Чтение онлайн

Для организации выборов парламента России мы создали из всех организаций, поддерживающих нас, единый блок «Демократическая Россия». Мы достаточно продуманно выдвинули кандидатов, обеспечили их регистрацию и включение в списки. И потом боролись за их победу.

…Трудностей было много — уже в том, как подсказать избирателям, что такой-то кандидат от «Демократической России». Выход был найден. Если избирателям были неизвестны фамилии Иванов, Петров, Сидоров, то подписывали обращение к избирателям Ельцин, Травкин, Попов, Афанасьев, Станкевич, Мурашев. Это означало, что это наш кандидат».

Как видим, очередная предвыборная кампания была разработана окружением Ельцина в деталях. Только он сам совершал иногда не предусмотренные никем кульбиты. Очередной скандал разыгрался осенью того же 1989 года. Шла сессия Верховного Совета СССР. Борис Николаевич не пришел на одно заседание, другое. Не было его и на третьем. По Москве поползли слухи о покушении на народного депутата…

15 октября «Московские новости» публикуют следующую информацию: «На протяжении нескольких дней в редакции раздаются звонки читателей: правда ли, что на Бориса Ельцина было совершено хулиганское нападение и он находится в тяжелом состоянии?

Мы обратились в Главное управление внутренних дел Мосгорисполкома. По словам заместителя начальника управления охраны общественного порядка В. Бондарева, до ГУВД тоже дошли слухи о якобы имевшем место инциденте, но информации о происшествии у московской милиции нет.

Тогда пришлось обратиться к самому Ельцину. Он подошел к домашнему телефону:

— Я уже знаю об этой новой волне слухов, «к которым с недавнего времени мне приходится привыкать. Сейчас я немного приболел, видимо, в Америке простудился и теперь вот вынужден сидеть дома». В тот же день собирается митинг протеста. Выступающие требуют расследования и наказания виновных в преступлении. Оказывается, никто не читал то, что сообщали «Московские новости».

Новая информация в «Комсомольской правде»: «В редакции раздаются многочисленные звонки: почему Ельцина нет на сессии? Ходят слухи, что кто-то сбросил его в реку…

Мы позвонили Борису Николаевичу домой. Вот что он ответил:

— Чуть ли не каждую неделю до меня доходят такие слухи; то у меня инсульт, то я попал в автомобильную катастрофу, и даже что меня убили. Но все это, конечно, слухи, не более. На самом деле со мной все нормально. В поездке по Америке я, вероятно, простудился и сейчас приболел. Но температура уже спала. Лечащий врач сказал, что с 16 октября могу приступить к работе. Так что в понедельник буду участвовать в работе сессии Верховного Совета CCC P» [266] .

Подробнее о «мокром деле» в отношении Б. Ельцина в следующем разделе настоящей главы.

В период предвыборной кампании Б. Ельцин совершает ряд поездок в зарубежные страны, с руководителями которых он делится своими политическими планами, налегая при этом на критику политического курса М. Горбачева.

…В январе 1990 года Ельцин вылетел в Японию. С первого же дня пребывания в стране он заявил две вещи: восхищался Страной восходящего солнца и резко отрицательно отзывался о своем государстве и особенно о М. Горбачеве. Чтобы иметь полное представление о позиции Ельцина, о том, что он говорил, достаточно познакомиться с материалами одной лишь пресс-конференции, которая была дана 23 января 1990 года в клубе иностранных корреспондентов в Токио.

Он был в Японии, а на Родине разворачивались трагические события. Началась война между Азербайджаном и Арменией. В Азербайджан были введены войска для обеспечения порядка.

«Вопрос: Согласны ли вы с решением Горбачева направить войска в Азербайджан или выступите против этого решения? Что Вы можете сказать по поводу имевших место жертв?

