Чтение онлайн

Она снова изучает меня, но я сохраняю лицо бесстрастным. Я всегда была с ней немного честнее, чем было позволено, но все же не позволяю ей видеть свои глубинные мысли. Нет гарантии, что она не работает на моего брата.

Последняя карта заставляет ее тонкие брови приподняться.

— Перевернутая четверка жезлов.

Я хмурюсь. Никогда не видела эту карту перевернутой.

— Что это означает?

— Возвращение домой. Но не так, как ты ожидаешь. Это прибытие в новый дом. В обретенный дом. Тот, где ты можешь быть в безопасности. Возможно, карты говорят тебе довериться этому договорному браку и твоему будущему.

Я опускаю взгляд на свои руки, сцепленные на столе передо мной.

— Спасибо, Инга.

— Ответило ли это на твой вопрос, принцесса?

Я прячу любые эмоции на лице, когда говорю.

— Да. Спасибо. Думаю, да.

Мы завершаем звонок, но вместо того, чтобы одеваться к ужину, я нахожу пальто и перчатки и заказываю машину.

Нет никакого способа, чтобы новый безопасный дом означал что-либо связанное с Дмитрием. Карты, должно быть, указывают на мой побег.

— Мне позвонили из американского посольства, — говорю я Якову перед уходом. — Возникли проблемы с моей визой. Мне нужно вернуться, чтобы они выдали новую. Они сказали, что примут меня сегодня вечером, но я пропущу ужин.

Выражение его лица темнеет, но он кивает.

— Хорошо. Не допусти, чтобы эта сделка сорвалась, Вера. Позвони мне, если эти американцы создадут трудности с визой. Я знаю одного человека.

С этим леденящим напоминанием, что безопасного места нет, я плотнее закутываюсь в пальто и выхожу на уже темную улицу. Мое дыхание вырывается изо рта маленькими облачками, пока я иду от дома к ожидающей машине. Оказавшись на заднем сиденье, я засовываю руки в карманы, чтобы водитель не увидел, как они дрожат.

Любая ошибка теперь будет стоить мне дорого.

?

В посольстве я произношу кодовые слова даме за стойкой регистрации. Она кивает, не меняя выражения лица, и предлагает мне подождать в переговорной комнате в стороне от приемной. Двадцать минут спустя ко мне присоединяется небольшого роста худощавый мужчина, который проводил со мной собеседование при первом запросе на визу.

— Госпожа Бореева. Благодарю, что вы вернулись. Могу ли я надеяться быть вам полезным?

Вот оно. Момент выбора.

Когда он впервые отвел меня в сторону и сказал, что ФБР ищет информацию о связях моей семьи с США, я притворилась глупышкой. Ничего не сказала. Как и положено хорошей маленькой принцессе. Он проявил терпение. Возможно, это игра, в которую он уже играл раньше и выигрывал.

Он просил мне вернуться, если я когда-нибудь захочу поговорить, и сказал фразу, которую нужно было произнести у стойки.

Теперь он складывает руки на столе перед собой и дарит мне широкую, нелепо американскую ухмылку.

— Не торопитесь, но если вы ничего не расскажете, боюсь, я мало чем смогу вам помочь.

Что еще могла означать карта Шута, как не призыв совершить этот прыжок веры?

Так что я прочищаю горло и прыгаю.

— Предположим, существует некая информация, которую я могла бы вам предоставить, — начинаю я.

Агент выпрямляется.

— Какую защиту могло бы предложить ваше правительство? Вы должны понимать, какой риск я принимаю на себя, даже просто придя сюда сегодня вечером.

Он мрачно кивает.

— Разумеется. Будьте уверены, я полностью понимаю. Я мог бы предоставить вам новую личность и проезд в Америку, где вы были бы в большей безопасности… — когда я открываю рот, чтобы возразить, что безопасного места нет, он поднимает руку и продолжает. — И я знаю, что ничто не даст абсолютной безопасности. Так что вам предстоит сделать выбор. Будет ли жизнь под защитой американского правительства, но в относительной свободе, лучше той жизни, которую вы будете вести, если пойдете на этот брак?

Я проглатываю ответную реплику.

— Да.

— Тогда, если вы можете дать мне еще двадцать минут, у меня есть бумаги для подписи, и мы организуем дачу ваших показаний, как только ваша безопасность будет обеспечена в меру наших возможностей.

?

По дороге домой я не могу отделаться от чувства беспокойства, которое преследует меня, как паршивая уличная собака. Все это было слишком просто. У меня будет новый паспорт, новая виза. Виза, позволяющая оставаться в США неограниченное время. Единственная загвоздка: я должна выйти замуж за кого-то другого.

Агент заверил меня, что это безопасно.

Лучше того будущего, с которым я столкнулась, но я сомневаюсь. Что, если меня предадут? Что, если это сложная уловка, чтобы поймать меня на предательстве и позволить брату наказать меня?

Во всем этом есть что-то не совсем правильное, но выбора у меня нет. Даже сегодняшняя встреча с этим мужчиной была риском. Есть все шансы, что Яков о ней узнает.

Время истекает, и мне нужен этот билет из России.

Хотя весь следующий день я нахожусь на грани, моя маска едва держится. Я хожу по магазинам, выбираю свадебное нижнее белье и новые наряды, будто и вправду планирую пойти на брак с Дмитрием. Я собираюсь в примерочную пятого магазина, который посетила. Собственно, я жду, когда продавщица отодвинет тяжелую занавеску, когда ко мне подходит молодая женщина с веснушчатым лицом и приветливым деревенским обликом, протягивая приталенный пиджак.

— Простите, вы это обронили? Мне показалось, я видела его у вас в руках.

Я разглядываю ее пристальнее. В ее голосе — намек на иностранный акцент, хотя и очень хорошо замаскированный. Настолько, что я не могу определить, какой именно. Она терпеливо ждет, просто протягивая мне пиджак, и, хотя я никогда раньше не видела эту вещь, что-то заставляет меня протянуть руку и взять его.

— Спасибо.

Она поворачивается и уходит, а я вхожу в примерочную. Когда занавеска падает и я скрыта от посторонних глаз, я вешаю пиджак на крючок и просовываю пальцы в карманы. Как и ожидалось, в левом лежит сложенная записка.

Как вы отнесетесь к мужу-монстру? Это позволит уехать на этой неделе. Нам нужен ваш ответ сегодня. Оставьте пиджак на полу, если согласны.

Она адресована мне. Несмотря на отсутствие имени, я знаю, что она от агента из посольства.

У меня кружится голова, и я жалею, что у меня нет больше времени на размышления.

Монстров в Москве не так уж много видно. Они держатся особняком, обычно в удаленных сельских общинах. Я никогда не встречала монстра лично. По крайней мере, насколько мне известно.