Чтение онлайн

Серебристые брови приподнялись. У него была очень занимательная внешность, если не сказать больше: серебро волос и огненные глаза. Зрачок то и дело вытягивался в горизонталь, но наверное, к этому стоит привыкать.

— Как скажете, аэльвэйн Лавиния. Словом, способности тех, кто перешел в наш мир из вашего, очень нестабильны в первые дни. Возможно, именно за счет этого вы и совершили пространственный переход.

Тут только до меня дошел смысл его слов.

— Пространственный переход? — уточнила я.

— Именно, — он провел ладонями в нескольких дюймах от моего лица. — Но я не чувствую ни малейшего колебания силы, хотя вчера, когда я вас осматривал, вы были полностью истощены.

Так.

— Вы хотите сказать, что я воспользовалась магией искажений? — уточнила я. — Порталы можно открыть только с помощью магии искажений.

— В вашем мире.

Ой, нет.

— Что значит — в вашем мире?! Магия везде одинакова…

— Если магия везде одинакова, как вы объясните это? — Он кивнул на видоизменяющийся на стенах узор и бутоны, которые медленно раскрывались цветами без малейшего намека на то, откуда они могут черпать силу.

Определенно, это я объяснить не могла.

— То, что вы, люди, называете магией искажений и приписываете мааджари, одной из сильнейших и страшных цивилизаций вашего мира, — продолжал мужчина, — на самом деле источник всего. Без нее ни одна магия не могла бы существовать. Об этом вы когда-нибудь задумывались?

Не уверена в том, что об этом положено было задумываться леди (по крайней мере, матушка считала, что не положено, и все наше общество было с ней солидарно). Но кажется, сейчас я начинаю понимать, насколько они были неправы.

— Именно поэтому она настолько сильна. Именно поэтому овладеть ей может любой маг, обнаруживший древние знания и обладающий высоким потенциалом. Вы же сделали это бессознательно.

— Почему?

— Давайте познакомимся. Меня зовут Хьерг. — Мужчина чуть склонил голову. — Я магистр исцеления при дворе Повелителя Золтера I.

Очень приятно познакомиться.

Дважды.

— Леди Лавиния Биго, — реверанс я изобразила неосознанно, и только потом это поняла. — Буду признательна, если вы будете называть меня именно так.

— Леди Лавиния, — произнес Хьерг. — Позвольте мне вас осмотреть.

— Для этого нужно мое разрешение?

Мужчина снова приподнял брови, и я вздохнула.

— Прошу прощения. У меня выдалось несколько очень трудных дней.

— Я не стану к вам прикасаться, — произнес он. — Но мне нужно, чтобы вы были расслаблены и спокойны. Поэтому придется лечь.

В целом, я даже была не против. Учитывая то, что от новостей, падающих на меня как перезревшие фрукты в летнем саду (одна за другой), снова начинала кружиться голова. Хотя может, дело было в душившем меня «подарочке».

— Вы не знаете, как это снять? — уточнила я, указав на шею.

— Голову?

Всевидящий, здесь у кого-то есть чувство юмора!

— Нет, с головой я пока повременю. Украшение.

Хьерг, едва уловимо улыбающийся, тут же стал серьезным.

— Подарок Повелителя может снять только он сам.

Потрясающе! Отлично. Почему я совершенно не удивлена?

Опустившись на кровать, закрыла глаза, позволяя целителю (да простит меня магистр исцеления за эту фривольность в его ранге, а он простит, потому что никогда не узнает) меня осмотреть. Ни на минуту не сомневаясь в том, что он ко мне не прикоснется, потому что если Льера за один поцелуй ожидало такое…

Мысли о Льере вернули с небес на землю, то есть в размышления о том, как отсюда выбраться как можно скорее. По сути, об элленари я знала немного, но то, что знала из легенд, рассказывало о существах небывалой красоты и столь же небывалой жестокости. Если верить книгам, они обитали между мирами (потусторонним и нашим), из-за этого впитав в себя совершенно непонятные людям черты, зачастую до неузнаваемости меняющие внешность населяющих Аурихэйм рас. Была и еще одна особенность, за счет близости ко всему сущему элленари могли менять форму, превращаясь в животных, растения, камни… словом, во все сущее. Согласно этой легенде первый таатрин (птицеообразный оборотень, некогда существовавший в нашем мире), был наполовину элленари.

Вопрос в том, насколько это правда.

— Аэльвэйн Лавиния совершенно здорова. Сообщи Повелителю.

Голос Хьерга выдернул меня из мира легенд, которые я быстро перебирала в уме, и в эту же минуту я осознала, что ничего не почувствовала во время осмотра. Не то что прикосновения, даже на уровне магии.

— Как вы это делаете? — спросила я, усаживаясь на кровати.

Эйзер уже вышла «сообщать Повелителю», но как ни странно, в его присутствии я не чувствовала ни малейшей неловкости. Хотя любой порядочной леди не полагается оставаться наедине с мужчиной, не говоря уже о том, когда на ней только легкий пеньюар поверх ночной сорочки.

— Что именно?

— Осмотр. Я ничего не почувствовала.

— Не зря же я магистр исцеления, — Хьерг снова улыбнулся уголками губ и направился к двери.

— Как себя чувствует Льер?

Слова сорвались с губ, подействовав на элленари, как магическая преграда. Он остановился слишком резко, и столь же резко обернулся.

— Осторожнее с подобными вопросами, леди Лавиния, — предупредил он. — Это может плохо кончиться и для него, и для вас.

Да, кажется я прекрасно понимала, о чем он говорит, но прежде чем меня посетило желание откусить себе язык, Хьерг произнес:

— Я вас не выдам, но на будущее — для вас он Ангсимилльер Орстрен, главнокомандующий его аэльвэрства Повелителя Аурихэйма.

Его Зверства, я бы сказала.

— Спасибо, Хьерг, — произнесла искренне.

— Хорошо.

В ответ на мой незаданный, а если быть точнее, недозаданный вопрос, элленари произнес:

— Тот, о ком вы спрашивали. Сейчас с ним все хорошо.

Я не успела спросить про Амалию, элленари вышел, плотно притворив за собой дверь. Впрочем, надолго я одна не осталась, Эйзер вернулась быстро и сообщила:

— Аэльвэйн Лавиния, Повелитель желает разделить с вами завтрак.

Завтрак со мной пожелали разделить в зале, который превосходил даже нашу столовую в Мортенхэйме. Длинный стол на более чем двадцать персон врастал мраморными ножками в пол, и веяло от него холодом. Впрочем, чем еще может веять от стола, когда за ним сидит Его Аэльвэрство.

Себе он не изменяет, весь в черном, спасает этот наряд только серебристая окантовка. Пожалуй, еще цвет волос элленари, на который больно смотреть, но принимая во внимание то, что мне на него смотреть не очень-то хочется, сойдет. Он поднимается из-за стола, чтобы подать мне руку, за которую мне не хочется браться. Мне вообще не хочется к нему прикасаться, но кто бы меня спрашивал, правда? Ни один уважающий себя мужчина в Энгерии не возьмет женщину за руку, пока она не позволит, этот же сжимает мои пальцы, и в грудь ударяет тягучим, зыбким жаром.