Чтение онлайн

Что я там говорила про бояться? Вот теперь мне стало по-настоящему страшно, особенно когда клубящийся туман окружил со всех сторон. Единственный клочок, где его не было — место, где я стояла, с потолка тоже тянулась дымка. Протянулась и застыла, почти касаясь моих волос.

Я попыталась призвать магию, но тщетно: то ли она меня не слушалась, то ли сила окружающей меня смерти не подпускала в этот мир жизнь.

— Что вам нужно? — как ни странно, голос почти не дрожал. — Я заблудилась.

— Заблудила-с-с-сь, — прошипел туман. — С-с-смертная заблудила-с-с-сь.

Говорящая Тьма?! К такому жизнь меня не готовила.

— Поможем ей найти дорогу домой… — сверху.

— В мес-с-сто вечного упокоения…

— А как на мое упокоение отреагирует его аэльвэрство?

Туманная дымка, снова скользнувшая к моему подолу, дрогнула.

— Ты нам угрожае-ш-ш-шь?! — Туман взметнулся прямо перед моим лицом, стоило невероятных усилий не отшатнуться.

— Нет, просто интересуюсь.

— Интере-с-с-с… — Клочок тумана скользнул над моим плечо, испепелив прядь волос.

Я не двинулась с места, понимая, что любое движение может лишить меня руки или ноги.

— Интерес-с-с с-смертной… Мы давно уже мертвы. С-с-смерть нам не с-с-с-страшна…

Надрывный не то смех, не то шипящий хрип прошелся морозом по коже. В следующий миг дым рванулся ко мне, и тут же — обратно. Не в силах пошевелиться смотрела, как оседают частички тлена, падая перед моим лицом в воздухе. В ту же минуту за спиной раздался ледяной женский голос:

— Брысь!

Туман отпрянул, втянулся в стены и в пол так резко, что я не успела и глазом моргнуть. Обернувшись, увидела женщину: белоснежная кожа, гладкая, без единой морщинки. Длинные струящиеся по плечам волосы тоже были идеально гладкими, пламенея, как раскаленная медь. Только глаза темные, как провалы бойниц в замковых стенах. И такие же опасные.

Такие же, как у Золтера.

— Здесь опасно ходить одной, — низкий голос звучал холодно. — Аэльвэйн Лавиния.

Похоже, здесь меня знают все. А я никого.

— Спасибо, что защитили, — сказала, глядя ей в глаза, — я вышла, потому что хотела найти библиотеку…

— Библиотеку? — Элленари вскинула брови, а потом запрокинула голову и расхохоталась. Ее смех напоминал звон воды в ключевом роднике, глубоко-глубоко в лесу, где стихают почти все звуки. Ближе к ночи.

Учитывая, что это было по меньшей мере невежливо, я сложила руки на груди и терпеливо подождала, пока веселье пройдет.

— Прости, — она махнула рукой, — не думала, что первое, что заинтересует смертную в нашем мире, это библиотека.

— Вообще-то меня интересует, как из вашего мира выбраться, — заметила я, и улыбка сбежала с красивых, словно очерченных тонкой линией краски губ.

— Ты либо слишком глупа, либо чересчур дерзкая, — заметила женщина, приближаясь ко мне.

Шлейф ее платья, иссиня-черный, стелился за ней, как глубинная тьма.

— Впрочем, я и без библиотеки тебе отвечу: никак. Аурихэйм закрыт от посторонних, войти сюда можно только с нашей помощью. Выйти тоже. Странно, что кузен тебе этого не рассказывал.

С вашим кузеном вообще невозможно нормально говорить.

Эту мысль я не стала озвучивать, а липкий холод осознания того, что я здесь застряла, отбросила сразу.

— Он рассказал, что нельзя войти, — заметила я.

— Кузен всегда отличался немногословностью.

Оценивающий взгляд скользнул по моей фигуре.

— Так что же, проводить тебя в библиотеку?

Заманчивое предложение. Очень.

— Не уверена, что я потом сумею вернуться, — сказала я, указывая на стену, которой раньше не было. — Часто у вас так?

— Всегда. Это место перестраивается по собственному желанию, не трогает только зачарованные комнаты и целительское крыло.

Потрясающе.

— Решай, смертная, — женщина улыбнулась. — Хочешь вернуться в свое уютное гнездышко или оказаться в библиотеке?

— В библиотеке, — сказала я.

Не то чтобы ее слова меня не убедили… впрочем, нет. Не убедили. Я хотела изучить все, что могу изучить по теме, пока у меня есть такая возможность. Не уверена, что она мне потом представится.

— Значит, все-таки глупая, — усмехнулась она.

— Как вас зовут? — я проигнорировала ее величие и снисходительность в точности с теми же интонациями, которыми меня наградила элленари.

— Мы не называем имя тем, кому не доверяем.

Вспомнились слова Льера о том, что он назвал мне свое имя, и этого вполне достаточно. Эйзер не называла его аэльвэрство по имени, сам он тоже не представился. Зато Хьерг свое имя назвал, и он же обозначил мне имя повелителя. Посчитал, что я его уже знаю? Или это был жест особого расположения?

— Почему?

— Потому что это таинство, в нем содержится частица нашей силы. Имя — самое сокровенное, первое, на что отзывается природа элленари при рождении, то, что произносится во время брачного обряда или ритуала упокоения.

— Мне казалось, элленари бессмертны.

— Тебе не казалось, смертная, — она указала в сторону продолжения коридора. — А умереть можно по-разному. Так ты идешь?

Элленари не двигалась, а плыла, грациозно и мягко, позавидовать ей могла любая даже самая благовоспитанная леди. Такая походка и умением держаться были достойны королевы, я же всерьез задумалась о ее словах. Выходит, имя элленари содержит частицу их магии? Как странно.

И если она назвала Золтера кузеном, значит, она принцесса?

Украдкой взглянула на лицо женщины: его украшал в точности такой же узор, как на лице его аэльвэрства.

— Это знак вашего рода? — решила уточнить.

Кузина повелителя в общении оказалась немногим, но все-таки чуточку приятнее него. Хотя бы потому, что не собиралась на мне жениться и не угрожала физической расправой.

— Да. Узоры отмечают наше происхождение.

Узоры, которые я впервые увидела на висках и на скулах Льера в Аурихэйме (при встрече в Мортенхэйме их не было, это я помнила точно), действительно были другими, но судя по тому, что он занимает такой высокий пост, его род тоже не последний в мире элленари. Если не сказать больше.