Чтение онлайн

Не только в зеркале.

И это очень кстати, потому что ему нужно оставаться тем, кто он есть.

— Верно, — произнес Льер. — Но сейчас мне нужно уйти, поэтому с тобой останется Амалия. Или Лизея. Выбирай.

Она вскинула брови, словно хотела съязвить, но ответила коротко:

— Амалия.

— Замечательно. — Он не удержался от того, чтобы коснуться ее плеч, но Лавиния тут же напряглась, и руки пришлось убрать.

Еще один короткий взгляд, который почти добрался до сердца. Это «почти» Льер отсек, развернувшись резче, чем планировал. И поспешно вышел, оставив ее одну.

— Они — чудовища. Чу… довища. В… все до еди… ного. — Амалия продолжает икать, но хотя бы больше не рыдает.

Вместо того, чтобы принимать ванну, в ванну я усадила ее, сама же после наскоро смыла с себя пыль и прополоскала волосы. В комнате, когда мы вышли, остался всего один халат, в халате Амалия сейчас и сидела. Бледная, с расширенными на пол-лица глазами, покрасневшими от слез. Мне пришлось ее обнять и немного воспользоваться своей магией, чтобы она хоть чуть-чуть успокоилась. С той минуты, как ее привели, девушку колотило безостановочно, что касается меня, я думала о странностях Золтера.

Должна была думать о другом, но думала о нем и о его поведении.

Парадокс.

— Они же не отпустят нас, — глубоко вздохнув, Амалия крепче прижалась ко мне. — Не отпустят… что с нами будет, леди Лавиния? Мы умрем…

Кажется, ее истерика зашла на второй виток, поэтому мое:

— Нет, — прозвучало гораздо резче, чем я хотела.

Амалия икнула и уставилась на меня.

— Нет, мы не умрем, — повторила уже спокойнее. — Если бы нас хотели убить, мы бы уже были мертвы.

— Но…

— Амалия.

Мне пришлось снова чуть раскрыться, и тепло, окутавшее девушку, заставило ее глубоко вздохнуть. Она зевнула, потягиваясь.

— Я бы так хотела остаться с вами…

Вот. Это уже лучше.

— Тебе лучше поспать, — сказала я, помогая ей устроиться на постели.

— Но вы же не позволите им причинить мне вред? — В глазах снова вспыхнула искра страха. — Особенно ему.

— Нет. Не позволю.

Я укрыла Амалию одеялом и держала ее руку до тех пор, пока девушка не соскользнула в сон. После чего потерла виски: да, что ни говори, а утешительница из меня сейчас так себе.

Когда ее ко мне привели (спустя несколько минут после ухода Золтера), в первый миг я испытала облегчение: жива. Только когда Амалию затрясло крупной дрожью, я поняла, что облегчение было преждевременным. Не все измеряется жизнью и смертью, хотя для меня в последнее время стало именно так. Она содрогалась даже когда я усадила ее в ванную и наполнила теплой водой. Даже когда позволила остаткам силы течь сквозь меня, за что сейчас и расплачивалась.

Голова снова кружилась, мысли отказывались собираться воедино, но я все-таки отошла к креслу и устроилась в нем. Глядя на пляшущее в глотке камина пламя, усмехнулась. Раньше я бы до такого даже не додумалась: нагой завернуться в покрывало и разгуливать по комнате, но поскольку халат был один, выбирать особо не приходилось. Благо, здесь было тепло.

Глаза закрывались сами собой, и я подперла подбородок рукой. Потом второй, подобрала под себя ноги.

Что ни говори, а Золтер вел себя более чем странно. Сначала вытащил меня на охоту, потом нес на руках. Сказал, что с Амалией я не увижусь, но вот она уже спит в постели, подложив ладонь под щеку, светлые волосы разметались по подушкам.

Не сказать, что его поступки всегда отличались логикой, и, если уж быть до конца откровенной, его поступков я чаще всего вовсе не понимала, но… это «но» не давало мне покоя, хотя я даже себе толком не могла объяснить, почему. В конце концов просто решила его дождаться и действовать по обстоятельствам.

Пламя в камине плясало свой вечный танец, и миг, когда соскользнула в сон, я упустила. В себя же пришла от того, что взмыла ввысь, и холод скользнул по обнаженному плечу.

— Кажется, я прислал ее для того, чтобы она помогла тебе.

Стоило немалых усилий не начать вырываться, особенно когда меня прямо в покрывале устроили на том месте, где только что была Амалия.

— Ей помощь была нужнее, чем мне.

— Эта девчонка ни на что не годна.

— Вы сделали этот вывод до или после того как заставили ее корчиться от боли?

Темные глаза сверкнули.

— Тебе доставляет удовольствие меня провоцировать?

— Рядом с вами мне ничего не доставляет удовольствия, раз уж вы спросили.

Его пальцы сжались с такой силой, что я услышала хруст.

— Ты собираешься спать, Лавиния? Или ждешь, пока я лягу рядом с тобой?

— Только об этом и мечтаю, — огрызнулась.

Он подался вперед, и я мысленно вздрогнула. Видимо, не только мысленно, или что-то отразилось в моих глазах, потому что по его губам змеей скользнула улыбка.

— Мечты имеют свойство сбываться.

Мысли о том, что Золтер ведет себя странно — вот что действительно странно. Он просто сама последовательность… в своих безграничных желаниях!

— Доброй ночи, — процедила я и накрылась одеялом.

— В прошлый раз твое пожелание было более искренним.

— Тогда я была не в себе.

Отвернувшись так, чтобы уже наверняка его не видеть, закуталась в одеяло плотнее, но сон все равно не шел. Так бывает, когда его перебьешь громким голосом или просто кошмаром. В моем случае кошмар сидел за моей спиной, и уходить с пробуждением не собирался. Внутренне напряглась, когда услышала шорох одежды и глухой звук, еще больше, когда кровать прогнулась под его весом.

Рывком отодвинулась как можно дальше, но рука элленари властно легла мне на талию, возвращая назад.

— Ты сама отказалась от халата, Лавиния.

Покрывало, в которое я закуталась, оставалось единственной преградой между нами.

Несущественной: по коже легко прошлись пальцы. От кромки волос, вдоль позвоночника, по обнаженному плечу. До боли сдавила руку с клятым узором, словно могла выдрать его из себя. Сердце колотилось так, что я едва могла вдохнуть, от двойственности нахлынувших чувств (желания вырваться и бежать как можно дальше, пусть даже в таком виде, или… податься назад) потемнело перед глазами.

В ту же минуту Золтер убрал ладонь с моего плеча.

Хотя талию не отпустил.

— Я не трону тебя, — его дыхание скользнуло по шее, и меня затрясло. От близости этого мужчины, от того, как я на нее отзывалась.

— Отпустите, — выдохнула хрипло.

Но добилась только того, что меня крепче прижали к себе.

— Пока сама не попросишь.

От абсурдности подобного заявления я даже забыла о том, что он меня обнимает.

— Это будет последнее, о чем я вас попрошу.

— Посмотрим, — короткое прикосновение губ к шее заставило вздрогнуть. — Спи.