Чтение онлайн

Как развивались взаимоотношения пришельцев и людей до момента «отбытия» богов? Посмотрим.

Сначала нужно определиться с географической стороной вопроса. Если генетическая лаборатория ануннаков предположительно находилась в Африке, то «райский сад» почти все теологи и ученые помещают в Месопотамии. Долгое время не получалось отождествить реки, о которых говорится в Библии (Быт. 2:10). С Тигром и Евфратом было понятно, но что подразумевается под Фисоном и Гихоном? По данным палеогеографии, в позднем плейстоцене Африка была едина с Саудовской Аравией, а Красного моря просто не существовало. В конце 80-х годов прошлого века были изучены фотоснимки из космоса окрестностей Двуречья. Оказывается, реку Фисон можно отождествить с пересохшей дельтой речной системы Вади-Батин, протекавшей по территории Египта и Саудовской Аравии. Специалисты Бостонского университета подтверждают, что 11–6 тыс. лет назад климат Аравийского полуострова, в отличие от современного, был влажным и дождливым. А рекой Гихон, по данным Ю. Заринса, оказалась современная река Карун, берущая начало в горах Загроса.

Судя по тексту, получившему название «Энки и Нинхурсаг», шумерский Рай — это Дильмун (Страна Живущих Вечно). Дильмун находился в юго-западной части современного Ирана. Рассмотрим некоторые подробности об Эдеме. В Месопотамской версии эпоса говорится:

Когда Ан, Энлил, Энки и Нинти создали черноголовый народ (шумеров),

Пышная растительность покрывала землю.

Животные четвероногие (вероятно, домашний скот)

(…) были искусно сотворены.

…В Эдине они поместили их.

Энлил (Энлиль) — второй сын Ану, имевший по законам ануннаков больше права на то, чтобы быть преемником верховной власти. Если Энки был больше ученым и занимался разработкой полезных ископаемых, то Энлиль выполнял представительские функции и отвечал за земледелие. Считается, что в упомянутом саду были созданы все злаки и фруктовые деревья, жизненно важные для человека. В этом отношении его можно считать своеобразной биогенетической оранжереей. Среди прочего в Эдеме имелись загадочные древо жизни и древо познания добра и зла.

После вкушения запретного плода происходят интересные метаморфозы. Первые люди, согласно Библии, вдруг осознают, что они голые, что это неприлично, и изготавливают себе повязки из листьев. Действительно, до определенного хронологического момента в Шумерской графике все люди изображаются, как обнаженные слуги. Вероятно, этих слуг и пришлось потом одевать.

Произошедшее в саду говорит о сильном потрясении, пережитом людьми после осознания сексуальной стороны отношений между полами. В рамках рассматриваемой гипотезы можно считать, что Эдем был «теплицей», где размножение происходило путем клонирования и «секса не было», в действительности, а не как в СССР. Здесь же мы находим еще более интересные подробности. Бог ходит в раю и не видит спрятавшихся от него грешников. А найдя их, вступает в пространный диалог. Заподозрив неладное, он подробно выпытывает, что случилось и кто виновен (Быт. 3:8–20). А потом изготавливает (а не сотворяет!) Адаму и Еве одежды из кожи и одевает их.

Второе толкование понятия «познания» можно извлечь из шумерских текстов. В «Эпосе об Адапе» сообщается о некоем Адапе, человеческом отпрыске Энки, рыбаке, которому он передал множество знаний и обучил ремеслам. Месопотамские тексты называют Адапу «шаблоном», «моделью» Человека (Адама). Похоже, среди знаний, переданных Энки Адапе, были и такие специфические, что позволили ему «покалечить крыло Южному ветру» (летательному аппарату?) и совершить путешествие на небеса к самому верховному ануннаку. Ану быстро понял, что человек знает слишком много и что повинен в этом Энки. Он отругал сына за то, что тот поделился с Адапой лишними сведениями и отправил его «по дороге на небеса».

Почему Энки открыл ничтожному человеку План Небес-Земли, сделав его выдающимся (среди людей), и изготовил для него Shem (летательный аппарат)?

Ану и Совет Двенадцати установили невиновность Адапы и были впечатлены общением с умным «примитивным рабочим» настолько, что решили угостить его «хлебом жизни» и «водой жизни». Тот, однако, опасаясь отравиться, по совету Энки, отказался. Ану это возмутило, и он сказал:

Адапа, ты отказался есть хлеб жизни.

Возвращайся на Землю и умирай.

Видимо, под «хлебом жизни» имеются в виду вещества, вызывающие в организме изменения, продлевающие жизнь. Патриарх Зиусидра (Утнапишти), аккадский аналог Ноя, явно имел это нечто. В Библии Творец, наоборот, опасается, что вкусившие знания люди могут добраться до чего-то такого, что может еще больше приблизить их к богам.

