Чтение онлайн

– Получил по хоботу? – не сдержался Анджей.

– Да ну его в могилу, – отмахнулся Павел. – А вы неплохо смотритесь, ребята. Даже лучше, чем я со своей Евой на свадебной фотографии. В мирное время из вас бы вышла идеальная пара.

– Спасибо, – вздохнула Криста.

– Известный художник и выдающийся авантюрист Анджей Раковский, – измывался Айзик. – Вас всю жизнь, уважаемая Криста, будут преследовать слава Жозефины Богарне, Раисы Горбачевой… – Павел задумался.

– Елены Чаушеску, – подсказала Криста.

– А ты к чему это сказал? – не понял Анджей.

Павел пожал плечами.

– Просто так. Смотритесь, говорю, отлично. Ты сам мне позвонил два дня назад и сказал, что проблемы с юмором. Приезжай, сказал, похохочем.

– С юмором совсем плохо, – пробормотал Анджей.

– Вижу, – вздохнул Павел. – Хорошо, давай о деле. Ты назвал Григорию адрес в Праге – это правильный адрес?

Анджей пожал плечами.

– Какая разница? В нашем положении это мало что меняет. Если адрес неправильный, придут и будут бить, пока не добудут правильный. Дольше протянем, – Анджей покосился на тяжелую дубовую дверь, отделяющую их от парней Ройзмана.

– Здесь нет подслушивающих устройств, – вкрадчиво сказал Павел. – Здесь полвека не ступала нога человека. Отсутствует замок, дверь заперта на задвижку.

– На прочную задвижку, – заметила Криста.

– Я видел, – кивнул Айзик. – Хорошо, Анджей, не хочешь говорить – не надо. Наш лучший друг Григорий Ройзман собрался наложить лапу на коллекцию умбара. Он вдохновился этой штукой, которую вы хотели забрать, и хочет расширить свои познания зловещих и смертоносных сил природы…

– Давайте посчитаем, – предложила Криста. – Посылку из Мексики мы отправили восемь дней назад. В принципе, она уже могла долететь… Посылка из Мадагаскара ушла четыре дня тому… Сомнительно, что она уже в Праге.

– Мы не отправляли Колдуна почтой, – возразил Анджей. – Я передал ее молчаливому чиновнику с хитрыми глазами. Если этот тип завязан с людьми Ангерлинка, могли управиться мигом.

– То есть теоретически Ройзман способен огрести половину коллекции, – размышлял Павел. – Огребя при этом миллион неприятностей. Русский не дурак, он прекрасно отдает себе отчет, куда ввязывается. Поэтому отправлять нас к праотцам, зарабатывая в свой актив очередные минусы, ему нежелательно. Лучше подержать нас на голодном пайке…

– Я думал об этом, – кивнул Анджей. – Какое-то время он продержит нас в подвале. Присмотрится к обстановке. Изучит, насколько мы важные птицы. А потом…

– Этот мерзавец нас даже не покормил! – возмутился Павел и опять отправился ворошить мусор.

Принимать участие в этом безнадежном занятии не хотелось совершенно. Анджей обнял Кристу, закрыл глаза. Из полузабытья беспардонно вырвал частный детектив, измазанный, как черт, и с горящими глазами.

– Подъем, ленивая рота! – он плюхнулся на грязный пол, стащил шляпу и начал усердно размазывать по ней плесень. – Блестящих идей ни у кого нет?

– Не успели присниться, – честно признался Анджей.

– Будем реализовывать мои, – бухнул Павел. – Милости от Ройзмана, понятно, не дождемся… Выбираться надо, друзья мои.

– Куда? – удивился Анджей.

– Туда, – Павел ткнул пальцем в потолок. – В этот милый подвал с момента последней гитлеровской бомбежки никто не захаживал. В принципе, я Ройзмана понимаю. Замок получил в убитом виде, ремонтировать подвал неохота, первым делом надо вылизать помещения, подлатать стены, придать экстерьеру товарный вид, а уж потом дойдет очередь и до подвала. Короче. Я убрал от стены груду дерьма, отодрал несколько трухлявых досок и обнаружил в бетонной стене кирпичную кладку. Вот такой ширины, – он показал руками. – Качество кладки сомнительное. Если хорошенько поработать, мы ее сломаем.

– И что? – проснулась Криста.

– Имеется подозрение, что когда-то, во времена благородных рыцарей и их пленников, в подвал вели две лестницы. Посчитали, что много. Одну замуровали.

