Чтение онлайн

Пруд был неглубоким, и мы, приседая под водой, двинулись к противоположному берегу. Вынырнули там, где раскидистая аломея образовала над водой шатёр. Из своего убежища мы увидели, как туман начал рассеиваться, а две фигуры в белых масках оглядывали местность.

– Они скоро поймут, где мы, – прошептал мне на ухо Вард. – Кажется, использовали сонную пыльцу. Только как они проникли на территорию?

– Для некоторых нет ничего невозможного, – произнёс кто-то за нашими спинами. И я почувствовала укол в шею.

В моей голове громко тикали часы. Я открыла глаза и увидела, что лежу на пушистом с геометрическим орнаментом ковре в какой-то незнакомой комнате. Неподалёку от меня сидел, раскачиваясь и держась руками за голову, Вард.

– Где мы? – Голос отозвался в голове колющей болью.

– Говори тише, – проворчал мой товарищ по несчастью, – я не знаю. Но как нас смогли выкрасть, ведь территория тщательно охраняется?

– Всегда есть те, кто сможет обойти любую защиту. – В комнату вошёл пожилой человек с улыбкой на лице, держа в руках поднос, на котором стояло два стакана с молоком.

– Вы? – в унисон воскликнули мы с Бардом, узнав весёлого лекаря по имени Верн.

– Но как вы могли, ведь вы же лечили меня? – ошеломлённо пробормотал Вард.

– И меня… Вы что, предатель? – Мой голос звучал более уверенно, и я поднялась.

– Помолчи, девочка, ты в этой игре как одуванчик на клумбе с розами – зря вмешалась. – Человек поставил поднос на стол у окна. – Хотя твоя способность перемещаться кое-кого заинтересовала.

– Но что вам от нас надо? – не унималась я.

– От тебя ничего, а вот от него… – Мужчина всё с той же улыбкой кивнул на Варда. – Кое-что надо.

– И что у меня есть такого, чего нет у других? – процедил сквозь зубы Вард, вставая с пола.

– Кровь. Твоя кровь уникальна. – Улыбка всё не сходила с лица человека, будто приклеенная.

– И чем же? – полюбопытствовала я.

– Выпейте, станет легче. Не бойтесь, вы пока нужны нам живыми и сильными.

Я осторожно сделала глоток, и шум в голове стал затихать. Лекарь Верн жестом пригласил нас пересесть на диван, и второй раз за день я услышала:

– Вы знаете, что такое кислотница?

– Какая-то болезнь… – В голосе Варда слышалось раздражение.

Улыбка на мгновение сошла с лица человека, но потом привычно вернулась на своё место, и мы услышали:

– Все открытия делаются случайно, так и с кислотницей. Мой практикант Амонд нечаянно уронил споры вёшенки в настойку от экземы, которая состояла из дегтярника и плодов опунции. А Финнет в шутку капнула туда яд синей жабы.

– Именно так вы создали эту кислотницу, – поняла я.

На мгновение лекарь снова стал серьёзным, но затем продолжил улыбаться.

– Верно, квеббочка. Трое из присутствующих в тот день в лаборатории, в том числе и Амонд, стали на всё жаловаться, заражая окружающих чёрно-серым взглядом на мир. Любое событие воспринималось ими как вселенская драма. Они постоянно провоцировали скандалы, получая при этом какое-то непонятное удовольствие, выставляя себя жертвами и обвиняя во всём окружающих. Финнет первая поняла, что это за болезнь, и дала ей название по схожести с кислыми физиономиями заразившихся. Заболевших изолировали. Сначала мы хотели всё рассказать Департаменту магии по надзору за открытиями. Но Королева Фей сказала, что торопиться не надо. На этой болезни можно было сделать состояние и имя и получить так желаемое всеми ВЕЛИЧИЕ. И мы приступили к созданию вакцины. Когда первые результаты были удачно опробованы на Амонде, мы выпустили споры в Квеббеканде на центральной площади.

– Вы преступник! – возмутился Вард.

У меня же не было слов.

– Порой для достижения цели все средства хороши, – отмахнулся лекарь. – И началось! С каждым днём заражённых становилось всё больше и больше. Многие из них просто не хотели жить. Учёные заметили, что инфекция передаётся, если кто-то был в контакте с больным более пяти минут. Зараза проникла во все государства, жители которых стали бояться выходить на улицу. В мире исчезала радость. Королева Фей предложила подождать ещё месяц, а потом объявить, что вакцина найдена. Мы получили бы то, чего были достойны, – славу и богатство. Однако это было роковое решение: величие, которого мы заслуживали, ускользнуло от нас…

– Но ведь кислотницу вылечили не вакциной, а дисгармом, который изобрела Лилли из клана Стужевых! – прервал рассказ Вард.

– О да, сумасшедшая Лилли, – с горечью выпалил человек. – Она первая поняла, что прибор из потоков энергии тополя может истощить силы любого существа, а потоки берёзы, наоборот, заряжают большим импульсом адреналина. А так как кислотница поражала, в первую очередь, экологию души, то воздействовать на болезнь лучше всего было энергетически. Она специально заразила себя кислотницей и опробовала созданный прибор, который дисгармонировал потоки энергии. Излечившись, она успешно применила дисгарм на тех, кто согласился поучаствовать в её эксперименте. И сразу же заявила об изобретении в Департамент энергомагии, отказавшись от награды. В то же время сбежавший из лаборатории Амонд выдал Финнет властям, о моём участии он не знал. И все посчитали меня жертвой, которую ввела в заблуждение исключительная девочка.

– И всё-таки я не понял, зачем вам моя кровь? – спросил Вард, при этом пытаясь смотреть прямо в глаза похитителю.

– Жизнь всегда даёт второй шанс, – ответил человек, продолжая улыбаться, – ведь твоя мать переболела кислотницей. Но на ней Финнет успела испробовать нашу вакцину, а для дальнейших экспериментов это очень важно. И у Синих Волков есть такие же уникальные дети – оба сына их вождя.

– Я не собираюсь становиться подопытным кроликом! – воскликнул Вард.

– Это уже не тебе решать. – Лекарь Верн встал и добавил: – В комнате звукоизоляция, а на двери кодированный замок, не пытайтесь сбежать. А ваши слаймы пусть побудут у меня.

Дверь за человеком захлопнулась, я попробовала её дёрнуть – напрасно. Вард подбежал к окну, но вскоре понял, что это хорошо созданная иллюзия. Выхода не было.

Я рассказала Варду всё, что узнала от дяди Бреннита. Он, в свою очередь, поведал, как оказался у киклопов: его выкрали, когда он был на аттракционах в парке, стражу отвлекли. Когда он попал на поляну, Кенай был уже без сознания.

Затем сын министра спросил:

– Не могу понять твой тотем. Какой дар дала тебе Нимфея?

– Я ещё не проходила Посвящение, – тихо пробормотала я, боясь, что и этот мальчик начнёт меня презирать так же, как все дети города Флёр. – Просто моя прабабушка была водной дриадой.

– У тебя необычная внешность, ты в своём роде уникальна. А когда твоё Посвящение? – поинтересовался мой собеседник.

– В День Красной Розы. А твоё?

– В День Синего Первоцвета. Значит, в Цветанию поедем вместе.

– Если выберемся отсюда. – Я снова подошла к двери. – Что это за замок? Никогда такой не видела.