Чтение онлайн

В самом деле, производственной деятельности, скажем, нефтяных компаний падение их акций не наносит никакого прямого урона, они как добывали и продавали углеводороды, так и продолжают их добывать и продавать. Реальные финансовые группы, фактически контролирующие эти компании, также будут получать средства по обслуживанию кредитов. Пострадать могут только мелкие инвесторы и спекулянты, купившие акции в период высокой конъюнктуры, которые и заплатят за падение фондового рынка.

В среде брокеров давно популярна универсальная, проверенная уже столетиями, выработанная горьким опытом злая максима: «Мелкий инвестор всегда не прав!». Миллиардер Джозеф Кеннеди, – язвит создатель теории портфельного управления Гарри Марковиц, – говорил, что если даже его чистильщик обуви вышел на рынок, то это значит, что фондовой рынок высосал уже все свободные деньги, и пора избавляться от спекулятивных активов: когда на рынок приходят чистильщики обуви, Джозеф Кеннеди покидает рынок, потому что он опережает рынок только за счет постоянной ребалансировки своего портфеля [39] . Конечно, неверно, что «все, что хорошо для Газпрома, хорошо и для России», но обратное – верно: все, что для Газпрома плохо, плохо и для страны. Газпром – это «голубая фишка» на рынке, и его проблемы будут неизбежно сказываться на всех торгующихся акциях [40] . Торговля акциями, – резюмирует Дж. М. Кейнс, – «это единственная сфера жизни, где победа всегда достается тем, кто в меньшинстве, а не тем, кто в большинстве. Когда находится кто-то, кто с тобой согласен, – меняй тактику! Если мне удается убедить руководство моей страховой компании купить акции, то я по опыту уже знаю, что настала пора их продавать».

Беспочвенные и безответственные претензии экономистов – фондовиков на обладание неким высшим знанием высмеивал язвительный «глас российских мелких инвесторов» писатель – фантаст Виктор Пелевин: «Официальная стратегия развития оркской экономики заключается в том, чтобы догнать и перегнать Биг Биз по главным фондовым индексам. В оркской экономической мысли существуют две школы, которые предлагают диаметрально противоположные пути к этой цели. Первая школа, известная как «бизантизм», считает, что следует перенять фондовые индексы у людей, а затем путем модернизации добиться, чтобы у орков они поднялись выше. Это направление экономической мысли считается классическим. Вторая школа возникла недавно. Ее основал ученый Хазм, который доказывал, что оркские фондовые индексы в принципе не могут подняться выше бизантийских, поскольку у орков нет фондового рынка. Мало того, фондового рынка давно нет и у бизантийцев – они определяют свои индексы во время торжественного гадания в Доме Маниту, и в наше время это просто один из религиозных ритуалов Верхнего Манитуизма… Перед Священной Войной… Хазма повесили на рыночной площади, чтобы ободрить население. Впоследствии Хазм был реабилитирован. На основе его идей возникло второе направление экономической мысли, «хазмизм», призывающее орков разработать свои собственные фондовые индексы – таким образом, чтобы они сразу были какие надо. Но это учение кажется многим слишком смелым и простым, отчего реальная экономическая стратегия государства основана на своеобразной амальгаме двух подходов" [41] .

А если сохранять серьезность, то в академическом мире под фондовым анализом [42] нередко понимают область знаний, возникшую на стыке математики и кибернетики с экономической теорией собственности (и политической экономией), включая исследование операций, экономико-математические модели, эконометрию и математическую экономию. Фондовый анализ охватывает часть сферы финансового анализа, ограничиваясь фондовым рынком. «В какой-то степени это, безусловно, оправдано, так как фондовый рынок является важнейшей составляющей мирового финансового рынка. Однако помимо фондового, мировой финансовый рынок включает также валютный рынок, товарные рынки и денежный рынок (кредитов и займов)» [43] .

Важно, что фондовый рынок может служить измерительным инструментом для оценки состояния экономики для органов государственной власти и управления. Индикаторы рынка показывают текущее состояние финансовой системы – размер рынка, уровень ликвидности, возможности абсорбции свободных ресурсов – все ключевые факторы, влияющие на инвестиционные решения. Кризисы фондового рынка показывают, что национальной экономике требуются дополнительные свободные финансовые ресурс в стране, и финансовый рынок не может удовлетворить существующие и возникающие потребности. Рост существующих предприятий ограничен в своем доступе к финансовым ресурсам, а фондовый рынок уже не способствует, а препятствует развитию реального сектора экономики [44] .

Видный фондовый аналитик, лауреат Государственной премии СССР по математике А. Горчаков заметил, что для фондового аналитика задача решена, когда ее решение можно изложить в виде «делай раз, делай два, делай три» причем результат должен быть единственным или, по меньшей мере, число решений должно быть конечным и перечислимым. При прогнозировании нужно решить три проблемы: указать срок, дать четкое определение понятий, определить степень вероятности [45] . Это ведет к тому, что в практическом фондовом анализе решающим моментом является создание моделей фондового рынка, позволяющих прогнозировать движение цен на активы.

