Чтение онлайн

— Чем собираетесь заняться? — поинтересовалась герцогиня, когда слуги убирали со стола.

— Я обещала показать леди Луизе библиотеку, — кротко улыбнулась Лави и подхватила меня под руку.

Ее Светлость резко побледнела.

— Какую библиотеку?

— Вашу, матушка. Она хотела почитать новый роман Эль Донте.

Классика современности про разумное, доброе, вечное. То есть про торжество добродетели над пороком с жуткими псевдофилософскими изысканиями. Занудство страшное, тем не менее у любого уважающего себя интеллектуала этот признанный и одобренный всеми гений входил в домашнюю коллекцию.

— Хорошо, — герцогиня заметно расслабилась. — Я буду в оранжерее. Если захотите присоединиться ко мне, буду рада.

Интересно это просто дань вежливости или Ее Светлости здесь совсем одиноко — так, что она готова терпеть мое общество? Судя по всему, с Терезой у них отношения не складываются, младшую же дочь она не воспринимает всерьез. А зря! Лавиния меня приятно удивила. Я-то считала, что после постигшей нас неудачи она испугается и не станет мне помогать.

— Вчера ничего не вышло, — зашептала Лавиния, стоило нам свернуть в коридор. — Но сейчас Тереза зла как демон, а, значит, отправится к Демону. Нам никто не помешает!

— К Демону?

— Так зовут ее коня. Будет носиться по парку, пока не остынет.

Подходящее имечко для лошади. Мне почему-то представился черный как ночь жеребец с огненными глазами, всхрапывающий, встающий на дыбы и выпускающий клубы пара из ноздрей. И Терезу на нем — вот уж точно древняя воительница, только струящихся вокруг потоков магии не хватает для полноты картины.

— Лави, вы любите ездить верхом?

— Матушка считает, что это лишнее. А вы?

— В юности была отличной наездницей. Свою лошадь, Тильду, я обожала. Сама занималась ей — ухаживала, кормила, выводила на прогулки.

Когда никто не видел, даже ездила без седла: за все время Тильда ни разу не взбрыкнула и не попыталась меня сбросить. Потом я уехала, и долгое время меня волновали совсем другие заботы. К верховой езде получилось вернуться только после знакомства с Вудвордом: у графа была большая конюшня, и раз в неделю мы обязательно ездили кататься в Милуотский парк — самый большой парк Лигенбурга, а иногда даже за город.

Я невольно вспомнила о случившемся в театре. Тогда меня так накрыло заклятием, что было не до размышлений, если же серьезно задуматься… Грэгори вспыльчив, амбициозен, но он ни разу не позволил себе оскорбительного поведения и уж тем более унизительных слов в мой адрес. От него веяло силой и уверенностью, неужели его выбило из колеи то, что я «предпочла» ему герцога? Настолько, что он предпочел даже не слушать моих объяснений. Или у него давние счеты с де Мортеном?

— Вам не запрещали проводить время на конюшне?! — вопрос Лавинии заставил опомниться.

— Отец смотрел на мои чудачества сквозь пальцы, а мачеха была занята собой.

— Она часто ругалась? Вас в детстве наказывали?

Я невольно улыбнулась: девушка забрасывала меня вопросами без малейшего стеснения, но мне нравилось с ней разговаривать.

— Совсем нет. У меня была добрая мачеха. Не скажу, что она любила меня больше Себастьяна, но не обижала никогда. Даже больше — частенько выгораживала перед отцом.

— Себастьян ваш брат?

— Сводный. Ее сын.

— Вы с ним дружили? Или он вредный, как Тереза?

— До сих пор дружим. — Я рассмеялась. — А в детстве все время играли вместе, хотя он младше на несколько лет.

Уместно ли попросить у Винсента разрешения пригласить Себастьяна в Мортенхэйм? По крайней мере, брату я смогу все объяснить без лишних шпионских заморочек.

— Здорово!

Неожиданно Лавиния резко остановилась и толкнула тяжелую дверь. Хорошо, что мы подружились: не будь ее рядом, точно проскочила бы библиотеку. Я попросила показать мне книги по истории армалов, и она указала на дальнюю стену.

— Вот!

— Вся стена? — мрачно спросила я.

— Да. Полная история древней расы. — Лави подошла к примостившейся у стеллажей этажерке и с трудом раскрыла лежащую на ней огромнейшую книгу. — Можно поискать по каталогу, если вас интересует какой-то определенный период. Вы хорошо владеете арнейским?

— Эм… — я задумалась, как бы потактичнее объяснить, что вместо изучения мертвого языка магов я предпочитала писать скабрезные стишки про гувернера, и в конце концов решила опустить эту пикантную подробность. — Не очень. А вы?

Женщинам арнейский полагался скорее для общего развития — прочитать названия некоторых компонентов из старинных заклинаний по теме красоты. Еще уметь посчитать, да назвать алфавит. Но я умудрилась пропустить мимо ушей даже это. Эх, Себастьяна бы сейчас сюда!

— Матушка считает, что мне это ни к чему. Зато Тереза все эти книги перечитала.

Если бы я хотела покончить с собой, могла бы просто сюда не приезжать. Всяко проще, чем о чем-то просить Терезу.

Ладно, потом подумаю, как быть с древними трактатами, может и правда получится пригласить Себастьяна. А пока неплохо бы разобраться кое с чем еще.

— Где можно посмотреть книги про темные времена?

— Здесь! — Лавиния ткнула в одну из полок у нас над головами. Для девочки, которой запрещается ходить в библиотеку, она на удивление хорошо знала, что где стоит. — Давайте покажу, как пользоваться каталогом, а потом пойду к себе. Когда почитаете, поднимайтесь за мной! Можем погулять по парку.

Я бросила взгляд в окно: над Мортенхэймом собирались тяжелые тучи, деревья шатало. Что ж, будем надеяться, что сильный ветер исправит погоду.

— Ах, да! Не пытайтесь вынести книги из библиотеки. Разве что Винса попросить, а так на них охранные заклинания, в лучшем случае сильно руки обожжете.

— А в худшем?

Девушка выразительно — пожалуй, слишком для юной трепетной леди — провела ребром по горлу.

— У нас тут на всем та — ааакая защита. Просто что-то нельзя выносить из определенных комнат, а что-то из дома.

Отличный способ борьбы с воровством. Спасибо хоть предупредили, я как раз собиралась взять книгу в спальню, чтобы случайно не попасться на глаза леди Убей Меня Взглядом.

Лавиния тем временем медленно пролистала алфавитный указатель, который больше напоминал параграф, объяснила, как определить стеллаж, уровень и место, а потом помогла придвинуть лестницу. После того, как она выскользнула за дверь, я быстро нашла то, что меня на самом деле интересовало: историю создания и защиты семейных хранилищ. Летописи занимали целую полку, как назло, в противоположном конце библиотеки и под потолком. Толкать лестницу в одиночку было тяжко, она то и дело кренилась и норовила рухнуть. И это сейчас, когда каждая минута на счету!