Чтение онлайн

Крученый молча кивнул и достал из-за пояса нож. Привязанности к своему искалеченному напарнику он не испытывал…

Глава 2.

…Оставив Лику в квартире, Ставр вернулся к себе домой. На душе у него было очень неспокойно. Он оставил Лике свой номер мобильника и сказал звонить в любое время, даже если мышь в углу будет скрестись громче, чем обычно.

Сев в кресло, он уставился в окно. Ненавидя, в общем и целом, телевизор, сюда он его специально не стал покупать, поэтому думал он в кромешной тишине. А нарушил эту тишину звонок мобильника. Посмотрев на дисплей, Ставр скривился так, словно только что съел живьем жабу и это осознал. Звонил Тимо. Коротко переговорив с ним, Ставр понял, что его опасения не напрасны. Тимо едет сюда. Уже завтра Зори ждет великое потрясение!

Бросив мобильник на диван, Ставр положил ладонь себе на лоб и тихо произнес:

– Началось в деревне утро…

Тимо Вертиайнен – его давний друг. Двадцатишестилетний финский мотогонщик, чемпион Финляндии, чемпион Швеции по мотогонкам на льду, Тимо являлся кем-то, вроде большого ребенка. Хотя нет, дети таким запасом озорства не могут обладать – даже для них это чересчур! В чемпионате Финляндии он выступал в шлеме, поверх которого был надет парик – даже в гонках Тимо старался выкинуть что-нибудь эдакое. Когда в его доме в Тампере Тимо заметил, что его кот стал хромать, он сразу понял, в чем дело – котов ненавидел живущий этажом выше сосед. На беду соседа Тимо был профессиональным пиротехником. Сооружать разного рода пиротехнические приколы – это был его способ зарабатывать на жизнь помимо мотогонок. И в этом деле он был профессионалом. Правда, в новую квартиру он переехал совсем недавно и соседи о нем мало что знали.

Тимо не пожалел денег и старую шапку, соорудил подобие спящего черного кота и усадил на коврик возле двери. Рано утром его сосед спускался по ступенькам и увидел ненавистное ему животное. Пинок и… раздался хлопок, кровь и внутренности «кота» разлетелись по всему коридору. Тимо выскочил в коридор с криками «Убийца!», схватил соседа за грудки и едва не отдубасил. Грозился вызвать полицию, подать в суд за зверское убийство своего кота. В коридор выскочили и соседи, а Финляндия – это вам не Россия – за убийство животного можно ведь и срок получить! В общем, через неделю сосед продал квартиру и уехал, а кот Тимо спокойно расхаживал по подъезду, не боясь за свою жизнь.

Конечно, это была очень нестандартная мера – но именно ими Тимо и грешил по чем зря. Понимая, что и здесь этот ходячий килограмм тротила тоже не будет тихо разгадывать кроссворды и сидеть с удочкой на близлежащем озере, Ставр был весьма озадачен. Впрочем, и рыбалку Тимо превратит в балаган! Один раз они так уже рыбачили в Калининградской области. Правда, тогда с Тимо был и его брат Юси – тоже оторва, но сейчас он растит двоих детей и на разного рода выходки времени у него нет. В ту памятную рыбалку братья смылись на озеро еще ночью, затем вместе с Ставром вернулись туда утром. Правда, удочка Тимо уже лежала в траве, а леска и крючок были закинуты в воду. Когда на озере собралась толпа рыбаков, Тимо, у которого поплавок за два часа ни разу не дернулся, вдруг рванул свою удочку. В тот же миг из-под воды поднялось нечто большое, по размерам явно превосходящее любую щуку. Чудовище больше всего напоминало большого осьминога со злобными глазами. Рыбаки бросились прочь от озера, лишь два брата зашли в воду и прокололи «монстра» большой иглой.

Оказалось, что ночью эти двое специально поместили в воде надувное чудовище и пиропатрон, которые в автомобилях надувают подушки безопасности. Удочка была прикреплена к нему, рванув ее, Тимо активировал пиропатрон, чудовище быстро надулось и вылезло из воды. С тех пор рыбачить с Тимо Ставр вообще зарекся…

Если учесть, что сейчас Ставра беспокоила безопасность Лики, то следить, что на сей раз отчебучит Тимо, было очень не к месту! Спать Ставр ложился с гудящей головой…

…Возвращаясь домой, Макс Лепардин зашел на конеферму. Там его все хорошо знали, да и наблюдение за животными входило в его работу. Он подошел к загону с фризскими лошадьми. Выглядели они чересчур спокойными, лишь одна кобыла подошла к Максу и обнюхала его ладонь. Получив припасенный для такого случая кусок хлеба, лошадь смотрела на ветеринара совсем дружелюбно. Сколько Макс ни разглядывал кобылу и ее сородичей, убедить себя в том, что это чистокровные фризы он не смог. На рабочем компьютере он перелопатил кучу сайтов по коневодству, смотрел фотографии разных пород лошадей. Больше всего новенькие походили на породу владимирских тяжеловозов черного цвета. Впрочем, фризы тоже близки к тяжеловозам, а не к скакунам.

С гудящей головой Макс вышел на улицу и увидел черный микроавтобус без номеров. Возле него стояли знакомые Георгий Степаныч с зоотехником и совсем незнакомый здоровенный детина лет сорока с черной бородой и в очках от солнца. Они о чем-то тихо разговаривали, но едва детина заметил Макса, как тут же замолчал. Макс прошел мимо них, хотя кожей чувствовал, что еще метров сорок его провожали взглядом. Что-то совсем уж странно. Ни эту машину, ни бугая в очках от солнца Макс за полгода работы здесь ни разу не видел. Решив, что его это не касается, он удалился, поскольку слишком любопытным никогда не был.