Со своей стороны, Д. Белоусов подчеркивал: «Чем дальше прогнозируешь, тем в большей степени получается формирование либо желаемого образа, либо крен в какую-то сторону… Любой прогноз существует только вместе со своими гипотезами, с тем, что закладываешь. Просто либо явно это прописывается в сценарий, либо не явно. И вот это не явно гораздо важнее и опаснее».

Фондовый анализ в силу того, что находился в сфере прямых интересов крупнейших мировых финансовых корпораций и банков и не испытывал недостатка в финансировании исследований, стал одним из первых направлений применения методов «искусственного интеллекта» (говоря языком математики – дискриминантного анализа или распознавания образов). Постепенно стало очевидным, что новейшие концепции вроде «big data» и зачастую неоправданное применение методов «искусственного интеллекта» пока не в состоянии заменить человека, и поэтому фондовый анализ как практическая деятельность остается актуальным, как для инвесторов и фактических хозяев предприятий, так и для общества.

Между тем, практические эффекты исследований в области возможностей, уверенно и стабильно прогнозирующие динамику фондового рынка, близки к нулю, и вряд ли лучше обстоят дела в области теории. Еще в начале восьмидесятых годов ХХ века В. И. Данилов-Данильян и А. А. Рывкин указывали на грядущий кризис в использовании ЭВМ и отмечали, что «поверхностная компьютеризация захлестнула не только коммерческий мир. Она проникла и в научные исследования, где с небывалой ранее легкостью стали появляться работы, базирующиеся на формальном применении математического аппарата (прежде всего системной динамики и математической статистики), без критического анализа выполнимости необходимых для его использования гипотез, без попыток осмыслить в целом весь комплекс взаимосвязей, заложенных в ЭВМ. Ослабление внимания к содержательной стороне исследования, равно как и пренебрежение серьезным анализом экономических процессов в угоду автоматизации процесса принятия квазирешений – эти явления уже начали приходить в противоречие с потребностями практики» [46] .

Несмотря на остро ощутимую потребность, в настоящее время деятельность по подготовке специалистов по профилю фондового анализа (в узком смысле слова), к сожалению, неявно, (а нередко и явно) связывается с профессиональной деятельностью в области корпоративных финансов. В мире насчитывается около 60000 фондовых и инвестиционных аналитиков, из которых на Россию приходится около нескольких сотен, при том, что общий уровень их подготовки не может считаться удовлетворительным. В частности, в ней нередко отсутствует фундаментальная экономическая подготовка, а также тесная связь с более широким полем инвестиционных решений.

Реальность показывает, что в силу высоких математических требований к этим специалистам, а также несоответствия этих требований профилю подготовки в рамках существующих курсов экономико-математических методов, основную часть фондовых аналитиков и специалистов по корпоративным финансам в России на сегодняшний день представляют собой специалисты с высшим техническим или физико-математическим образованием. Это люди, которые «дружат» с цифрами и математикой. «Толковые трейдеры и аналитики получаются из выпускников технических специальностей (математиков, инженеров, программистов и т. д.). В технических вузах учат тому, что так необходимо в работе: считать, мыслить логически, анализировать, делать прогнозы» [47] . Многие известные компании, работающие на рынке ценных бумаг, проводят специальные курсы, преподаватели которых – специалисты-практики. Зачастую эти курсы платные.

Некоторые специалисты открыто утверждают, что для «эффективной работы на рынке достаточно мат. аппарата нормального технического ВУЗа. Более того, излишнее усложнение не ведёт к увеличению эффективности» и даже что трейдеру достаточно «хорошо владеть устным счётом» [48] .

Тем не менее кризисные явления и огромные финансовые потери инвесторов привели к тому, что в последнее время широко распространенным становится признание общеэкономической подготовки таких «специалистов» недостаточной. Возникло понимание того, что «… было бы неправильно советовать всем, кто в перспективе хочет работать в брокерской компании, поступать, допустим, на физмат. Специалистов по ценным бумагам готовят на других факультетах – экономических или финансовых. И если вы хотите идти строго по намеченному курсу, то выбирать следует специальность «Финансы и кредит». В этой связи существует настоятельная потребность преодолеть в процессе подготовки кадров неоправданную для сегодняшнего дня профессиональную узость в подготовке фондовых и инвестиционных аналитиков с целью поднятия их компетентности и мастерства без ущерба квалификационным требованиям по специализации.

Важность данного подхода диктуется в первую очередь наметившимся усложнением характера и содержания инвестиционных отношений и связей, а также возникновением, в связи с этим, спроса на подготовку соответствующих специалистов со стороны крупных финансовых и промышленных компаний и государственных и общественных органов. Существующие в ряде высших учебных заведений новые программы (например, по оценке предприятий) не вполне соответствуют требованиям, предъявляемым к фондовому анализу. Важно отметить, что фондовый и инвестиционный анализ в отличие от ряда других новых специальностей сам по себе накладывает жесткие требования к общему образованию.