Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Загадка Александра Македонского
Шрифт:

– Я так хочу, чтобы ты была счастлива с Неархом. Да сохранит вас Эрос, который соединил ваши сердца, да защитит Афродита!

В саду послышались торопливые шаги.

Иола вскочила.

– К нам гости, – воздыхатели с тугими кошельками и пустыми сердцами. Никого не хочу больше видеть. Пусть возвращаются назад.

– Ты права. Пусть уходят.

Иола выбежала на террасу, спустилась в сад и растаяла в темноте.

Светильники, горевшие в боковой комнате, отбрасывали в темные покои Таиды полосы колеблющегося света. Неожиданно пламя в светильнике затрепетало, и тут же в проеме входа вырисовался четкий силуэт.

Сердце Таиды учащенно забилось. Она замерла и стала шарить рукой в поисках орудия для защиты.

В полосе света появилась Иола. Тень шагнула вперед.

Таида закричала:

– Иола, берегись!

Убийца бросился на хрупкую Иолу и вонзил в ключицу меч-акинак.

Иола непонимающе улыбнулась, протянула к Таиде руки и… упала на пол.

Ноги Таиды словно приросли к полу, голос не слушался, срывался, она звала на помощь:

– Сюда! Немедленно сюда! Скорее! Скорее же!

Прибежали испуганные рабы с факелами в руках.

Но убийца успел скрыться.

Истекающая кровью Иола лежала на полу, – меч торчал в ране, из горла текла кровь…

Таида потянулась к мечу, но ее остановили за руку. Она склонилась над подругой. Веки Иолы дрогнули, в глазах промелькнуло сознание. Еле слышно она прошептала:

– Таида, ты жива?

– Я здесь, родная, с тобой.

Горестный вопль гетеры напомнил крик смертельно раненного человека:

– Иола! Не уходи! Не оставляй меня. Тебя ждет Неарх! Он не переживет твоей гибели! Не уходи!

Иола напряглась, собрала последние силы и выдохнула из себя самое сокровенное:

– Я так люблю тебя, Не-а-р-х-х-х…

И ушла навсегда…

Таида взирала на пол, отягощенный страшным грузом, залитый кровью любимой подруги, затем прижалась к Иоле. Мертвое тело сотрясалось от ее рыданий. Сердце Таиды терзалось в муках, она сожалела, что осталась жить. Но жить было необходимо, – теперь у нее был маленький Леонтиск.

Рабыня с трудом оторвала Таиду от тела Иолы. Шатаясь, еле передвигая ноги, она подошла к светильнику и опустилась на колени, горестно сложив на них руки. Потрясенная, убитая горем, она не спускала глаз с пляшущих языков пламени, будто искала разгадку мрачной тайны гибели Иолы.

Огненная точка вдруг стала расти. Затем взорвалась солнечным протуберанцем, из которого вырвались две всадницы и промчались галопом, как молнии, мимо неотрывно смотрящей на огонь Таиды.

Она, Таида, узнала во всадницах-молниях Иолу и себя!

Огонь разгорался, бушевал. И вдруг! Таида отчетливо разглядела в языках пламени Персея, затем лицо сурового перса Смердиса. Немигающие глаза. Жесткая складка у рта. Смердис и Персей мрачно, неотрывно смотрели на чудом оставшуюся в живых гетеру.

Таида вздрогнула, быстро зашептала, словно прозрев:

– Это Персей! Это он подослал убийцу! Ему не удалось убить Александра, и он решил убить меня! Убийца охотился за мной!

Догадка ошеломила ее.

А пламя бесновалось все сильнее. Теперь из пламени на нее грозно надвигался персидский бог Ахурамазда – Солнце с двумя крылами.

Гетера смотрела на пламя расширенными от ужаса глазами. Ее снова осенило:

– Персеполь! Бог света и добра Ахурамазда покарал меня за Персеполь!.. Сначала Александр, который отверг меня… Теперь – Иола, любимая Иола!.. Нет кары страшнее!..

Раздавленная открывшимся ей, Таида продолжала стоять на коленях у светильника. Громкие рыдания вырвались из ее груди. Закрыв лицо руками, она плакала до тех пор, пока не услышала доносившийся из сада топот лошадей, шум и лязг оружия.

Таида встала и застыла в невероятном напряжении. На лестнице послышались чьи-то гневные голоса. Вооруженные воины ввели связанных Персея, Смердиса и убийцу.

– Убийцы в наших руках, – сказал молодой воин. – На этот раз им не удалось скрыться. По приказу доблестного Птолемея этот дом находится под охраной.

– Они не успели скрыться, но успели убить прекрасную Иолу, хотя охотились за мной, – промолвила Таида и снова заплакала, но, взяв себя в руки, твердо произнесла: – Изменить случившееся не в моей власти, но и царь Александр, и Птолемей давно ждут встречи с Персеем, чтобы воздать ему по заслугам за его черные дела.

Глубоко дыша, в бессильной злобе Персей судорожно сжимал кулаки, избегая взгляда Таиды. Не выдержав, крикнул:

– Мне не удалось уничтожить Александра, но запомни – неминуемая кара скоро настигнет и его!

Бледные щеки Таиды ярко вспыхнули.

– Запомни! Александр настолько велик, что слава его переживет века. Это главное! А ты умрешь, и о тебе завтра никто не вспомнит.

В яростной злобе Персей воскликнул:

– Ты – афинянка – лишила меня законной мести тирану! Если бы я уничтожил Александра, Афины устроили бы грандиозный пир.

– Уведите их! – приказала Таида.

Через несколько дней Таида, похоронив Иолу, покинула вместе с сыном Афины. Путь ее снова лежал в Вавилон.

В Сузах настал день великого пиршества. Такого роскошного празднества еще не видели персидские города, а здесь, как нигде в мире, любили и ценили роскошь. Женился царь сразу на двух персидских принцессах. Женились военачальники. Женились на азиатских женщинах македонские воины. Царь щедрой рукой одаривал всех новобрачных, а их было более десяти тысяч.

Вся площадь перед дворцом превратилась в один огромный шатер, опирающийся на пятьдесят колонн из кедрового дерева. Свет факелов отражался и играл в дорогих камнях, оправленных в дерево, в золотых нитях, сверкающих в льняной ткани шатра, в драгоценном серебряном шитье, украшающем его стены.

Свадьба была полностью устроена по персидским обычаям. Вокруг гигантского стола парами стояли золоченые высокие кресла. Персидские женщины воспитывались в скромности, поэтому невест должны были ввести только во время поднятия заздравных кубков. В галереях вокруг царского шатра разместили девяносто спальных покоев, отделенных друг от друга коврами. Пол усеяли лепестками роз; из светильников веяло ароматом пряных трав. Вокруг шатра расставили навесы для гостей. Чтобы менее знатные гости не пропустили все происходящее, снаружи шатра были расставлены глашатаи, которым надлежало повторять все здравицы и объявить, когда в шатер войдут невесты.

Поделиться с друзьями: