Чтение онлайн

Павлова сняла трубку и набрала московский номер Малиновского.

– Вячеслав Александрович, – обратилась она к Малиновскому поразительно изменившимся доброжелательным тоном. – Тут в моем кабинете сидит товарищ Калугин Роман со своей группой. Вы лично ручаетесь за них?

– Екатерина Дмитриевна! – начал нараспев негромким баритоном Малиновский. – Доверяйте им как самой себе. Это лучшие специалисты.

– Я вас поняла. Вы уж, извините, что я вас отвлекла. Просто вчера звонили из вашего ведомства. Но я этого человека лично не знаю. Решила перепроверить. Дело серьезное, вы же понимаете.

– Екатерина Дмитриевна, голубушка, – продолжал тем же гипнотизирующим голосом Малиновский. – Вы абсолютно правы. Правильно сделали, что мне позвонили. Вы, главное, не забудьте, когда у вас все сложится, старику на пирожки подбросить.

– Вячеслав Александрович, рано еще делить шкуру неубитого медведя, – продолжала заискивать Павлова. – Срастется – не забуду. Всего вам доброго!

Услышав короткие гудки в трубке, Малиновский хихикнул. Положил трубку и вернулся к столу, на котором лежал открытый кейс доверху набитый пачками американской валюты.

– Жаль тебя, Катя, но здесь, как говорится, каждый за себя, – поглаживая зеленоватые купюры, сказал сам себе Вячеслав Александрович.

В кейсе «хрустела» благодарность от Архипа за хорошие рекомендации группе Калугина. За будущее Малиновский был спокоен. Через неделю его назначат на высокую должность в правительстве и Павловой до него не добраться.

Екатерина Дмитриевна положила трубку и, переводя взгляд с одного гостя на другого, барабанила пальцами по столу. Это продолжалось примерно минуту.

– Что собираетесь делать? – строго спросила она у Романа.

– Если вы хотите подробно, то Николай вам всё изложит, от «а» до «я», – ответил Роман.

– Нет! Сейчас – в общих чертах. Детали потом, по ходу дела.

– Схема такая, – начал Калугин, сохраняя темп, предложенный Павловой. – Мы создаем структуру с таким же названием, как и ваше предприятие, но отличие будет. Совсем незначительное. Затем эта структура начинает активно скупать акции предприятия. Само собой разумеется, что вы там светиться не будете. Все будет оформлено на посторонних лиц. Я думаю, что у вас есть доверенное лицо, на которого мы все оформим.

Калугин владел информацией в полной мере. Он знал, что на родственников оформить акции Павлова не сможет. По ряду причин. Бывшие коллеги по партии тоже не входили в круг доверенных. Так что, выхода у Павловой не было. Расчет только на Калугина и его друзей. Екатерина Дмитриевна видела, как «красные директора» скупают бывшую государственную собственность. И ей тоже хотелось оторвать лакомый кусок. Жажда наживы, вот слабое место Павловой. Этим Роман и воспользуется.

– Нет! – резко сказала Екатерина Дмитриевна. – Никаких посторонних. Оформляйте пока все на себя. Как все закончим, переоформите на меня контрольный пакет.

– Наталья Борисовна подготовит договор. Мы все это оформим официально. Все наши обязательства. И когда…

– Никаких договоров, – резко оборвала Калугина директор. – Никаких официальных бумаг. Я вообще ничего об этом не знаю. Понятно?

– Екатерина Дмитриевна, я все понял, – уверенно сказал Роман, не выдавая никаких эмоций. – Тогда мы пошли работать.

– Держите меня в курсе, – сухо добавила Павлова. – До свидания.

Гости вышли из кабинета. Спешно вышли на улицу. Сели в машину, припаркованную около управления НПЗ, и только когда отъехали на приличное расстояние от здания, Роман обернулся к друзьям и с улыбкой сказал:

– Поздравляю! Рыба клюнула.

Работала группа Калугина быстро и слаженно. Павлова получала информацию каждый день и в какой-то момент она уже стала подсчитывать огромные прибыли, которые вот-вот свалятся на неё, как снежный ком. Для Екатерины Дмитриевны это было несвойственно, но Калугин со своими друзьями настолько очаровали Павлову, что она расслабилась и предалась мечтаниям. Длилось это недолго. Удар был внезапный. Один. И сразу нокаут. Когда на собрании акционеров Павлову уволили, а на её место генеральным директором выбрали совершенно «левого» человека, у Екатерины Дмитриевны случился сердечный приступ.

Сын Сергей Ершов, прилетел в тот же вечер. Дежурная сестра попыталась не пустить Ершова в палату, но тот в грубой форме обругал девушку, ткнув ей в лицо комитетскую корочку.

– Вызови лечащего врача! – приказал он сестре. – Только быстро. Жду в палате.

– Но уже поздно. Он дома, – робко пояснила медсестра.

– Значит, вызови из дома, – крикнул Сергей, направляясь к палате матери. – Если не приедет, пришлю за ним наряд.

Девушка сняла трубку и стала судорожно набирать номер доктора.

– Мама! – воскликнул Ершов, войдя в палату и увидев свою мать бледной и неухоженной. Он присел на край кровати и обеими руками взял руку Екатерины Дмитриевны. – Как же так, мама?

– Купилась я, сынок, – тихим обессилившим голосом произнесла Павлова. – Малиновский, подонок, подставил.

– Малиновский? – переспросил Ершов. – Так это все он провернул?

– Нет, Сережа, провернул не он. Но он прислал мне эту банду Калугина.

– Калугин, – повторил за матерью Ершов. – Кто же такой, этот Калугин?

– Сережа! Послушай меня, – Павлова сжала в запястье пухлую руку сына. – Завод мы уже не вернем. С этим я смирилась. До Малиновского сейчас не добраться. Даже не пытайся. Шею сломаешь. А вот с его подручными можно посчитаться. Ты мальчик умный. Подумай. Их надо наказать.

– Мама, я все сделаю. Они пожалеют о том, что связались с тобой, – он поцеловал руку Екатерины Дмитриевны. – Про Малиновского, мама, я тоже не забуду. И на нашей улице перевернется телега с пряниками. Подождем.

– Правильно, сынок, – Павлова говорила все тише и тише. – Не забудь отплатить этой старой суке.

– Ты отдыхай, мама, а я пойду, доктора попугаю. Чтобы нюх не терял.

Ершов вышел из палаты и размашистым шагом подошел к испуганной медсестре.

– Вызвала?

– Да. Он сейчас приедет, – ответила та дрожащим голосом, поднявшись со стула.

Через несколько минут приехал доктор. Ершов завел его в ординаторскую и пару минут что-то очень громко говорил. Доктор только робко поддакивал и обещал всё сделать. Ершов вышел из кабинета и посмотрел на испуганную сестру.

– А ты девчонка симпатичная, – сказал он с хитрой улыбкой. – Ладно, не бойся меня, я дядя добрый. За мамой следи. Не дай Бог что – уволю! – с этими словами он также быстро исчез, как и появился.