Чтение онлайн

Манн приподнял голову:

– Блондинка?

– Да… Мы встретились в отеле. Она плохо говорила по-английски. Она жила в Лас-Вегасе нелегально, как и многие другие. Не прошло и десяти минут, как мы оказались в постели втроем.

Язык Манна скользил по матовой коже между ее грудей, которые он продолжал умело ласкать пальцами.

– Из-за своих болей он хотел постоянно лежать на спине, и нам пришлось поделить его тело. А он смотрел, что мы делаем.

Губы Самуэля плавно переместились к шее Амалии.

– Если он все время лежал на спине, вы должны были его хорошо рассмотреть, – настаивал он.

– О да, – ответила она, нетерпеливо постанывая.

Манн отстранился от нее, встал, вытащил из бумажника фотографии Морэ и Фурнье, сел на кровать рядом с Амалией и сказал ей:

– Посмотрите. Тот человек – один из этих двоих?

Она воскликнула:

– Так это все только ради расследования!

– Прикосновение к вам доставило мне несравненное удовольствие.

Эти слова ее смягчили, и она согласилась взглянуть на фотографии.

– Узнать кого-то через столько лет? Вы бредите!

Она с недовольным видом оперлась на локоть.

– Ненавижу копов, даже когда они мне платят.

– Во-первых, я не коп. Во-вторых, бывают симпатичные копы. Ненависть к профессии в целом – это жалкий конформизм. Приглядитесь, может, один из них ваш клиент, лежавший на спине.

– И что? – вскинулась Амалия. – Если я скажу «да», чем это вам поможет?

Она отстранилась от Манна и стала стягивать брюки с бедер, потом ниже. Из-под дешевой ткани показалось стройное тело. Амалия подергала ногами, штаны слетели с нее и приземлились на старенький ковер. Она осталась в одних черных трусиках. Манн был готов сдаться. Его мозг работал четко, но тело требовало своего.

– Стойте! – вскрикнула Амалия.

Она чуть отстранилась, взяла с тумбочки несколько презервативов и протянула их Манну:

– Какого цвета?

– Какой вам нравится.

– Наденьте розовый.

Манн натянул презерватив на член, потом прижал Амалию к кровати и плавно вошел в нее.

Ей показалось, что ее пронзили насквозь.

Манн не спешил, двигался мерно, отдаваясь на волю страсти, но не теряя головы.

– Разрешаю вам меня поцеловать, – сказала Амалия.

Манн разрывался между телом, которое требовало продолжения удовольствия, и умом, изнывающим от любопытства.

– Вы уверены, что ни одно из этих лиц вам не знакомо?

– Сейчас не тот момент!

– Тот! – сказал Манн.

– Тогда продолжайте. Если вы остановитесь, я не отвечу больше ни на один вопрос.

– Какая из двух фотографий? – повторил Самуэль.

– Я же так кончу, – сказала она. – Этого не планировалось.

Задыхаясь, она замолчала, он тоже. Они встретились взглядами. Наверху, в зеркале, она увидела отражение их тел. Мужское было слегка вытянуто.

– Сиднейское солнце, – сказала она. – Он говорил про сиднейское солнце.

Несмотря на признаки приближающегося пика наслаждения, Манн остановился.

– О нет! – взмолилась она.

– Что за солнце?

– Которое над Большим Барьерным рифом. Он хотел отвезти эту девушку туда. Обещал ей путешествие по Австралии, с туристической визой прилететь в Дарвин, пересечь всю страну по диагонали до Сиднея, а потом по другой стороне добраться до места, где когда-то высадился капитан Кук. Этот человек все говорил про прекрасный вид, который хотел ей там показать.

– Зачем отсюда увозить девушку туда?

– Австралия далеко. Попробуй найди там чей-то след! В любом случае, из баров Лас-Вегаса блондинка исчезла.

Потом их тела слились воедино, как расплавленный металл.

Теперь они лежали бок о бок, пытаясь восстановить дыхание. Самуэль опять принялся за свое:

– Что за отель?

– «Sulphur».

– Может, заскочим туда?

Амалия поежилась:

– По такому холоду? Что вы хотите там выяснить?

– Я хочу найти эту блондинку.

– С того вечера никто ее больше не видел. Вы жалеете о том, что сделали? – спросила она.

– Нет, но я изменил своим принципам. Любопытный эффект…

За окном снег уже прекратился. Оттуда доносились хлопки салютов. Со всех сторон в небе над Лас-Вегасом расцветали, сливались синие, красные, зеленые, фиолетовые всполохи. Амалия встала с кровати и заметила несколько стодолларовых купюр, которые Манн оставил на одеяле. Она их пересчитала, отложила четыре, а две протянула ему:

– Это вам, за удовольствие.

– Как? – Он уже оделся. – О чем вы говорите?

– Я не беру денег, когда получаю удовольствие. А вам я скажу даже: огромное удовольствие.

Она отправилась в ванную. Манн услышал шум воды. На обратном пути она открыла шкаф и надела трусики типа «хлопок 100 %, сделано в Индии», свитер крупной вязки, джинсы, толстые носки и ботинки.

– Ну вот, – сказала она. – Теперь мне не так холодно. Сделать вам кофе?

Манн согласился:

– Спасибо.

Она принялась размышлять вслух:

– Бар… может, я там найду девушку, которая знает, куда делась та? Она тоже блондинка. Тот тип и к ней подкатывал, но она американка и не повелась на его уловки.

– Спасибо за помощь. Вы заслуживаете лучшего, чем ваша нынешняя профессия, – сказал ей Манн.

– Лучшего? По сравнению с чем? Вы ни судья, ни священник, так что оставьте ваше мнение при себе!

– Вы правы, – признал Самуэль.

– Вы самонадеянны, – добавила Амалия. – Но это не совсем ваша вина… Если вы так хотите, можем заскочить в «Sulphur».

Она подала ему кофе:

– Сахар или заменитель?

– Сахар, – сказал Самуэль. – Хотелось бы знать, поддерживал ли кто-нибудь контакт с этой девушкой после ее предполагаемого отъезда.

– Не знаю… Тот тип, видимо, забрал ее с собой в Австралию.

– Она хотела так круто изменить свою жизнь?

– Она представляла себе…

– Что?

– Приятное существование. Подружка из «Sulphur» мне сказала, что получила открытку, в которой было всего несколько слов: «Все хорошо. Здесь потрясающе».

– А откуда она отправлена?

– Понятия не имею.

Он настаивал:

– Может быть, все-таки вспомните…

– Вместо «Sulphur» можно поехать к подружке. У нее могла остаться открытка. Я знаю номер ее телефона. Ее зовут Бетти Мак… что-то там, не важно! Хотите, я ей позвоню?