Чтение онлайн

По воле Аллаха, цари на земле — это его тени. Истинно, что нет Бога, кроме Аллаха единого, и нет сотоварищей Ему. Смысл этого в том, что в деле царствования сотоварища не может быть. Если осуществится воля Аллаха: «Мы укрепили его на земле»»[314], и обладателя царского сана с царственной головой вознесет в апогей власти, /52б/ то все начала на поверхности земли станут для него конным ристалищем. И в его время всякую голову, имеющую смуту, отсекут саблей вечности. И каждый, кто захочет сотоварищества, не останется живым.

В эпоху государя Сахибкирана претендующим на царствование и имеющим величие и славу был только Хусайн-бек. Однако причины его заката стали проявляться в его делах и поведении. Первой из них была алчность к накопительству богатства, которая стала брать верх в его темпераменте. Другая в том, что он по натуре был груб с людьми. По этой причине у народа душа отпала от него.

Когда государь Сахибкиран был хорош с ним, народ тоже принужден был изъявить покорность ему. Если даже люди хотели выражать ему непокорность, то из-за боязни Сахибкирана, ничего не изъявляли и сидели мирно. А государь был с ними учтив и в согласии. Это было до той степени, что когда Адил Султан-хан, испугавшись Хусайн-бека, бежал от него и проходил через область Кеша, государь Сахибкиран преследовал его, сражался с ним и, поймав, отвез к Хусайн-беку. Государь Сахибкиран относился к Хусайн-беку как к отцу и брату, ибо они были родственниками. Однако в душе Хусайн-бека всегда были злые намерения, и всегда он носился с мыслью, чтобы сделать так, чтобы его не стало. По сути, он уже однажды проявил враждебность, и доставил ему много бедствий и несчастья, но государь положил много усилия, чтобы опять восстановилась дружба. Но он не мог обуздать свою злобу и теперь посредством своего родственника, Пулад Бугу и через Халил-бека опять стал демонстрировать неприятие и вражду.

В область Кеша он послал человека с поручением, чтобы весь тамошний народ и улус государя переселить в Балх. Причиной этому стало, то, что как-то Муаййид-бек Арлат во время винопития убил сына Джавурчи-бека и поэтому он /53а/ находился в бегах. Хусайн-бек послал человека, чтобы тот привел к нему в Балх его жену, а его жена, Ширин-бек ага, была сестрой государя Сахибкирана. Амирзаде Джахангир, сын государя Сахибкирана, который находился при Хусайн-беке[315], государю передал: «Пришли коч и весь скарб Муса-бека к нам». Тут в сердце государя Сахибкирана вскрылась рана о кознях Хусайн-бека и от того, что он скрывал от него письмо Кайхусрава.

Когда случились эти дела, государю Сахибкирану стало ясно, что у Хусайн-бека другие мысли, и что с ним нужно быт осторожным и внимательным и не быть беспечным.

Действуя законом шариата, он собрал Муса-бека со своим, ближним окружением и, посовещавшись, сказал: «Хусайн-бек начал вражду. Стало очевидным, что у него иные мысли. Относительно него быть беспечным — это безумие». Услышав эти слова, присутствовавшие Муса-бек и другие беки, как-то Давуд-бек, Сари Буга-бек, Джаку-бек, Муаййид-бек, Хусайн Бахадур, Сайф ад-Дин-бек, Аббас Бахадур, Ак Буга Бахадур, Элчи Буга Бахадур, Шайх Али Бахадур и Давлат-шах Бахши из уйгуров, — все согласованно сказали: «Клятвам Хусайн-бека нельзя доверять, он всегда покушается на вас. Не делайте так, чтобы был упущен удобный момент, потом исправить дело будет трудно, раскаянье бесполезно. В противостоянии с ним нужно быть единогласными. Надо делать так, чтобы с ним покончить раз и навсегда».

Джаку-бек и Давлат-шах Бахши на том собрании сделали еще много добавлений. /53б/ Государь Сахибкиран принял их предложение, а Муса-бек заново заключил с государем клятвенный договор, и все единодушно решили пойти против Хусайн-бека. Али, брата Хизра Йасури, подвергли йасаку.

