Заговор Холокоста: Международная политика геноцида
Шрифт:
Но правительство снова прибегло к аргументу о безопасности, что якобы с беженцами страну наводнят вражеские агенты. И оно снова победило.
Тем временем ситуация на континенте стремительно ухудшалась. Погромы начались даже в странах, которые Германия еще не оккупировала, но где уже чувствовалось ее влияние. Там преследования евреев становились и более частыми, и более изощренными.
В этой главе мы не можем не рассказать историю корабля «Струма», который британские заговорщики превратили в братскую могилу для сотен еврейских беженцев. Как могло случиться, что столько людей оказалось на крохотном, полусгнившем и не готовым к плаванию судне?
В конце января 1941 года румынская нацистская партия организовала массовые еврейские погромы. Об этом подробно сообщалось в западной прессе, в том числе в Нью-Йорк Таймс и всех крупных британских газетах (выпуски с 29 января по 2 февраля 1941 года). Приведем выдержку из одной статьи:
«София, 29 января. Мне кажется, я стал первым свидетелем, кто сообщает миру о зверствах, чинимых в Румынии «Железной гвардией»… Еврейские лидеры полагают, что число погибших в стране превышает 2000… Десятки евреев – мужчин, женщин и детей – буквально похоронили заживо. Причем я говорю не о тех, кого гвардейцы сожгли в их домах, предварительно избив и расстреляв их жителей и разграбив их имущество. Я говорю только о тех евреях, которых прямо на улицах избили до полусмерти, ограбили, полили бензином и подожгли.
Вчера в морге Бухареста военный хирург показал мне тела девяти человек, обуглившиеся до такой степени, что их уже невозможно опознать. По его словам, их собрали на улицах еврейского квартала после прошлой среды, когда погромы достигли точки наивысшего безумия.
От надежных друзей я узнал, что чиновники уже подтвердили множество случаев, когда еврейским женщинам наносили самые садистские увечья: отрезали груди, выбивали глаза, клеймили, ломали кости.
Скорее всего, самым страшным эпизодом погромов стала «кошерная резня» более чем 200 евреев в муниципальной скотобойне в прошлую среду.
После многочасовой облавы члены Железной гвардии посадили евреев в несколько грузовиков и привезли на скотобойню. Там зеленорубашечники заставили их раздеться и завели в колоды для рубки мяса, где перерезали им глотки в адской пародии на еврейский традиционный способ забоя скота и дичи.
Вооруженные легионеры перебили таким образом несколько десятков человек, после чего устали и, обезумев от ненависти, отрубили остальным головы топорами и ножами. Некоторые изувеченные тела выбросили в канализационные люки, которые обычно использовались для утилизации останков животных».
Ни в этой статье, ни во многих других не упоминалось, что после чудовищной экзекуции многие обезглавленные тела были подвешены на крючья для туш, и к ним были прикреплены таблички с надписью «кошерное мясо». Американский посол в Бухаресте Франклин Гюнтер Скот сообщил в Вашингтон о дополнительных подробностях, публиковать которые газеты просто не решились. В телеграмме в Госдепартамент он пишет, что примерно с пятидесяти тел была содрана кожа, как с туш животных.
После этого погрома румынских евреев охватила такая паника, что перестаешь удивляться, почему утлое полусгнившее суденышко «Струма» внезапно нашло такое количество пассажиров. Евреи неистово искали любой корабль, который мог бы доставить их из Румынии в то единственное место в мире, которое станет их новым домом, где их встретят друзья. Но найти корабль никак не удавалось. Богатая сельхозпродукцией Румыния обязалась регулярно поставлять в Германию большие партии скота и пшеницы. На эти поставки был отведен практически весь имеющийся флот, который ходил вверх по Дунаю. В дунайском доке осталось только одно маленькое, старое и утлое суденышко под названием «Македония». Оно было в настолько плохом состоянии, что немцы не рисковали перевозить на нем скот.
Евреям удалось завладеть этим судном и зарегистрировать его под флагом Панамы, при этом его переименовали в «Струму». По официальным данным длина судна составляла 17,06 метра; согласно статье в Нью-Йорк Таймс от 13 марта 1942 года, – всего 15,24. Кажется невероятным, но на этом корабле удалось разместить 767 человек. Еще более невероятно то, что 16 декабря 1941 года, после четырех дней пути, ему удалось достичь Стамбула. На этом возможности судна были полностью исчерпаны.
Турки не разрешили пассажирам «Струмы» сойти на берег. Между тем было очевидно, что это жалкое подобие корабля уже не было способно отправиться куда-либо. Турецкие инженеры обследовали двигатель и констатировали, что он не подлежит ремонту. Еврейское агентство предложило свои услуги по транспортировке при условии получения разрешения на въезд в любую страну, не оккупированную немцами.
Англичане отказались впустить беженцев в Палестину, хотя британское посольство в Анкаре благодаря разведданным прекрасно знало об ужасающих условиях на борту «Струмы», где люди могли только стоять, где был один туалет и одна маленькая кузня. Корабль наполняло зловоние от испражнений [88] , особенно в трюме, где в каждый момент времени всегда находилась половина пассажиров [89] . Все попытки решить проблему в Лондоне и в британском посольстве в Турции не увенчались успехом. Через одиннадцать дней после прибытия корабля англичане сообщили турецкому Министерству иностранных дел о своем окончательном решении:
88
S.O. (I) to Admiralty, Febraury 5, 1942 PRO FO 371/32661 I/28 W 2093/652/48, цитата по Wasserstein op. cit. 144.
89
British Legation in Ankara to Foreign Office, December 29, 1941 PRO PREM 4/51/1/40, цитата по Wasserstein, op. cit., p. 146. Курсив добавлен.
«Правительство Его Величества не видит причин, препятствующим турецкому правительству отправить „Струму“ обратно в Черное море, если оно сочтет это необходимым ».
Начался новый, 1942 год, и весь январь Еврейское агентство пыталось заставить лондонских чиновников изменить это решение. Среди последних был лорд Мойн, министр по делам колоний и председатель Палаты лордов. Именно он настоял на том, чтобы правительство ни в коем случае не меняло свою позицию, но надавило на турков, чтобы те отправили корабль обратно в Черное море. На протяжении всего этого времени 767 несчастных пассажиров «Струмы» не могли сойти на берег даже на минуту, они превратились в настоящих заложников. Турецкие власти запретили кораблю любые контакты с берегом, единственным послаблением было разрешение местной еврейской общине доставлять на корабль еду [90] . На борту распространялись болезни, в первую очередь дизентерия, и как минимум двое сошли с ума. Пассажиры корабля находились в худших условиях, чем тот скот, который на нем перевозили раньше.
90
У одной женщины на борту начались роды, и ее доставили в стамбульскую больницу, где она родила мертворожденного ребенка. Когда «Струма» с семьей этой женщины покинула порт, она все еще была в больнице.
9 февраля, когда «Струма» находилась в стамбульском порту уже шесть недель, турецкое правительство сообщило британскому посольству, что если ситуация не будет решена до 16 февраля, судно будет отправлено в том же направлении, с которого оно прибыло. Поскольку двигатель вышел из строя, это означало, что корабль просто отбуксируют в открытое море.
В этой книге мы утверждаем, что различные правительства вступили в заговор, целью которого было сотрудничество с нацистами по исполнению планов истребления. Интересно отметить записку некоего А. Уокера, сотрудника отдела беженцев из Министерства иностранных дел. Он пишет:
«В это время года Черное море штормит, и „Струма“ с большой вероятностью может затонуть. Мне совсем не нравится идея, что мы становимся соучастниками в смерти этих несчастных людей» [91] .
Эта запись датирована 24 февраля, и уже в следующей, от 25 февраля, говорится:
«Сегодня стало известно, что этот корабль затонул со всем своим содержимым».
Туркам было прекрасно известно, что даже с учетом жестких ограничений белой книги по-прежнему оставались неиспользованными тысячи въездных виз в Палестину. Поэтому они отложили высылку корабля еще на одну неделю. Однако когда англичане не объявили о своем решении и 23 февраля, «Струме» было предписано немедленно покинуть порт. Беженцы высыпали на причал, чтобы не дать экипажу отдать швартовые концы, но восемьдесят турецких полицейских, орудуя дубинками, пробрались через толпу и силой сбросили концы, при этом беженцы сражались с ними голыми руками. Наконец корабль удалось выпроводить, и буксирное судно отбуксировало его на восемь километров от берега в Черное море, где оставило беспомощно дрейфовать по волнам. На следующее утро произошел взрыв, и этот плавающий гроб, иначе его и не назвать, разлетелся на мелкие осколки. Из всех пассажиров «Струмы» выжил только один, опытный пловец; остальных ледяные воды поглотили менее чем за полчаса. 765 человек были убиты – не только немцами, но также британскими министерствами и Верховным комиссаром Палестины, который постоянно писал своему лондонскому начальству не поддаваться на уговоры евреев.
91
A. Walker minutes February 24, 25, 1942 PRO FO 371.32661/75 (W 2810/652/48), цитата по Wasserstein 152 op. cit.
После этого случая в Палате лордов состоялись дебаты, в которых соучастники массового убийства снова приводили свой любимый аргумент о «безопасности». Лорд Джосия С. Веджвуд ответил на это такими словами:
«У евреев больше, чем у кого бы то ни было в мире, причин ненавидеть Гитлера. В Палестине у вас есть дополнительный аргумент, что для Гитлера проще и дешевле всего вербовать именно арабских агентов. Это заявление о евреях – пустое оправдание, которое лишний раз доказывает наличие антисемитских настроений у тех людей, которые не боятся открыто признавать, что они не любят евреев» [92] .
92
PRO House of Lords debate March 10, 1942.
Трагедия «Струмы» вызвала много вопросов и критики. Однако это был далеко не первый и не последний случай массовой гибели людей, которым удалось спастись от нацистских палачей, но не от британской белой книги и других, еще более жестких иммиграционных норм. 12 декабря, незадолго до случая «Струмы», в Мраморном море затонуло стотонное судно «Сальвадор» с беженцами на борту. Оно тоже направлялось в Палестину, на этот раз из нацистской Болгарии. Тогда утонули 204 человека. «Сальвадор» представлял собой утлую яхту с небольшим запасным мотором. Болгары запретили ему выходить в море под болгарским флагом, но за взятку его удалось зарегистрировать на Уругвай, и болгары умыли руки. На «Сальвадоре» не было ни коек, ни кают: это была яхта для прибрежных вод, способная взять на борт 30–40 человек. Однако в нее забилось 327 пассажиров, в основном румынские граждане.
Под давлением Германии Румыния передала Болгарии часть своей территории – район Добружа, и тамошние евреи в мгновение ока превратились в нежелательных «иностранцев». В то время Болгарию полностью контролировал Третий Рейх, и поэтому она выслала своих евреев в Румынию, где за решение «еврейской проблемы» взялась Железная гвардия. Англичане давили и на болгар, и на румын, чтобы не позволить евреям спастись, и действовать приходилось тайно. Когда корабль был набит до такой степени, что можно было только стоять, болгарские власти в стремлении избавиться от евреев добавили еще больше пассажиров. Среди желающих «нелегально» спасти свою жизнь был один журналист. Вот что он пишет: