Чтение онлайн

Машина миновала добрую половину пути, когда Соня спросила:

— А как проникли в квартиру?

— Через окно. Нина Андреевна вернулась с рынка, стала открывать двери, а они не заперты. Вошли через окно, выдавили стекло в раме гостиной, а вышли через дверь. Внаглую.

— Ничего не понимаю, — проговорила Соня, — а когда успели? Я ушла из дома в первом часу, а когда вернулась мама?

Женя задумался и ответил:

— В милицию Нина Андреевна позвонила в 13.30. Значит, что-то около этого она и вернулась.

Машина въехала во двор Сониного дома. У подъезда стояла кучка старушек, обсуждавших происшествие. Соня не стала задерживаться, коротко поздоровалась и пробежала домой.

Маму она нашла на кухне, рядом с ней сидела ее любимая соседка Ирина Аркадьевна, уговаривала Нину Андреевну и капала в стакан с водой валерьянку:

— Да ты бога должна благодарить, что унесли только это. Бог с ними, прости и забудь. На, выпей.

Нина Андреевна приняла из рук соседки стакан с водой, отхлебнула и заметила вошедших Соню и Евгения.

— Соня, ты уже знаешь?

— Да, — ответила Соня, — мама, больше ничего не пропало?

— Ой, а я и не знаю, я проверила золото, твое и мое, твою шубку, мою шапочку, это все на месте, а все другое я и не проверяла.

— А ничего другого у нас и нет. Телевизор и магнитофон на месте? — спросил Женя.

— Да, да, это все на месте, — подтвердила Ирина Аркадьевна, — ну я пойду, пожалуй. Нина, тебе надо полежать. Сонечка, я ей дала успокоительное, уложите ее в постель. Она очень перепугалась.

— Спасибо, Ирина Аркадьевна, я все сделаю, — сказала Соня, провожая соседку, — спасибо, что вы побыли с мамой.

Соседка ушла, а Соня вернулась на кухню. Евгений уже разогревал чайник, выставил на стол чашки и открыл холодильник, чтобы достать что-нибудь для бутербродов.

— Соня, а что, ветчина уже кончилась? — спросил он, выглядывая из-за дверцы холодильника.

— Что? — подняла голову Нина Андреевна, посчитав, видимо, что вопрос был обращен к ней.

Евгений хотел уже повторить вопрос, но не успел. Ему ответила Соня:

— Нет, там еще оставалось с полкилограмма, а что, ее нет?

— Представь себе, — ответил, смеясь, Евгений, — видимо, наш вор был очень голоден и ветчину прихватил вместе с деньгами.

Соня быстро осмотрела стол и сказала:

— На столе оставалась банка молока, почти целая, и целая булка. Их тоже нет.

— Милиционеры сказали, что, вероятно, это бомжи или наркоманы, — подала голос Нина Андреевна, — видимо, это действительно так.

Евгений и Соня засмеялись, Нина Андреевна несколько секунд с недоумением смотрела на них, а потом не выдержала и тоже стала смеяться.

Напившись горячего чая, Нина Андреевна почувствовала, как все тревоги и волнения отошли на задний план, действительно захотелось лечь в постель и подремать. Она поблагодарила за чай и пошла в свою комнату. Соня и Евгений остались на кухне.

Соня поднялась и начала убирать со стола. Она собрала все чашки, переложила их в мойку, открыла кран, смочила тряпку водой и стала вытирать стол. Она припомнила разговор с Ритой в больнице и сказала Евгению:

— Ты знаешь, а Марго утверждает, что тот платок, который ты нашел в подземелье, вовсе не Леркин. Что у нее были обыкновенные платки.

Евгений, сидя за столом, следил глазами за тем, как двигалась Сонина рука, потом поймал ее и прижал к губам, ничего не говоря.

— А правда, с чего ты взял, что это Леркин платок? — спросила Соня, отнимая у него руку.

— Не знаю, мне показалось, что это ее платок.

Соня вытерла стол и отвернулась к мойке, помыла снова тряпку, отложила ее в сторону и начала мыть чашки, ложки и блюдца. Она не услышала, как Евгений встал и подошел к ней сзади. Он положил свои руки ей на плечи, слегка притянул ее к себе и поцеловал в шею. У Сони перехватило дыхание, зашумело в голове, она опустила руки и полностью подчинилась воле своего возлюбленного.

Он нежно, но настойчиво развернул ее к себе лицом, обнял и стал целовать, сначала глаза, потом щеки, потом губы. Потом поцелуй стал обоюдным и страстным и длился, пока им обоим стало не хватать воздуха.

Они разомкнули объятия, и Евгений с жаром прошептал:

— Поедем ко мне, я соскучился, просто кошмар, хочу тебя.

Соню при этих словах охватила такое волнение, что, если бы он не держал ее за плечи, она бы рухнула без сознания. Моментально ей вспомнились те упоительные моменты близости, которые они пережили вместе. Она ни за что не смогла бы отказать ему, но в другой ситуации. Сейчас она нашла в себе силы и отрицательно помотала головой:

— Нет, я не могу, маму оставлять сейчас одну нельзя.

Евгений отпустил ее, вздохнул и, отойдя от нее, отвернулся к окну. Соня выключила воду и подошла к нему. Она легко постучала указательным пальцем по его плечу и спросила:

— Э-эй, ты что, обиделся?

Евгений повернулся к ней лицом и, сложив руки на груди, спокойно ответил:

— И не подумал. Я столько лет тебя ждал, подожду еще немного. Все равно ты будешь моей. — Он взял ее за руку, перебирая ее пальцы, проговорил: — Даже если ты меня еще не любишь, это не беда, моей любви к тебе хватит на нас обоих.

— А мы не слишком торопимся? — спросила Соня.

Он поцеловал ее руку и произнес:

— Я пойду, пожалуй. Мне завтра необходимо в Словинское съездить, надо выспаться, проводи меня.

Он первым прошел в прихожую, Соня пошла за ним и тут вдруг снова вспомнила про носовой платок с вышивкой.

— А знаешь, Ритка подала идею, надо посмотреть в Леркиных вещах, какие у нее платки. Давай вместе посмотрим.

— Я не умею лазать по чужим вещам, — резковато ответил Евгений, эта тема явно начала его раздражать.

— Я тоже не умею, но надо когда-нибудь этому учиться, — ответила Соня примерно с той же интонацией.

Евгений остановился и недобро глянул на Соню. У него были холодные, даже враждебные глаза. Она вдруг вспомнила, что такие же глаза были у него, когда он хлестал по щекам Леру там, в лагере на озере, когда увезли в больницу Риту. Соня осеклась под его взглядом и почему-то спросила:

— Женя, а почему ты бил Леру?

Евгений овладел собой, черты лица его смягчились, он изобразил подобие улыбки и сказал: