Чтение онлайн

Кэндис разревелась внезапно, как будто где-то в душе щелкнул выключатель. Разревелась совершенно безобразно, то есть без всякого стеснения, в голос, с искаженной маской на лице.

— Мисс Кэнди! — охнула Генриетта и бросилась ее утешать.

— Просто... отстань... — всхлипнула Кэндис.

— Мисс Кэнди, ну что вы, ну не плачьте, он не стоит ваших слез! Ногтя не стоит! Мисс Кэнди...

— Это я... его не стою! — прорыдала Кэндис, чем повергла Генриетту в благоговейный ужас. Она подумала, что бедная девочка помешалась с горя.

Наверное, на шум прибежала Мина, а может быть, ей тоже пора было приступать к своим обязанностям. Вместе с Генриеттой они напоили Кэндис сладкой водой и отвели наверх, в спальню. Кэндис позволила. Ей хотелось, чтобы о ней позаботились. В конце концов, она всю жизнь только и делала, что принимала чью-то заботу, и ничего страшного не случится, если она потерпит еще денек!

В комнате ее ждали остывшая постель — и телефон, по которому она вчера так долго разговаривала с Брэндоном. С ума сойти! Как удивились бы ее родители! Она встретила мужчину, которого недостойна! И это вовсе не арабский шейх. Простой парень. Настоящий мужчина. В ее мире таких, как он, нет и, наверное, не будет.

Кэндис легла в постель, и на этот раз прохлада простыней не обрадовала ее. Зябко. Но ничего, скоро она согреется.

— Принесите мне горячего какао с молоком и сахаром, — велела она Генриетте и Мине. — Умоляю, поскорее.

— Да-да, сейчас! — пискнула Мина и исчезла за дверью.

Генриетта задержалась.

— Мисс Кэнди, вы поберегите себя... Если что-то еще нужно... Или просто хочется поплакать у кого-нибудь на плече...

Кэндис криво улыбнулась. Она представила себя плачущей на плече Брэндона. Хороша была бы сцена! А главное, он, должно быть, чего-то такого и ожидает от нее. Ну да не дождется.

— Иди, Генриетта. И проследи, чтобы Мина с перепугу чего-нибудь не перепутала.

Генриетта вышла, видимо оскорбленная в лучших материнских чувствах. Кэндис ощутила легкий укол совести, но отмахнулась от неприятного ощущения. Да, она росла под присмотром Генриетты, но та все же ей не мама.

Кэндис вообразила, что будет плакать и жаловаться матери на то, что встретила парня, который во всем сильнее, умнее и лучше нее, а он оказался простым фотографом, и эта гротескная сцена вызвала у нее невеселый смех. Барбара Уоткинс, хоть и выросла в Техасе, но, выйдя замуж за Гордона Барлоу, очень быстро стала совершеннейшим снобом. Странно, но факт. И если бы Кэндис поведала ей, с какой проблемой столкнулась, миссис Барлоу пришла бы в ужас. Ужас, смешанный с недоумением и брезгливостью. Кэндис представила мать в таком состоянии и поняла, что не нужно ей рассказывать об этом своем опыте ни при каких обстоятельствах.

Когда Мина пришла с чашкой какао, Кэндис уже спала, а лицо ее горело, как в лихорадке.

Ее разбудил телефонный звонок.

Глория.

— Ну привет! Неужели ты еще спишь? Без десяти одиннадцать! Вставай, соня! Такое утро пропускаешь!

Кэндис вслушивалась в очень эмоциональный монолог подруги и силилась понять, о чем идет речь.

— Кэнди, ты меня вообще слышишь?

— Угу.

— Понятно. Давай еще раз: привет!

— Привет!

— Просыпайся!

— Уже проснулась.

— Не заметно. Попробуй еще.

— Глория, отстань.

— Вот, уже узнаю. Итак: как ты там?

— Сплю.

— Это очевидно. А подробнее?

— Мне снились какие-то карликовые коровы на альпийском лугу, маленькие, мне по колено...

— Я не про то! Коров оставь при себе. Я про твое состояние.

— Я в последнее время сплю плохо и странно, но все-таки...

— А когда не спишь?! — взорвалась Глория.

— Хочу спать. — Кэндис уже проснулась, но ей нравилось поддразнивать Глорию.

— Кэнди, знаешь что? Перезвони-ка мне сама, когда очнешься. А то мне очень хочется тебя убить, а этого не нужно: в конце концов, у меня не так уж много подруг, чтобы обращаться с ними расточительно.

Глория повесила трубку прежде, чем Кэндис успела сказать, что шутит. Она полежала еще минут пятнадцать, потом снова провалилась в сон.

Когда Кэндис в следующий раз открыла глаза, часы показывали час тридцать пять. Восхитительно. Кажется, она проспала все на свете, включая обед. Но зато тело, по крайней мере, чувствует себя отдохнувшим.

С твердой уверенностью, что спать больше нельзя, потому что иначе она проснется уже на том свете, ну в лучшем случае в глубокой старости, Кэндис встала и побрела в ванную. Там она открыла краны и стала набирать горячую ванну. Говорят, помогает проснуться не хуже ледяного душа. А на душ у нее силы воли не хватит. Воля сейчас нужна для другого — чтобы не думать...

Не думать о Брэндоне Лукасе.

Вот это новость! Как сильно, наверное, удивился бы Маркус, если бы узнал, что мысли ее сейчас заняты не им, не его предательством и не воспоминаниями об их счастливых моментах, а другим мужчиной! Мужчиной, которого она случайно встретила и который поразил ее. И открыл ей глаза на себя...

Стоп. Хватит. Это становится похоже на бред.

Может быть, ее психика таким образом защищается от проблемы «Маркус»? Вдруг то, что Маркус сделал, на самом деле настолько разрушительно для нее, что ее разум сам нашел для себя спасительную лазейку?

Возможно все. А время покажет, что правда, а что ложь.

Кэндис вышла в комнату за телефоном.

— Пожалуйста, не говори мне, что ты только что проснулась! — воскликнула Глория вместо приветствия.

— Хорошо, не скажу. — Кэндис набрала ее номер, уже опустившись в ванну, поэтому была в очень благостном настроении и цапаться с подругой не собиралась. А вот сама Глория настроена воинственно, это факт. Что, интересно, случилось? — Слушай, а у тебя самой-то как дела? Все ли в порядке?

— Ну разумеется, — бодро, но неубедительно ответила Глория.

— Понятно. Так что стряслось?

— С родителями поссорилась.

Кэндис поморщилась: вспомнила это тягостное чувство, которое всегда сопровождает ссору с самыми близкими людьми.

Так-так, постойте. Неужели — уже началось?

— А в чем дело-то? Из-за чего поссорились?

— Отец захотел знать, почему я так поздно, точнее рано прихожу домой, где и с кем пропадаю и что вообще происходит. Мать заподозрила, что у меня появился бойфренд, и поделилась своими соображениями с отцом. Отец захотел знать, кто он и что он.

— Боже... А ты?

— Сначала пробовала держать оборону, но знаешь, когда мои родители сходятся вместе, по одну сторону баррикад, мне на другой стороне уже делать нечего. Остается только спасать свою жизнь.

— И как ты спасалась на этот раз?

— Как ни стыдно в этом признаваться, врала. Сказала, что действительно встречаюсь с парнем, он бизнесмен, у него свой магазин компакт-дисков в Бруклине, а еще он играет на бас-гитаре в рок-группе, и мы познакомились в клубе, где он выступал.