Чтение онлайн

В это время служанки принесли на стол несколько холодных закусок. У Мяо показала Лю Яньхун браслеты и спросила ее:

– Какой цвет, по-твоему, смотрится лучше?

Лу И и Лу Ли одновременно устремили свои острые, как иглы, взгляды на Лю Яньхун. Служанка знала, что любой ответ станет оскорбительным. К тому же девушка действительно не могла сказать, какой из браслетов красивее. Она смущенно ответила:

– Они оба хороши, тетушка У, и оба очень идут вам.

– Мне кажется, нефрит все же выглядит лучше. – У Мяо вынесла свой вердикт, словно судья на шоу талантов.

Лу Ли ехидно улыбнулся, будто сразив противника в тайной войне. Лу И же недовольно сглотнул.

Как уже говорилось выше, два брата, Лу И и Лу Ли, постоянно конфликтовали между собой. Это также было связано с разницей в их социальном статусе. Лу Ли исполнилось пятьдесят лет, он был невысокого роста и немного походил на японца с аккуратно выбритым «ежиком» на голове и усами, нависающими над губами. Он был дальновидным человеком. Лу Ли владел известным японским рестораном в Шанхае, и дела шли отлично. Поскольку Лу Ли хорошо готовил, он также вел колонку в журнале для гурманов. Так Лу Ли намного превзошел своего брата в авторитете и доходах.

Однако в личной жизни Лу Ли все было не так гладко, как в карьере. Он был дважды женат, и оба брака закончились «соглашением о разделе имущества», но никто не знал о причинах разводов. Лу Ханьбин был его сыном от первого брака. Отец и сын жили на втором этаже особняка Лу.

После того как подали холодные блюда, У Мяо посмотрела в сторону гостиной и спросила:

– А где же Нань-Нань?

Помимо Ван Фэнь, единственным, кто не явился на обед, был Лу Чжэнань.

– Думаю, еще спит. Наверное, опять всю ночь играл, – пользуясь случаем, злобно заметил Лу Ханьбин, сидящий сбоку от Лу Ли.

– Этот сопляк! Пойду позову его! – Лу И уже собирался встать, как вдруг у входа в столовую появился Лу Чжэнань. Поприветствовав У Мяо, он сел рядом с Лу И.

Даже Чжун Кэ за соседним столом заметила, что лицо Лу Чжэнаня было бледным, как бумага, и безжизненным.

– Что случилось, Нань-Нань? Ты такой бледный, – спросил с беспокойством Лу И, тоже заметив, что с сыном что-то не так.

Лу Чжэнань бросил лишь короткое «ничего», и застолье продолжилось как ни в чем не бывало.

Все наполнили бокалы, и Лу И встал первым, чтобы произнести тост:

– Сегодня семьдесят пятый день рождения моей мамы. Наша семья редко собирается вместе, так что давайте хорошо проведем время. Я знаю, что в последнее время много всего произошло, и всем было нелегко. Я тоже скорблю по старшему брату, – он взглянул на Лу Вэньлуна, – но я верю, что когда-нибудь тайное станет явным. Мы должны еще больше дорожить отпущенными нам днями. Мама, я желаю тебе крепкого здоровья и огромного счастья! С днем рождения, мама!

– Так, а теперь приступим к еде! – воскликнула У Мяо, и обед по случаю дня рождения начался.

Из всех присутствующих только Чжун Кэ не сводила глаз с Лу Чжэнаня.

Обед проходил очень тихо. Все, включая виновницу торжества У Мяо, находились не в самом праздничном настроении. Совсем недавно умер один из членов семьи Лу, поэтому смеха за столом было мало. Из всех присутствующих хорошим аппетитом отличались только Лу И и его жена Ло Вэньянь. Особенно Ло Вэньянь. Хотя У Мяо неоднократно бросала на нее презрительные взгляды, та продолжала есть без зазрения совести и в конце концов съела полкурицы.

Но когда подали горячего сибаса, приготовленного на пару, остальные тоже заметно ускорили темп. Заботливо вытащив все косточки из рыбы, Лу Вэньлун положил кусочек в тарелку жены.

– Съешь побольше рыбы, тебе полезно.

– Спасибо, – Чжан Мэн слегка улыбнулась.

Лу Сяоюй взглянул на мать и снова закапризничал:

– Папа, я тоже хочу есть! Я тоже хочу!

– Подожди, у мамы в животе ребеночек, ей нужно хорошо есть, чтобы подарить тебе братика, – Лу Вэньлун погладил Сяоюя по голове, похожей на шляпку гриба.

– Сяоюй, ты хочешь играть с братиком? – с улыбкой спросила Чжан Мэн.

– Мне все равно! – надув губы, ответил Лу Сяоюй.

У Мяо, услышав их разговор, наклонилась к уху Лу Ли и тихо спросила:

– Он уверен? Это точно мальчик?

– Не волнуйся, они ходили на УЗИ, это мальчик, – с полной уверенностью ответил Лу Ли.

У Мяо с облегчением вздохнула и обратилась к внукам:

– Посмотрите на брата, у него уже двое детей. А когда вы приведете мне невесток?

– Не волнуйся, бабушка, у меня уже есть одна на примете, – с неловкой улыбкой ответил Лу Ханьбин.

Лу Чжэнань по другую сторону стола по-прежнему молчал, как будто у него где-то была кнопка отключения звука, на которую нажали.

После трех бокалов вина и пяти блюд почти все на столе было уничтожено. Дворецкий Цзи Чжунли побежал на кухню помогать служанкам. Вместе с ними он достал торт из коробки и осторожно перенес его на обеденный стол. Торт со взбитыми сливками специально испекли ко дню рождения У Мяо. Он состоял из трех слоев, каждый из которых был украшен разнообразными экзотическими фруктами. Верхний слой был посыпан золотистой съедобной крошкой, а по центру черничным джемом выведено: «У Мяо – удачи, долголетия и благополучия». Торт выглядел просто роскошно.

– Я поставлю свечи, – вызвался Лу Ли и, достав из пакета свечи в форме 7 и 5, воткнул их в торт.

– Ой, да они же разных цветов! – увидев, что 7 красная, а 5 зеленая, крикнул Лу И, а затем достал красную 5 из пакета и заменил ей зеленую свечу.

Лу Ли бросил на Лу И презрительный взгляд, и между братьями снова разгорелось молчаливое противостояние.

Чжун Кэ за соседним столом внимательно наблюдала за их перепалкой, словно за дворцовой драмой. Вот только главными героями этой драмы были два пятидесятилетних мужика. Даже Шэ У, которая сидела отдельно от Чжун Кэ, почуяв неладное, развернулась в их сторону.

К счастью, Лю Яньхун, которая стояла позади Лу Ли, сгладила ситуацию:

– Давайте зажжем свечи, тетушка У ждет.

На этот раз инициативу взял Лу И. Он вытер жирные после еды губы, взял зажигалку, которую ему подал дворецкий, и зажег свечу.

– Мама, загадай желание.

Лу Ханьбин запел поздравительную песню, и остальные, последовав его примеру, встали и стали ждать, когда старушка загадает желание.

У Мяо, скрестив пальцы, закрыла глаза и молча загадала желание, а затем задула свечи под аплодисменты всей семьи.