Чтение онлайн

Внутри меня застыла «правильная» половина, которая была в ужасе от того, что я творю. Приличные девушки так себя не ведут! Приличная девушка покинула бы чужую купальню так, быстро как нести бы ее ноги. Но другая моя половина, женщина, которой я спустила поводок, и позволяю делать такие вещи, на которые моя правильная сторона в принципе не способна, готова опуститься на колени и начать ласкать этого жёсткого мужчину, именно потому, что он та-ак на меня смотрит. Так не смотрят на старых знакомых, так не смотрят на учениц. Так смотрят только когда действительно желают.

Высоко задрав подбородок, я заскользила ближе к купальне, встала напротив того места, где сидел Александр, боком задрала ногу и плавно опустилась на скрытую под водой лавку из мрамора. Мутно белая вода сегодня пахла морской солью и лимоном и идеально скрывала мою грудь. Хотя, уверена, Александр уже успел разглядеть все, что захотел.

– Так лучше? – тихо спросила я, хищно улыбнувшись.

– Все еще слишком далеко.

– А ты требовательный, - сказала я, подняв одну бровь.

Я набрала немного воды в ладони и медленно умыла лицо. Вода на лице всегда сильно меня освежала, но не сегодня. Я горела, сжигаемая изнутри желанием прикоснуться к этому мужчине, целовать его, трогать руками, забраться на колени.

Подняла на него взгляд. Смотрела в глаза и задыхалась от того желания, что видела в них.

Я не хотела думать о том, что будет завтра, не желала вспоминать кто я и что от меня требуется. Я хотела только одно в этот самый момент – любить.

– Бесстрашная маленькая колдунья, - ласково сказал он, - Моя маленькая колдунья.

Я потянула ногу и пальцами коснулась его горячей ноги.

– Твоя? – я приподняла брови, делая слегка удивленное лицо, - Я – ничья. Делаю, что пожелаю.

– И чего же ты желаешь сейчас, Дейдре?

Я оттолкнулась руками от скамьи и мигом оказалась совсем близко от Александра. Вода колыхнулась обдавая горящие от желания тела.

Под моими пальцами его твердый пресс - он буквально стонет от напряжения. Гладкая кожа с тугими шрамами - на сердце, а выше - ямочки ключиц, шея, губы, которые я ищу губами. Все мое. Мои прикосновения легкие, изучающие. Грудь, ключица, шея, губы. Его крепкие руки обхватили мои обнаженные бедра, сжали, слишком сильно, но так приятно. Я застонала ему в губы.

Александр рычит, усаживает меня к себе на бедра, перехватывая инициативу. Когда дело касалось секса - он был главным, никаких сомнений, он не дал мне право даже вести поцелуй. Та игра в самом начале, была лишь игрой, которая распалила в нем мужское эго. Он позволил мне это, а сейчас взял, что пожелал. Всю меня. Сминает, чуть прикусывает мою шею, чтобы показать, кто здесь главный. Мои руки на его шее. Гладят. Скользят. Что-то делают, словно ласковый кот перебирает мягкими лапками. Он прижимает к себе мое хрупкое тело, ощущаю его напряжение, его готовность, улыбаюсь. Чувствует дрожь и… он останавливается на мгновение. Заглядывая ко мне в глаза.

– Иногда мне кажется, что я ждал тебя всю свою жизнь, - шепчет он. Тем временем его руки гладят мою поясницу, ямочки над попой, затем оказываются на внутренней стороне бедер. Гладят, заставляю издать разгоряченный стон. Теплая ладонь мужчины легла мне на грудь, чуть сжалась, лаская нежную кожу. Я откинула голову, чуть прогнулась в пояснице, еще теснее прижимаясь к нему. Нестерпимое желание наполняло тело сладкой истомой.

– Я не отпущу тебя, моя маленькая бесстрашная колдунья, - хрипло прошептал он, приподнимая мои бедра, делая нас одним целым.

Застонала от ощущения наполненности, от невыносимого желания задвигаться быстрее и быстрее. Но сегодня он контролировал ситуацию, держа мои бедра, двигая их, мучая, не давая получить наслаждением слишком быстро. Я обхватила его плечи руками, выгибаясь еще сильнее, стон, вырывавшийся из моего рта, почти переходил в крик. Чувствую всем своим телом как напряжены его мышцы. Зарываюсь в его жесткие отросшие волосы, вдыхаю этот странный тягучий, завлекающий запах мужчины. Однажды моя кожа пропиталась им и, теперь, сердце вырывается из груди от того, как много его теперь вокруг меня, я вся в нем. Я вся его.

Вечерело. Мрак наползал на скалы быстро, стремительно. Пасмурный день как-то мгновенно перерос в сумерки и потемнел. Мы двигались по узкой горной тропе: слева -отвесная скала, справа – обрыв, такой острый, такой темный, что кровь стыла в жилах. Копыта тени мягко, нарочно медленно и аккуратно поднимали нас вверх. Шестеро путников - я, Александр, Габриэль, Азхар, Беатрис и еще один суровый колдун сарацинец – Иллир.

– Vendi i mallkuar, - выплюнул сквозь зубы Азхар.

Я плохо знала сарацинский, но, кажется, это означало что-то про проклятое место. Покосилась назад на недовольного мужчину, тот ссутулившись, вглядывался в непроглядный мрак обрыва, шепча себе нос. Ругательства. Место действительно было жутким, ни ветра, ни пения птиц, только леденящая душу тишина.

– Не думала, что в солнечном Гааге есть такое место, - шепнула я Александру, слегка повернув к нему голову.

Мы снова ехали вдвоем на Тени, та невозмутимо выполняла любые приказы своего хозяина. Хоть я и сказала тихо, плечи едущей впереди Беатрис дернулись. Ей тоже было не по себе в этом путешествии. Самым первым ехал молчаливый Иллиар, он вел нас к ущелью на границе с морем и Сарацином. Между скал, сосен и бушующего моря находилась пещера паучихи.

– Погода портится, - сказала Беатрис, не поворачиваясь, - Зло путается с погодой, дует с Сарацина.

Снова ругательства от Азхара.

– Жители Гаага построили город много веков назад, это ущелье называют ущельем тишины. Оно и его обитатели живут своей жизнью и жили так всегда. Зло, которое несет Морригана - уничтожает все подряд, не разбираясь, слепо следуя цели своей хозяйки. Зло, обитающее здесь, живет само по себе, не трогая никого, пока не тронут его, - сказал Александр.

– Хм, - хмыкнула Беатрис, - Тебе не кажется, что нас слишком мало для такого «зла»?

– Ты собралась устроить тут резню? – удивленно спросил он.

– Конечно, нет, - ответила рыжая, да так, что я прям смогла представить, как у нее закатились глаза в раздражении.

– Тогда тебе нечего бояться, все под контролем.

– Посмотрим, Инквизитор.

Через минут тридцать мы, наконец, свернули с опасной тропы и уперлись в непроходимый бурелом.

– Дальше пешком, лентяи, - буркнул Азхар, слезая с лошади и оставляя ее на опушке леса. Он нежно погладил кобылку по морде, та лизнула пальцы хозяина языком. Нежность и Азхар было для меня чем-то новеньким.