Был в поселке и еще один человек, позарившийся на низкую стоимость недвижимости в этих местах. Было ему двадцать три года, звали парня Серафим. Родившись в Подмосковье и проработав после училища год в самой Москве, он принял стратегическое решение свалить из мегаполиса. Город ему никогда не нравился, больше всего он любил с детства ездить в гости к бабушке с дедом в тихое местечко костромской области. Именно в деревне он чувствовал, что жизнь – это удовольствие, а не пытка, а приятная усталость после сенокоса в сто крат приятнее, чем сидение целый день у компьютера. Но бабушка с дедом умерли с интервалом в три месяца, тетка – младшая сестра матери, которая и жила с бабушкой и дедом – дом продала – без мужа ей было тяжело одной в большом сельском доме. Пару раз Серафим ездил туда, проходил мимо знакомой калитки, один раз даже пообщался с новыми хозяевами, но потом ездить перестал. А тут еще старшая сестра вышла замуж, всей толпой в одной подмосковной квартире (а еще были родители и младший братишка) жить было тесно, пусть даже и в трех комнатах.

Про поселок Зори он узнал от друзей. У них были знакомые неподалеку, а Серафим давно подыскивал себе что-то в селе. В запасе у него было сто двадцать тысяч, которые он заработал, работая полгода без отдыха, но на жилье близко к родителям ему точно не хватало. Когда он узнал про Зори – сразу же поехал в разведку. Был вариант с квартирой за тридцать тысяч – одна комната, ни окон, ни дверей (все выгорело после пожара, в котором и погиб бывший хозяин), был вариант с домом за шестьдесят тысяч. Там было почти все, даже большой сарай, в котором уместилось бы все, чего душа пожелает, хоть слон. Хозяин дома умер, и дом начали тихо разворовывать, из-за чего наследники и продавали его так дешево. Серафим купил этот дом, на десять тысяч закупил необходимые мелочи вроде электрочайника, замков на двери и рубероида на крышу, после чего закупил нужную живность и осел здесь. На работу он устроился без труда – электриком в сельсовет. Вот только за год, прожитый здесь, возникли проблемы с личной жизнью – все здешние девушки ему как-то не очень нравились. Тяга к селу у Серафима сочеталась с какой-то жаждой огня, внутреннего пламени. Он искал девушку, не похожую на всех остальных, в которой было бы что-то такое, что он непременно должен почувствовать. Что именно – он и сам не знал, но точно знал, что поймет сразу, едва ее увидит.

Пока же он чаще всего видел вокруг пьянство, разгильдяйство и тупость. Местные девушки хлестали брагу не хуже парней, говорить с ними было не о чем, да и сам он особого интереса у них не вызывал. Зато очень нервировала машина милиции, регулярно приезжающая к старому складу стабильно по часам в полдень. Если первые две недели он просто видел, что они ездят сюда каждый день, то теперь точно знал, что приезжают они ровно в полдень и всегда с каким-то пакетом. Уезжают же либо без пакета, либо с уже пустым. Зимой и в начале весны, когда вся живность в сарае особого внимания не требовала, Серафим нередко сидел у окна и, от нечего делать, наблюдал за пунктуальностью работников милиции. У местных он узнал, что сам склад находится в подвале, верхняя будка из железа лишь закрывает вход туда. Это наталкивало Серафима на самые интересные и загадочные размышления. Что могут там делать сотрудники милиции? Что? По логике – им там делать вообще нечего. К тому же, они были явно не местные, да и номеров на машине никогда не было. Кто-то из соседских мальчишек рассказал Серафиму, что видели, как менты скручивают номера на подъезде к поселку. Сторожа там не было, поскольку своровать все равно было нечего. По словам соседа Серафима – старого тракториста Ярославыча – лет пять склад стоял вообще открытым и по нему лазили местные пацаны. В подвале идут отдельные закрываемые помещения, в которых раньше хранилась разная всячина. А полгода назад на верхнюю будку неожиданно нацепили тяжелый замок.

Несколько вечеров подряд Серафим, у которого интерес перешел уже в разряд нездорового, осматривал навесной замок на двери склада и прикидывал уже, каким ключом можно его отпереть.

…Пыль на дороге поднимали двое путешественников. Один из них был крепок, но не очень высок. Ковбойская шляпа была немного сдвинута вперед, дабы прикрыть бесстыжие глаза человека, ее носившего. В рюкзаке за спиной было столько взрывчатки, что хватило бы разнести пару небольших зданий. Одет человек был в легкие светлые туфли, белые брюки, белую рубашку и белый же пиджак. Шляпа, чей цвет был скорее кремовым, на фоне этой белизны казалась темным пятном на голове, а черный ремень от рюкзака и вовсе беззастенчиво портил всю это идеалистическую картину в светлом царстве. Шел человек вальяжной неспешной походкой, прекрасно зная, что идти осталось немного, спешить некуда.

Вместе с крепышом шел человек, которого правильнее было бы назвать гигантом. Ростом за два метра и весом около двухсот килограммов, этот человек обладал угрюмым выражением лица, на фоне которого терялся совершенно беззлобный взгляд. Но свое «зеркало души» он специально прикрыл темными очками, что придавало ему еще более угрожающий вид. Не имея длинной растительности на макушке, человек имел красивые бакенбарды и тонкую полоску бороды, что прибавляло ему внешне лет десять. Если бы он перед поездкой не сбрил усы – то и все тридцать…