, оставались спокойными.

А затем едва заметная кривая усмешка исказила озабоченное лицо оскорбленного.

– Что тут смешного?

– Маг должен оставаться спокойным, не так ли?

– Ха!

Получив собственные слова обратно в насмешку, Хаттори задохнулся от возмущения.

Тацуя не останавливался на достигнутом. Не хотел останавливаться.