Чтение онлайн

– Умер? Ты хочешь сказать, с ним что-то случилось?

– У него был новый приступ - ночью или чуть пораньше. Об этом стало известно только утром. Доктор только что побывал в коттедже, так что никаких сомнений быть не может.

– Бедный Питер! Он выглядел так хорошо, когда я на днях с ним виделась. Как будто собирается дожить до восьмидесяти. Какое разочарование для Дерека! Он так любил старика.

Джулия на минуту замолчала, словно не в силах поверить в ужасную новость.

– Ты уверен, что не произошло ошибки, Пол?

– Все совершенно точно. Мне позвонил сам доктор. Ты знаешь, у Питера не было родственников, так что нам, естественно, придется обо всем позаботиться. Он хорошо служил нам, Джей.

– Я помню, как он приехал в Фоксхиллз, а это было много-много лет назад. Без Питера дом не будет таким, как прежде. Доктор что-нибудь рассказал тебе, Пол?

– Никаких подробностей. Он сказал, что позвонил, просто чтобы сообщить, ведь мы, похоже, единственные люди, которые поддерживали связь с бедным стариком. Но знаешь, я сейчас вспоминаю этот разговор, и мне кажется, этот доктор на что-то сердился. Разговаривал он как-то резковато. Очевидно, он здесь недавно. Я не знал его имени. Возможно, это его и рассердило.

Глава 2

Извозчичий выходной

{ситуация, когда человек в отпуске вынужден заняться своей обычной деятельностью}

Сэр Клинтон Дриффилд тщательно прицелился и точным, неторопливым ударом послал мяч в лунку линден-сэндзского корта. Его противник, Стэнли Флитвуд, склонился и поднял собственный мяч.

– Очко в вашу пользу, и вы выиграли,- сказал он, отдавая клюшку мальчику. Сэр Клинтон кивнул.

– Благодарю за партию. Наши силы, похоже, совершенно равны. Намного интереснее, когда счет колеблется до последней лупки... Да, можешь их вымыть,- обернулся он к мальчику.- Мне они до завтра не понадобятся.

На одной из скамеек на возвышении рядом с лужайкой сидела девушка. Когда игра окончилась и мальчик принялся расставлять флажки по лункам, она встала и пошла к игрокам. Стэнли Флитвуд помахал ей и в ответ на ее немой вопрос смиренно развел руками в знак поражения.

– Это сэр Клинтон Дриффилд, Крессида,- представил он своего партнера, когда девушка приблизилась.

Сэр Клинтон давно научился внимательно, но незаметно рассматривать людей. И он обладал привычкой сразу же заносить результаты обследования в свой мысленный реестр. Манеры людей он изучал особенно пристально. Пока Крессида Флитвуд медленно приближалась, его притворно небрежный взгляд машинально впитывал образ темноволосой женщины, еще не достигшей тридцати лет, тоненькой и грациозной. Но основное его внимание привлек легкий оттенок застенчивости, еще усиливавший ее очарование. А в выражении ее глаз он прочел, как ему показалось, нечто еще более необычное. Казалось, природную искренность затеняет налег недоверия, обращенного против всего мира.

– Надеюсь, захватив вашего мужа, я не лишил вас утренней партии, миссис Флитвуд,- сказал сэр Клинтон, когда они свернули на тропинку, ведущую к отелю.

– Так вышло, что сегодня я была не в настроении играть,- тотчас же успокоила его Крессида.- И он оказался неприкаянным. А когда вы сжалились над ним, я очень обрадовалась, потому что меня перестала мучить совесть.

– Что ж, мне повезло,- ответил сэр Клинтон.- Друг, с которым мы здесь поселились, не смог сегодня выйти. Вчера он немного потянул ногу. Так что я тоже очутился в трудном положении, но мне посчастливилось найти мистера Флитвуда, и он любезно принял мое предложение.

Разговаривая, они вошли на территорию отеля. На повороте тропинки Крессида кивнула идущей мимо девушке. Незнакомка была скорее миловидной, чем хорошенькой. Некоторая тяжеловесность в ее чертах лишала ее лицо настоящей красоты. Она была одета с лоском, несколько необычным в такое время дня в отеле, где собираются любители гольфа, и походке ее недоставало вольного размашистого шага спортивной английской девушки. Во всем облике ее явно читалось, что этой женщине приходится самой заботиться о собственных интересах и она не всегда выходит победительницей из игры.

Когда она отошла на достаточное расстояние, Крессида повернулась к мужу:

– Это та француженка, о которой я тебе говорила, Стэнли,- мадам Лоре-Деруссо. Я немного помогла ей, когда она регистрировалась - она не слишком хорошо говорит по-английски.

Стэнли Флитвуд молча кивнул. Было заметно, что он вовсе не жаждет продолжения этого знакомства. Сэр Клинтон невольно задумался о том, какая причина могла привести француженку в эту мирную английскую глушь, где у нее, очевидно, нет ни развлечений, ни друзей.

Однако, прежде чем он успел прийти к какому-либо заключению, ход его мыслей был нарушен появлением нового персонажа.

– Ну, как твое растяжение, старина?- приветствовал его сэр Клинтон. Когда Уэндовер приблизился, он представил друга своим новым знакомым.

– Надеюсь, вам понравилась сегодняшняя партия,- обратился Уэндовер к Стэнли.- Удалось ли ему применить к вам какой-нибудь из своих специфических шлангов?

– Он меня победил, если вы это имеете в виду.

– Хм! Меня он всегда побеждает,- признался Уэндовер.- Я не против, чтобы меня побеждали в честной игре. Но терпеть не могу, когда исход игры определяют глупые правила.

– О чем вы, мистер Уэндовер? Вы, похоже, чем-то недовольны?- спросила Крессида, заметив сердитую искру в глазах Уэндовера.

– Понимаете ли,- стал объяснять Уэндовер,- вчера мой мяч наткнулся па большую гусеницу и остановился. Мне не чужды человеческие чувства, поэтому я наклонился, чтобы убрать гусеницу, а не бить по мячу прямо через ее беззащитное тело. Но - как вам это понравится!- этот человек начал протестовать, заявляя, что игрок не имеет права убирать ничего из растущего на поле. Не знаю, росло ли то, на что наткнулся мой мяч,- мне показалось, что для гусеницы оно выросло вполне достаточно и даже, возможно, уже вышло из того возраста, когда еще растут. Но в ответ на это возражение, он просто нокаутировал меня, процитировав недавнее постановление "Ройал энд Эйншент" {старейший и очень известный английский гольф-клуб} на этот счет.

– Если ты играешь в игру, старина, ты должны играть именно в эту игру, а не в ту, которую сам изобретаешь под влиянием момента,- без тени сочувствия в голосе предостерег его сэр Клинтон.- Пренебрежение законом непростительно.

– Приходится слушаться начальника полиции!- пожаловался Уэндовер.Конечно, во всех делах он признает лишь законную сторону и привык держать в памяти всевозможные законы и постановления. В среднем его знание правил игры в гольф стоит пары дополнительных ударов.

Крессида взглянула на сэра Клинтона:

– Вы и в самом деле начальник полиции?- спросила она.- Вы почему-то не соответствуете моему представлению о начальнике полиции.

– Я сейчас в отпуске,- легко отозвался сэр Клинтон.- Возможно, от этого и выгляжу иначе. Но мне обидно, что я не дотягиваю до вашего идеала, тем более в собственной области. Если бы вы сказали, чего же мне не хватает, возможно, я смог бы этим обзавестись. Так что же мне нужно? Полицейские ботинки? Кустистые брови? Или зажатый в руке блокнот, или увеличительное стекло, или еще что-нибудь в том же духе?