О том, что государь Сахибкиран воевал с Хусайн-беком и победил

Из дел и поведения Хусайн-бека стало очевидным, что он покушается на государя Сахибкирана. Государь Сахибкиран вынужден был его отразить. Положась на Господа Бога, он решил отразить его и направился в сторону Хусайн-бека, откровенно выражая вражду, и занялся сбором войска. К Шайх Мухаммаду Баян Сулдузу, который ранее бежал, и, перейдя Сайхун, находился в Отраре, послал Хинду Каркара Кипчака. Когда войско государя Сахибкирана собралось, Муса-бека он поставил в куле и в счастливый час тронулся из Кеша и с бахадурами пошел в авангарде.

Когда достигли Хузара, Муса-бек забыв клятву, бежал в сторону Самарканда. Государь Сахибкиран нисколько не огорчился его уходу и сказал: «Пусть уходит и не возвращается». Суюргатмиш Оглана с Муаййид-беком, Хусайн Барласом и несколькими бахадурами он послал в авангарде, а сам встал в куле и так шли.

Бахадуры авангарда прошли Кахлагу и достигли Термеза. Люди из авангарда Хусайн-бека, пришедшие сюда во главе с Хинду-шахом и Халилом Апарди, издали увидев очертания людей государя Сахибкирана, бежали, переправились через реку Аму и ушли в Балх. Государь Сахибкиран остановился в местности Бева, в трех йигачах пути от Термеза[316]. В этом месте пришел священнейший /54а/ господин Саййид Барака, один из шерифов Мекки, в то время превосходнейшей из сейидов, и преподнес государю Сахибкирану барабан и знамя султанства и вручил ему эти атрибуты шахиншахства[317].

Это удивительное событие указало государю Сахибкирану о начале его царствования, ибо теперь «Аллах хочет удалить скверну от вас, семьи его дома и очистить вас очищением»[318]. Того святого сейида он глубоко почтил и все, что нужно было сделать, соответствующего его святости и сану, он сделал. Тот святой так подружился с государем Сахибкираном, что значительный период своей жизни он не отлучался от него, и после кончины оба были похоронены в одном месте.

Вера и любовь людей двух священных городов (Мекки и Медины) к государю Сахибкирану очевидна, как солнечный свет, освещающий мир, и не нуждается в комментарии. И это было добрым предзнаменованием, осветившим тьму света царствования.

Государь Сахибкиран, сев на коня, из Бевы отправился в сторону Чаганиана, к верху реки Чаган. И, придя в Чаганиан, приказал Джаку-беку собирать войско. Тот занялся этим делом и, собрав тамошнее войско из сулдузов и других, отправил в ставку государя. А сам отправился в Хутталан, чтобы и там собрать войско.

Когда победоносное знамя достигло переправы Авбадж[319], пришли Шайх Мухаммад Баян Сулдуз /54б/ и Хинду Каркара и стали служить государю Сахибкирану. Переправившись через реку Джайхун, остановились в местности Хулм[320]. Тамошняя тысяча пришла и присоединилась к войску государя Сахибкирана. Пришли с войсками Улджайту-бек, поставленный Хусайн-беком в Кундузе, и Шах Мухаммад, правитель Бадахшана, к которым Сахибкиран посылал людей. Он хорошо отнесся к ним и расспросил их. У всех души отложились от Хусайн-бека, и когда услышали, что государь Сахибкиран враждует с ним, все обрадовались и помолились за него.

Кайхусрав-бек, областью которого был Хутталан, из-за боязни от Хусайн-бека бежал и находился на Алае, услышав о Сахибкиране, обрадовался и пришел служить. В это время подошел и Джаку-бек с войском Хутталана.

Нояны, которые были беками в разных местах, все пришли служить государю Сахибкирану. К поясам своих душ привязали ремень, и все согласованно пошли против Хусайн-бека.