И сказал господь Бог: вот, Адам стал, как один из нас, зная добро и зло. И теперь, как бы не простер он руки своей, и не взял также от Дерева Жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно.

Быт. 3:22

Можно допустить, что часть ануннаков (сторонники Энлила) была против наделения людей способностью самостоятельного размножения половым путем (т. е. против утраты полного демографического контроля). Вероятно, они были также против передачи им научно-технических знаний и основ культуры, опасаясь последствий, даже после окончания работ по добыче золота. Инициатором непослушания выступил Энки (в Библии — Змей). Возможно, недовольство Энлила и других ануннаков и отразилось потом в мифах об искушении людей умным и хитрым змеем, что дало почву для замены прежнего символа добра и мудрости на его противоположность. К тому же, как показывают Ситчин и Элфорд, между Энлилем и Энки, двумя братьями-сыновьями Анну, велась перманентная, то затухающая, то обостряющаяся, династическая борьба за власть. Согласно ветхозаветной терминологии Еву и Адама совратил, дав им знания, НАХАШ. На иврите это значит «змей». Но это же слово имеет еще два значения: «Тот, кто знает тайны» и «тот, кто знает медь». От шумеров мы узнаем, что такой же по смыслу эпитет применялся к Энки. Его символом, как следует из текстов шумеров, действительно были две переплетенные змеи, возможно олицетворявшие собой структуру ДНК. Не зря же змеям поклонялись и считали их воплощением мудрости и добра почти во всех доисторических культурах. Однако поступок Энки, давший людям возможность самостоятельно размножаться и развиваться автономно от ануннаков, вызвал неприятие и осуждение других «сошедших с небес». За проклятием первых людей последовало их изгнание из Эдема. Территория райского сада тщательно охранялась:

И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Эдемского херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни.

Быт. 3:24

Со временем обострение отношений между Энлилем и Энки вылилось в «войну богов», от которой в Ветхом завете остались только отголоски. Таким образом, сказание о грехопадении можно считать интерпретацией описанных событий с точки зрения Энлила, не благоволившего к людям. Тогда известный миф о Прометее — это вариация на тему Энки-люди-ануннаки, но более адекватно отражающая значение поступка Энки для человечества.

Объективно судить об отношении ануннаков к созданным ими людям мы не можем. Ясно только, что поначалу оно было различным, и, по преимуществу, утилитарным. Энлиль, проявлявший нетерпимость к собственным собратьям, вероятно, был не слишком дружелюбно настроен и к человеческой расе. Решение погубить человеческий род исходило первоначально от Энлиля, который согласовал его на совете «богов» с другими ануннаками. И вновь ему противостоял Энки. И не он один. Богиня Иштар в шумерских текстах упрекает Энлиля в том, что среди людей есть много хороших и уничтожать все человечество нельзя. Такой вот инопланетный Гринпис (шутка!). «На грешника грех его возложи», — предлагала она. Но кто же был грешником? Вернемся к ветхозаветному понятию «нефилим» — сошедших с небес. В книге «Бытие…» мы узнаем, что в преддверии потопа на земле творилось невероятное по масштабам кровосмешение, в том числе, «сынов Божиих» и людей. В некоторых интерпретациях сюжета об уничтожении Содома и Гоморры мы встречаем поразительный факт: соседи Лота намеревались изнасиловать двух посетивших его «ангелов». Очевидно, они считали это «технически» возможным. По той простой причине, что и сами «сыны Божьи» «входили к дочерям человеческим» (Быт. 6:4).

Фрагменты «Книги Ноя», обнаруженной среди кумранских манускриптов, сообщают, что патриарх Ламех пришел к отцу, патриарху Мафусаилу (Мафусалу) просить совета, т. к. «породил странного сына, не похожего и отличающегося от человека и походящего на сыновей Бога Небесного; и естество его иное, и он не такой, как мы… И кажется мне, что он не от меня, а от ангелов». Мафусаил, в свою очередь, отправился за советом к мудрому Еноху. Тот вместо совета сообщил Мафусалу, что «пришел конец плоти», Землю и человечество ожидает страшный суд, а его сыну отводится роль родоначальника нового человечества. Между прочим, сам Енох, который «ходил пред Богом», был вскоре «взят» Богом и унесен в огненной колеснице. Он был первым стукачом, или, если угодно, свидетелем. Как повествует «Книга юбилеев», ни кто иной, как Енох, перед главным божеством «давал показания о нефилим, согрешивших с дочерьми человеческими. Он давал показания против них всех». «Книга Еноха» рассказывает: