Чтение онлайн

— Черепки!—ответил Пятрас и протянул их отцу.

— Откуда они?

— С Пилякальниса.

— А как вы туда попали? Ведь туда нет дороги!

— Мы нашли ее, папочка.

— Так г^де же эта дорога?

— В болоте, под травой.

— Она и привела вас к острову?

— Да, папочка, только та дорога не прямая, она сворачивает то в одну сторону, то в другую и вся заросла травой.

Доктор внимательно разглядывал черепки.

— Что это за черепки, папочка?

— Это от глиняных горшков, которые были сделаны, наверно, тысячу лет назад.

— А как ты узнал это?

— Сначала люди долгое время лепили глиняные горшки. Горшки получались с неровной поверхностью и некрасивые. Потом, в IX—X веке, глиняные горшки стали изготовлять с помощью гончарного круга, а украшали их прямыми или волнистыми линиями. Если судить по этим черепкам, Пилякальнис существует с IX—X века, так как черепков более древних горшков, вылепленных руками, вы не нашли.

— А кто насыпал этот Пилякальнис?

— Пилякальнисы эти возникали в разные времена, и назначение у них было разное. Поначалу это было обычное поселение. Жили тогда люди родовыми общинами. Чтобы легче было обороняться от врагов, всей общиной укрепляли холм и обносили его деревянной стеной. Потом из общины выделились более богатые и сильные. Они стали захватывать эти холмы или строить для себя новые. Эти поселения строились уже по принуждению. Сильные завладели землей, водой, лесами; простые люди вынуждены были работать на них и со временем превратились в настоящих рабов. Так и образовался класс крестьян и класс феодалов. Один из таких феодалов захватил, видимо, окрестные земли и построил на острове замок, а через болото проложил еще скрытую от глаз, петляющую дорогу, чтобы легче было защищаться от врагов — порабощенных крестьян и более сильных, чем он сам, феодалов.

— Ну до чего же интересно, папочка, ты рассказываешь! — сказал Пятрас.

— Да, это подлинная история нашего народа, и ее нужно знать, если вы хотите понять, почему наш народ и сейчас еще такой измученный, боится самого ничтожного царского чиновника, а каждому барину готов кланяться до земли. Ну, вы уже все показали?

— Нет, папочка, у нас есть еще всякие старинные вещи и монеты. О них мы тоже хотим знать.

— О, да у вас настоящий музей! Хорошо, что вы собрали эти вещи — они имеют очень важное значение при изучении истории. Где вы нашли это?

— В песках Милжинкаписа, возле Авинелиса, — ответил Пятрас и выложил все находки на стол.

Долго рассматривал доктор предметы, найденные в песках Милжинкаписа.

— Всего я вам не смогу объяснить, я не археолог, но кое-что расскажу... Вот этим бронзовым и железным вещам, видимо, столько же лет, сколько и милжинкапису, где похоронены наши предки. В те времена вместе с умершими клали их оружие и орудия труда — мечи, копья, топоры, косы, серпы и бронзовые украшения шеи, рук, различные пряжки. Трупы умерших сжигались вместе с этими вещами, и потому железные вещи сильно обожжены, а бронзовые расплавились. Остатки сожжения собирали в одно место и над ними насыпали из земли небольшой холмик — курган. Такие древние курганы наш народ часто называет Милжинкаписами — могилами великанов.

— Ила рассказывал, что в старину люди были настоящими великанами! — заметил Владас.

— Какие там великаны! Наши предки были такие же, как мы, но их называют великанами и богатырями, потому что они прославили себя большими делами и долголетними войнами, которые они вели, защищая свою свободу. Много приходилось трудиться нашим предкам! Они вырубали леса, распахивали целину, оберегали посевы и скот от разных зверей. Но особенно тяжело было воевать с иноземцами. Для всего этого нужны были решительность, сила, умение. Вот их и стали называть великанами. Постепенно ветер разрушал могильники, и железные и бронзовые вещи оказались на поверхности.

— Да, папочка, в тех местах кости так и белеют чуть ли не на каждом шагу. Ила рассказывал, что там шведы похоронены! — сказал Пятрас. 9

— Вероятно, там могилы воинов. В середине XVII века между феодалами шли распри, раздоры, и Литве пришлось пережить из-за этого много бед. Здесь долгое время были шведы. Они грабили наш народ, и люди до сих пор не могут забыть об этом. Ну как, теперь вам все понятно?

— Да, все понятно и очень интересно. Спасибо!

— Мальчики, приносите домой всякие старинные вещи, которые вы найдете. Мы пошлем их в Вильнюс, Литовскому научному обществу. Только, пожалуйста, ничего не раскапывайте, а то разрушите какой-нибудь памятник старины. Делать раскопки дозволено лишь археологам.

— По-моему, археологом быть очень интересно. Берешь какую-нибудь старинную вещь и все узнаёшь про нее, как будто читаешь по книге. Я бы хотел стать археологом. А ты, Владас, кем хочешь быть?

Владас молчал. Он хотел бы быть и археологом, и врачом, и учителем. Но что он мог сказать сейчас, когда все это невозможно: его мать— бедная вдова, сам он—« пастух, а ученье стоит так дорого. Стать археологом ему гораздо труднее, чем даже найти заколдованный клад.

Взглянув на товарища, Пятрас все понял и замолчал.

В СТАРОЙ КОРЧМЕ

Старая корчма славилась не только в нашем городишке, но и далеко за его пределами. Она стояла в стороне от города, у дороги, ведущей в Ригу, возле самого пастбища, недалеко от песков Милжинкаписа. Это была большая, очень старая деревянная постройка. Длинные темные сени разделяли ее на две половины. В одном конце корчмы находилась большая конюшня, в которую вели широкие двери, чтобы можно было въехать с возом, а в другой, жилой половине помещалась сама корчма.

Эта корчма была очень старая. Ее соломенная крыша так заросла мхом, что не сразу поймешь, что она соломенная, а кое-где на крыше даже выросли березки. Они, пожалуй, превратились бы в настоящие деревья, если бы не козы, которые часто прибегали сюда с пастбища. Козы карабкались на крышу, одним своим краем почти касавшуюся земли, и начисто обгрызали листья.

Хотя корчма вся покосилась, но стояла еще крепко. До самых окон она ушла в землю, а дверь, казалось, вела в подвал. Люди говорили, что корчма эта стоит уже

несколько сот лет и раньше здесь был самый центр когда-то большого города.

Люди рассказывали, что шведы сожгли город и оставили только корчму, чтобы было где самим жить и держать своих лошадей.

Много повидала на своем веку старая корчма, многое могла бы рассказать она: и хорошее, и плохое, и веселое, и печальное. Но корчма молчала. Зато люди частенько заводили о ней разговор. Говорят, что в старину там любили останавливаться богатые паны. По целым ночам они танцевали мазурку и рубились саблями. Много панской крови пролилось на старый, затоптанный пол из-за пустых ссор...

Давно уже паны не заглядывают в корчму. Уже давно наведываются туда одни только простые люди. И они так привыкли к своей старой корчме, что даже лошадь, если только дорога ведет мимо корчмы, сама заворачивает к ней. А лошадь знает, что делает, — знает, что ее хозяину во что бы то ни стало нужно в старой корчме побывать, со старым Абрамом новостями поделиться, а если деньжонки есть, то одну-другую кварту горилки опрокинуть: в зимнюю пору — чтобы согреться, летом — чтобы остыть, а самое главное— купить детишкам баранокз баранки у Абрама были знатные!