– Блестящий план, – похвалил Анджей. – Надеюсь, интуиция тебя не подводит. Мы попадем в извилистый подземный ход, который обязательно приведет нас к предместьям Вернесса. Ты в своем уме, Павел? Если там действительно лестница, то она приведет нас на первый этаж, где много собак и скучающих от безделья русских. Нас схватят.

– Нас схватят, – не стал утешаться иллюзиями Павел. – Но мы должны приложить максимум усилий, чтобы схватили нас не сразу.

– А когда? – спросила Криста.

– Минуты через две.

Анджей недоуменно переглянулся с Кристой. На идиота из больницы Павел не походил. Он был собран, серьезен и, невзирая на карнавальный костюм из плесени, производил впечатление здравомыслящего человека.

– Ты что-то замыслил, – догадался Раковский.

Павел неопределенно пожал плечами.

– Говори, – потребовал Анджей. – Не кривляясь, кратко, простыми фразами.

– Иди в пень, – посоветовал Айзик.

– Откровение от Павла откладывается, – пошутила Криста.

– Вот именно, – сказал сыщик. – Не будем забегать вперед. Вдруг не получится?

– Нам точно набьют морду, – обреченно вымолвила Криста.

– Набьют – как пить дать, – подтвердил Айзик. – Но к нам в любую минуту могут войти и набить абсолютно безвозмездно, а так хоть за дело. Чего мы ждем, мученики?

Поздновато – на четвертом жизненном десятке становиться суеверным. Таить свою задумку до последнего, пока все дело с треском не провалится… Это было форменным безумием. Ни спичек, ни зажигалок, до ближайшей символической лампочки полтора десятка шагов. Старый хлам, гниль… Совершенно непостижимо, как Павлу удалось рассмотреть этот кусок кладки в семьдесят сантиметров шириной. С чего он взял, что за кирпичом пустота? Они пытались выбить кирпичи ногами, а Криста сидела в темноте на корточках и помогала добрым словом, уверяя, что за стеной обязательно будут скелеты в истлевших власяницах и страшное привидение старого замка. Они взмокли до нитки. Сделали короткий перерыв, подтащили изголовье старой «рыцарской» кровати и нанесли мощный удар, выбив несколько кирпичей. Кирпичи ввалились внутрь! За кладкой действительно была пустота! Воодушевленные удачей, остаток стены они доламывали вручную. За кладкой находились ступени, ведущие вверх, – в таком ужасном состоянии, что передвигаться по ним можно было только на коленях. Они ползли вверх по узкому тоннелю, а Криста в арьергарде развлекала их рассказом о Святой лестнице в римском Лютеранском дворце, который она посещала в прошлом году. Крутая деревянная лестница – в наше время она ведет в папскую капеллу. А когда-то по ней Иисус поднимался к Понтию Пилату. Реликвию специально доставили по морю из Иерусалима. Подниматься по ней разрешается только на коленях, и всеми днями лестница битком набита людьми, которые именно так и делают…

Опасения, что в конце пути их встретит аналогичная кладка, благополучно подтвердились. Взревев от отчаяния, в кромешной темноте Павел бросился на стену. Анджей пришел ему на помощь. Отбивая плечи, они бодались с бездушным кирпичом. Что-то сдвинулось в стене, и в следующее мгновение она рухнула с ужасающим грохотом, погребая под собой ковер, который висел на той стороне, прикрывая старую кладку. Они вывалились в широкий коридор. Никто не устоял на ногах, даже Криста, которая была где-то сзади. Возились в груде обломков, чертыхаясь, стискивая зубы от боли. Знакомое место – широкий коридор, связующий восточную и западную части замка. Справа – проход в «частное собрание», там наверняка заперто, слева холл, впереди – примыкающий проход, винтовая лестница на последующие этажи. И что дальше?

Форменная клиника. Слева по коридору уже кто-то топал. Вылетел охранник, разгневанный до глубины души. Бросился с кулаками и тут же получил под дых парой слепленных раствором кирпичей, которые Павел ухитрился метнуть из положения «полулежа». Парень рухнул на колени, стал беззвучно хватать ртом воздух. Временная мозговая дисфункция. Внесся второй, шарахнулся от первого, как от туберкулезной вороны, споткнулся.

– Туда! – завопил Айзик, показывая на винтовую лестницу, схватил за воротник разлегшуюся на кирпичах Кристу и поволок за собой. – Давай же, девочка, шевели ластами, ты что, закрылки забыла выпустить?