Ответ: Конечно, несколько затруднительно отвечать на такие вопросы, находясь здесь, а не там, в стране, не участвуя в обсуждении как член Президиума Верховного Совета СССР. Но в принципе я против того, чтобы армия использовалась против мирного населения…

Вопрос: Ваша группа известна тем, что она выступает за предоставление большей автономии регионам. Консерваторы в Советском Союзе утверждают, что те уступки, которые уже были сделаны руководством в направлении предоставления большей автономии регионам, лишь высвободили джинна из бутылки и способствовали активизации требований о выходе республик из состава СССР, что может привести к распаду Советского Союза. Поддерживаете ли вы эти требования? И второе, считаете ли вы такой процесс дезинтеграции неизбежным следствием перестройки и гласности?

Ответ: Я действительно выступаю за максимальную самостоятельность в рамках федерации республик как государств, имеющих свою Конституцию. Именно сверхцентрализация и монополия одной партии на власть привела к такому положению нашу страну. В отношении джинна из бутылки. Да, надо его постепенно все равно выпускать, потому что если продолжать держать так, как держали 72 года, то мы бы неизбежно через какое-то время, и достаточно короткое, получили бы Румынию. Только еще в более крупных масштабах, учитывая нашу страну. Безусловно, я не поддерживаю тех, кто выступает за выход отдельных республик из Союза. Мне кажется, мы неправильной тактикой перестройки сами создали такую ситуацию. Когда с 1985 года общество стало демократизироваться и расти гласность, народ стал раскрепощаться, у народов республик появилось чувство национального достоинства. А мы все-таки продолжали распределять мыло и гвозди из Москвы вместо того, чтобы три года назад принять закон о разделении функций между Центром и республиками, чтобы дать предельную самостоятельность республикам, а Центру оставить только узкий луч стратегического планирования. Но народ все-таки уже глотнул немного свободы.

И еще очень важное условие — уйти в основном от централизованного планирования, перейти на договорную систему между республиками так, как было задумано в 1922 году. Ну а с другой стороны, зачем же в Конституции есть право на самоопределение вплоть до отделения, если не будет такого случая, что какая-то республика выйдет из состава? Тогда что, в Конституции ради, так сказать, только декларирования этого вопроса? Я не исключаю, короче говоря, такую возможность. И при этом надо сдержать свои эмоции и уж никак не пугать войсками».

На вопрос о судьбе «северных территорий» он не дал четкого ответа в «духе Ю. Афанасьева», а отделался критикой позиции М. Горбачева, в которой он не видит «подвижки в территориальном вопросе». Но главное в его выступлении — это критика консервативного крыла Политбюро ЦК КПСС.

«Вопрос: Вы упоминаете аппаратчиков и консерваторов, когда говорите о правой части партии. Я понимаю, что опасно навешивать ярлыки на людей или группы людей. Но не могли бы вы назвать по именам консервативные элементы в Коммунистической партии?

Ответ: Вы имеете в виду из всех 20 миллионов? Из какого состава вы имеете в виду назвать? Политбюро? (Получил утвердительный ответ). Политбюро. Нет, я не потому, что меня смущает, так сказать, назвать фамилии. Меня это не смущает, тем более на меня столько ярлыков навесили, что я пока еще не отыгрался (Выделено мной. — А. К.).

Консервативная часть Политбюро. Самый ярый — Лигачев. Без порток, без штанов, но обязательно строить коммунизм. Он будет выполнять указания Маркса до конца своей жизни. Если его вывели бы из состава Политбюро года три назад, перестройка бы очень здорово выиграла. Остальные, не буду их дифференцировать между собой, а скажу, что, так сказать, на каком-то усредненном уровне консерватизма и догматизма: Зайков, Воротников, Медведев, Крючков как исполнитель. Рыжков… Много еще членов Политбюро. Рыжков вообще склонен был бы изменить свою позицию, не будь он уж очень и очень исполнительным воли Горбачева. Маслюков только что вошел в состав Политбюро, оглядывается, куда бы ему примкнуть. Шеварднадзе — умный политик, он держит линию Горбачева. Не свою, а Горбачева. Горбачев. Был в начале перестройки чуть левее центра, потом сместился на центр, сейчас сместился правее центра. Я не говорю о кандидатах и секретарях ЦК.