Государь Сахибкиран нескольких бахадуров послал в авангарде. От Хусайн-бека тоже вышла группа людей в авангард. Шайх Али Бахадур, увидев их, обнажил саблю и поскакал на них. И Хитайи Бахадур прискакал со стороны Арханга и потеснил врага. Шайх Али Бахадур поймал и привел Чупан Сарбадара. Победоносное знамя отсюда двинулось. Затем войско, разделившись, группами радостно прошло у подножия горы Шадиян[321] и остановилось на берегу реки Дараигиз. Государь Сахибкиран возвел в ханство Суюргатмиш Оглана[322] и, построив войско, счастливо и победно маршировал в сторону Балха. Зинда Чашм, сын Мухаммад Ходжи Апарди, /55а/ пришел с войском апарди из Шибиргана[323] и присоединился к государю Сахибкирану. Государь Сахибкиран со своим войском вошел в крепость города с четырех сторон. Эта крепость известна как крепость Хиндуван. Из крепости вышли пешие и конные воины, и началось сражение.

В тот день царевич Умаршайх[324], которому было шестнадцать лет, показал мужество и героизм. Однако случайно одна стрела попала ему в ногу и, пронзив, вышла с другой стороны. Один хирург раскрасил опухоль и прижег то место, куда попала стрела. Сей солнцеподобный так прижег, что огонь вошел в одном месте и вышел с другой стороны. Этот величавый царевич, несмотря на малые годы, был весьма терпелив и не выказывал признаков боли.

На следующее утро с двух сторон заново начали сражение. Бахадуры Хусайн-бека сражались, выйдя за город. Однако бахадуры победоносного войска, поскакав на них, одним напором потеснили и обратили их в бегство, изрубили многих. Хусайн-бек, увидев все это сверху крепости, весьма опечалился. Государь Сахибкиран послал человека к Хусайн-беку со словами: «Сжалься над своей жизнью, выйди из города и подчинись нам. Сделаю все, что угодно твоей душе». Хусайн-бек увидел, что дела принимают иной оборот и не удастся удержать город и остаться. Старшего сына, которого он возвел в ханство, послал к государю Сахибкирану со словами: «Мы привяжем в /55б/ свой пояс ремень подчинения. Просьба такова: откажешься от нашей крови. Власть ушла от меня, подчинилась тебе. Теперь, если ты проявишь к нам милосердие и уважение, было бы неплохо. Я отказался от власти и богатства. Я надеюсь на тебя, что отпустишь меня в Каабу, чтобы остальную жизнь я провел там в молитвах».

В душе Хусайн-бека всегда была кривизна, и его слова не были искренними словами. О других тоже он думал как о себе, не поверив словам государя Сахибкирана, из-за страха он в ту же ночь вышел из крепости и, не зная куда податься, ходил до рассвета. Когда приблизилось утро, от страха, что с восходом Солнца люди его увидят и узнают, пошел в старый город и спрятался в минарете пятничной мечети. Случайно у одного человека потерялся конь, и он никак не мог найти его. Про себя тот сказал: «Залезу-ка на минарет и посмотрю по сторонам. Быть может, увижу своего коня». С этой целью он залез на минарет. Он, увидев Хусайн-бека, опознал его. Хусайн-бек, который никому и ломаного гроша не давал, потянул ему горсть драгоценных камней и сказал при этом: «Если освобожусь от этого несчастья, я позабочусь о тебе»». И, умоляя его, просил: «Никому не скажи». Тот человек пообещал и, сойдя с минарета, побежал к государю Сахибкирану. Придя к нему, рассказал о событии и сказал: «Он, умоляя, заставил меня клясться. Но у меня нет такой /56а/ силы, чтобы я скрыл это». Государь и беки, услышав эти слова, кто пешим, кто верхом пошли в сторону минарета. Хусайн-бек с минарета увидел, что сюда идут много людей, сошел с минарета и внутри мечети спрятался в одной дыре. Из-за его злого счастья, когда он вошел в эту дыру, угол его халата остался снаружи. Искавшие его люди нашли его, связав руки, привели к государю Сахибкирану.