Чтение онлайн

Потому что все здесь не то, чем кажется на первый взгляд. Лестница и лестница вовсе, а ступени не ступени. Это путь наверх, как символ восхождения к Храму. Именно этому подчиненны местные законы. Но законы можно нарушить, а символы обойти, и сделать внезапный ход, выходящий за привычные границы.

— Границы, ведущие обратно, — тихо проронил я, с внезапной ясностью осознавая, что именно нужно делать, чтобы уйти из этого места.

Дело в не том, чтобы сойти с лестницы, а в нарушении хода привычного порядка вещей. Тысячи лет здесь стоит Храм Всех Темных Богов и тысячи лет, сумевшие найти путь сюда, поднимались по этим ступеням. Потому что они пришли именно для того, чтобы взойти на вершину и пообщаться с обитателями Нижних Миров. Они не знали других путей, потому что появились здесь с одной единственной целью.

Но мы оказались здесь случайно и значит нам не нужно проходить тем же путем. Больше того, изменив привычный ход вещей, мы нарушим целостность этого места, и оно больше не сможет держать внутри себя нарушителей такого спокойствия. Мы станем словно неучтенный фактор и Храм постарается от нас избавиться, как организм избавляется от заразы, пытаясь вернуться к привычному состоянию здоровья.

Все это промелькнуло в голове с быстротой молнии. Теперь я точно знал, что и как делать.

— Туда, — повторил я, указав за пределы ступеней.

— Но там же мрак, как и внизу, — попыталась возразить Кассия.

Но я ее не слушал, вместо этого схватил девчонку за плечо и швырнул со всей силы через бортик, служащий обозначением границ лестницы.

Внизу взвыли тысячи глоток, ашкаи поняли, что добыча ускользает и больше не обращая внимание на очередность полноводной волной хлынули вверх, затопляя мерзкими телам каменные ступени. Именно вид огромного числа зубастых монстров волной, поднимающейся по лестнице, стало последним, что я увидел, прежде чем прыгнуть вслед за Кассией через бортик.

И мир изменился, окружающая реальность дрогнула, пошла изломанными линиями. Верх и низ поменялись местами. Холм, побитые каменные ступени, монстры, все исчезло, остались лишь брызнувшие во все стороны осколки разбитого мироздания.

Это напоминало ощущение падение, но странное, не вниз, а вперед. Перед глазами в беспорядке крутилось, тело ломало, будто попавшее в бешенный водоворот. Не знаю сколько это длилось, но закончилось внезапно, резким скачком. Я осознал себя лежащим на твердой земле.

В нос ударил запах свежей травы, глаза ослепило зависшее в бездонном голубом небо яркое солнце. Свет заставил на секунду зажмуриться, но затем поднять веки вновь. Внезапный переход от плотного сумрака и полутьмы в яркий солнечный день оказался резким.

Получилось, черт возьми, получилось!

Рядом застонала Кассия, выглядела рыжая не очень. Она уселась и посмотрела на меня.

— Так значит вот, что значит путешествовать с чародеем. Неудивительно, что твой приятель-воин постоянно хмурый. От такого у кого угодно испортиться настроение, — она потрогала свой бок и пожаловалась: — Кажется я сломала ребро.

Я тоже принял сидячее положение, буркнув в ответ:

— Зато осталась жива, а не сдохла в пасти мерзких тварей, или хуже — не окончила жизнь на столе их хозяев в качестве лакомства.

Сказал и оглядел себя. Одежда безвозвратно испорчена, вряд ли зеленую слизь и серые кусочки потрохов ашкаев получится отстирать. Надо найти во что переодеться. И поскорей, эта дрянь начинала вонять.

Мы оказались на опушке леса, слева вздымался горный хребет, не слишком высокий, но и не низкий, уходил на северо-запад. Справа обнаружилась холмистая равнина, упирающаяся в еще одну стену деревьев.

Выглядело местность смутно знакомой. Понадобилась секунда, чтобы сообразить, что я бывал здесь раньше. То есть, разумеется, не я, а Га-Хор Куэль Ас-Аджар в бытность имперским заклинателем.

— Вон там дальше поселок лесорубов, а если идти вдоль хребта на юг, то дорога приведет в шахтерское поселение, там добывали медь, — сказал я, сам себе удивляясь.

Рыжая вытаращилась в искреннем удивлении.

— Вы знаете, где мы оказались?

Я кивнул.

— Знаю. То есть, примерно представляю, — пауза. — Кажется.

Конечно, я мог ошибаться и за прошедшие пять веков с момента, как Га-Хор бывал в здешних краях, все вокруг могло поменяться. Но горы, холмы и леса не те вещи, что исчезают даже за пять веков. По крайней мере первые два точно.

Край выглядел знакомо, и это не могло быть ошибка.

— Значит пойдем в поселок лесорубов? Или в шахтерское поселение? Нам нужна еда и вода, а вам другая одежда, — Кассия поднялась на ноги, пошатнулась, но удержалась, с удовольствием подставляя лицо теплому солнцу.

Прекрасно ее понимаю, после удушающегося мрака темного храма, опушка леса в светлый солнечный день выглядела настоящим раем.

— Нет, туда не пойдем, не факт, что в тех краях до сих пор рубят лес или добывают медь, — ответил я и тяжело поднялся на ноги, одновременно кивнув в сторону востока. — Где-то там должна быть дорога, ведущая к побережью. Если за прошедшие пять веков ничего не изменилось, то быстро выйдем на оживленный тракт. А это придорожные харчевни и постоялые дворы, где можно найти еду и припасы.

Рыжая машинально кивнула, затем резко замерла, глаза расширились, уставились на меня в изумлении.

— Вы сказали — пять веков?! Вы что были здесь пять веков назад?!

Мне не хотелось ничего объяснять, поэтому я не стал ничего говорить, вместо этого буркнув:

— Заткнись и пошли, хочу как можно скорее помыться. Из-за этого зелено-серого дерьма я воняю, как помойная яма.

Она еще попыталась что-то спросить, а затем просто сказать, но я прервал ее властным взмахом, пообещав вырезать язык, если не заткнется.

Помогло, перспектива лишиться одной из важнейшей для женщины части тела заставило рыжую перестать говорить, но это не помешало ей бросать в мою сторону настороженные взгляды, щедро приправленные ужасом и одновременно неверием.

Похоже упоминание прошедших пяти веков оказалось излишним, теперь навыдумывает черт знает что о колдуне, живущем на свете уже несколько столетий.

Впрочем, плевать. Фантазии малолетней пигалицы, каким бы талантливым алхимиком она не была, в данный момент совершенно не волновали. Пусть думает что хочет, главное, чтобы не мешала своей болтовней.