Чтение онлайн

— Каким образом? Заставить рожать будущих наследников?

— Дети — разумная плата за положение и богатство. Поставь себя на их место. Или они охмурят одного из Рузовых и войдут в высшее дворянство. Или их выдадут за отпрыска какого-нибудь маркиза. Нет кошмара хуже, чем родиться женщиной в дворянском обществе. Жених обязательно должен быть или равен по положению или выше.

— В таком случае участь моих сестер и кузин похуже смерти.

Гарет Рузов пригубил бокал с белым вином и окинул взглядом просторный зал вместе с гостями.

— Можешь верить или нет, но я молился богам, чтобы ни одна из моих жен не родила девочку. К сожалению, боги глухи к нашим просьбам.

Наследник не ответил.

— Не важно. Твоя обязанность — выбрать пятерых жен, а лучше больше. Все равно, почти все твои дети умрут в мучениях.

Изначально у Цигеля было двадцать четыре брата. Шесть умерло до его совершеннолетия. Двенадцать — после. «Смерть в мучениях» была намного милосерднее их участи.

— Это не обычный разговор отца и сына? Вам от меня что-то нужно?

— Что натолкнуло тебя на такие мысли?

— За все восемнадцать лет моей жизни вы не разговаривали со мной без причины.

— Внимательность — одно из качеств настоящего правителя, — кивнул Гарет. — Ты прав. Мне нужен был повод вытянуть тебя из лап голодных маркизов. Что может быть уважительнее разговора с родным отцом?

— Вы не ответили на вопрос.

— О чем я и говорю. Внимательность. Иди за мной.

Гарет вывел Цигеля из зала для празднований. Они пошли по коридору. С каждым шагом гомон толпы за спиной медленно угасал. Оживленные разговоры быстро сменились треском огня в лампах на стенах. Впервые с начала торжества наследник вздохнул с облегчением.

Пустой коридор наводил неприятные мысли. В обычные дни между комнат бегала прислуга, не встретить здесь ни души было почти невозможно.

— Тебе известно, почему после смерти герцога я не стал следующим?

— Нет, — честно ответил Цигель.

Порядок наследования вызывал много вопросов. Все зависело от количества совершеннолетних детей. Если их было больше пяти, старший становился следующим наследником. Иначе его место занимал следующий по старшинству родственник нынешнего герцога.

Почему все обстояло так, Цигель не знал.

— Я занимаю должность Проводника. И независимо от количества совершеннолетних, я никогда не стану герцогом.

— Вы не довольны этим? — спросил наследник. Положение позволяло наглость. Цигель никогда не видел настоящих чувств отца. Часть его желала разбить маску безразличия. Другая часть стремилась саботировать церемонию наследования.

— Нет. Я даже рад. Знаешь, я испытал небывалое облегчение, когда мой брат закрепился на месте герцога. Тогда меня нарекли Проводником и сбросили тяжкий груз с души. Можно сказать, Герберт спас меня.

— Почему?

— Что именно?

— Почему вы так считаете?

— Мы хорошо общались с Гербертом. Несмотря на сражение за наследство, я могу назвать его близким другом.

Цигель завидовал. Младшие братья видели в нем угрозу. Они отравляли его еду и напитки. Особо смелые посылали фей. Наследник всегда возвращал «долги».

— Вы не ответили.

Гарет усмехнулся.

— Во время праздника наш дядя увел его из зала, как я тебя. Герберт умер в тот день.

Цигель нахмурился.

В этом не было смысла. Герберт Рузов правил герцогством больше пятнадцати лет. Он отправился к богам месяц назад, и Цигеля нарекли наследником.

— Знаю, о чем ты подумал, — предугадал ход мыслей Гарет. — То, что потом вернулось на церемонию, больше не было моим старшим братом.

Отец встал перед дверями в его кабинет.

— Какое первое правило практики, Цигель?

— Никому не доверять. Даже родным и близким.

Цигель постучал языком по коренному зубу справа три раза. С мира сползли краски. Костюм отца, двери, огонек ламп. Все стало серым.

«Подсвети формулы на отце», — мысленно скомандовал он.

Ничего не изменилось.

«Подсвети его ману».

Фигура Гарета вспыхнула белизной.

Цигель подселил в свои глаза фею. За взор маны он разделил с ней все свои ощущения. Запахи, звуки, образы, осязание. Все, что чувствовал он, ощущала и она. Выгодная сделка. Цигель гордился этим договором.

Помимо феи в глазах, еще одна находилась возле души. Ждала команды. Наследник подготовил ее на случай отправки против него вестника. По команде фея разорвет канат между душой и телом, и Цигель провалится в Закулисье.

Гарет толкнул двери и провел наследника внутрь.

Цигель впервые увидел кабинет отца. С пола к высокому потолку тянулись книжные полки, они образовывали лабиринт. Напротив дверей стоял стол.

— Раньше кабинетом пользовался мой дядя. До него — прадед. Это место — семейный архив. Здесь хранятся жизни каждого Рузова. Дневники снов, мемуары и воспоминания.

Гарет взял со стола канделябр. Достал спички и зажег все пять свечей.

— О том, что ты здесь увидишь, не должен знать никто. Утечка обернется смертью всего рода. Особенно об этом не должны узнать другие благородные семьи.

— А Его Императорское Величество?

— Император не считает герцогов людьми. Не думаю, что ему есть дело до нас. Ведь мы в его глазах — жалкие клопы.

Отец подошел к одной полке, вытащил книгу и что-то нажал. Цигель услышал щелчок.

— Вы сказали, что прошлый герцог умер после похода с вашим дядей.

— Так и есть.

— Вы ведете меня на верную смерть?

Гарет ухватился одной рукой за край книжной полки и потянул на себя. Деревянный шкаф поддался с необычайной легкостью.

Взгляду Цигеля открылись каменные ступеньки. Они уходили вниз. Во тьму.

— Все зависит от восприятия. «Умер» не совсем верное определение, — зашагал отец по ступенькам.

Цигель пошел следом. Оперся рукой на стену. Тьма скрывала спуск. Малый круг света от канделябра в руке Гарета высекал каменные стены с рунами и ступеньки.

Отец продолжил:

— Он перестал быть собой. Мой старший брат всегда был слаб духом. Не самый лучший наследник благородного рода.

«Слаб духом?» — подумал Цигель.