Чтение онлайн

– Кодированный. Собираешь из пазлов на замке определённое слово. Замок задаёт три загадки. Вводишь на них ответы, и только тогда дверь откроется. Очень надёжный, в папином кабинете такой.

Через час дверь открылась, лекарь принёс нам обед. Вместе с ним вошёл квеббек лет тридцати, в руках у него была склянка, в которой что-то бурлило. Очень осторожно он поставил её на книжную полку и вышел.

– Не вздумайте трогать. – Мужчина кивнул на склянку. – Ожоги будут страшными.

После ухода визитёров мы с Бардом приблизились к полке и уставились на бурлящую ёмкость. Сквозь пузырьки в воде виднелся камень с плавными переливами от лавандовых оттенков до насыщенного фиолетового цвета.

– Эльфийский чароит? – удивился Вард. – Но как он попал сюда?

– Что это за камень? – Мне стало очень интересно, я подошла ещё ближе и принюхалась: пахло чем-то горьким.

– Очень редкий минерал. В нашем мире сохранился в единственном экземпляре, поэтому его место в Государственном музее, я там был на экскурсии. Но каким свойством обладает, точно не помню: обычно на таких мероприятиях слушаю вполуха. – Вард пожал плечами.

– Жаль. Может быть, это помогло бы нам выбраться, – пробормотала я, откусывая кусочек бутерброда.

– Жаль, – согласился Вард и взял с тарелки второй бутерброд.

Я поглощала еду, смотря на диковинный замок, потом произнесла:

– Давай попробуем собрать пазлы.

– У нас всего три попытки. Но это лучше, чем ждать, когда из меня начнут выкачивать кровь! – заявила будущая жертва эксперимента.

Замок был будто резиновый: потянув на себя любую букву по краям, можно было переставить её в центр, что я и сделала, собрав слово «Финнет». Замок проскрипел:

– Неверно. Осталось две попытки.

– Лучше я попробую. – Вард отодвинул меня за плечи и набрал «кислотница».

Скрипучий голос повторил:

– Неверно. Осталась одна попытка.

Вард ударил кулаком по двери и отошёл. Я посмотрела на него и вспомнила рассказы дяди и лекаря Верна. Переживая за результат, всё же набрала «Величие». И замок, щёлкнув, вытянулся в лицо, которое запело:

Мне хотелось сказать «Восемнадцать». Но я понимала, что это слишком лёгкое решение и что-то тут неладно. Вард тоже не торопился с ответом.

– Подожди, заросли нимфей увеличиваются в два раза ежедневно, верно?

Я кивнула в ответ. А он продолжил:

– Нужен лист бумаги.

Я увидела, как на какой-то картонке мальчик нарисовал кривой цветок и написал «1 день». Ниже появилось два неровных кругляшка и «2 день». Затем Вард закусил губу и пробормотал:

– Значит, надо вернуться всего лишь… лишь на один день…

– Тридцать пять дней, – перебила я его, – ответ: тридцать пять дней.

Лицо замка скривило гримасу, но продолжило:

Загадка вторая.

– Братья, сёстры, не знаю я ничего о нравах Селесты, – разочарованно протянула я.

– Не торопись, зато я был там с отцом несколько раз. – Вард взъерошил свои волосы и начал повторять: – Ночь, волк, сестра… Перерождение происходит от связи Синих Волков с луной, я прав, замок?

Резиновое лицо неохотно кивнуло.

– Значит, что мы имеем? Тёмную комнату, которую освещает свет луны из окна. В ней четыре двери, три из которых ложные. И есть только одна попытка найти нужную дверь, – я попыталась рассуждать логически. – Может, выход – окно?

– Конечно, особенно, если оно иллюзия, – съехидничал Вард. – Нет, здесь всё не так просто. Луна освещает, темнота, двери… Три ложных, значит, никаких щелей нет, а настоящая их имеет.

– А может, свет луны виден из замочной скважины? – предположила я.

– Какие дети нынче пошли сообразительные, – пропело резиновое лицо и продолжило:

Третья загадка.

– Откуда я знаю, чем может заниматься какая-то девчонка? Может, она и ходить-то не умеет ещё, лежит себе и агукает, – протянул Вард, и карандаш в его руке сломался напополам.

Уставившись на обломки в руках мальчика, я словно наяву увидела Астромерию, которая рассказывала мне истории иноземного государства – её семья долгое время жила среди людей. Также она пыталась научить меня некоторым человеческим играм. И я с уверенностью произнесла:

– В шахматы играют вдвоём, поэтому вторая сестра играет с седьмой.

Лицо начало вытягиваться и сползло на пол бесформенной зеленоватой лужицей, а дверь слегка приоткрылась.

– Откуда ты знала ответ? – удивился Вард.

– Моя подруга Астромерия жила в человеческом мире, – ответила я. – А год назад, когда приехала во Флёр, учила меня играть в шахматы.

– Передай ей от меня огромное квеббековское спасибо.

Приоткрыв дверь, мы увидели, что из нашего плена наверх ведёт небольшая лестница. Подав мне знак не шуметь, Вард начал подниматься по ступенькам. Я шла следом и почти врезалась ему в спину, когда он неожиданно остановился.

– Что там? – Выглянув из-за его плеча, я увидела ужасную картину: в конце небольшого тускло освещённого коридора находился подросток из Синих Волков, подвешенный магическими путами за шею так, чтобы пола касались только пальцы ног, руки были подняты над головой. Если же, устав, он пытался опуститься, верёвка натягивалась, впиваясь в горло, а из рваной раны сочилась кровь.

– Это ужасно, – испуганно произнесла я.

– У меня вообще хотят выкачать кровь, – прошептал Вард.

Я машинально отметила, что справа от подвешенного было небольшое окно, а слева виднелся тусклый свет – очевидно, коридор имел ответвление. Вард сказал мне оставаться на месте, а сам крадучись начал идти вперёд. Дойдя до мальчика, он заглянул за угол и, махнув рукой, позвал меня.