Чтение онлайн

– Не уверен. Мне кажется, что мы уже не дождемся лучших времен, с досадой сказал Калугин.

– Рома, у меня есть старший брат Иосиф. Он раввин. Благо сейчас за это не наказывают. Так вот он как-то рассказал мне одну иудейскую притчу. Послушай, тебе будет полезно.

– С удовольствием, – ответил Роман.

– Однажды, – начал свой рассказ Бершицкий. – К раввину в синагогу приходит прихожанин и говорит: «Рабе, подскажи, что мне делать? Моя жизнь рушится. Я потерял работу, жена заболела, сын бездельник, ничего не хочет делать, ни учиться, ни работать. А дочь, просто загуляла. Как жить дальше, рабе»? На что раввин отвечает: «Знаешь что, добрый человек иди домой, возьми большой белый лист бумаги, напиши на нем «так будет не всегда» и повесь его на внутренней стороне двери своего дома. Каждый день, выходя на улицу, ты будешь читать это». «И всё»? – спрашивает прихожанин. «Все»! – отвечает раввин. Мужчина пошел домой и сделал так, как сказал ему рабе. Прошло полгода. Опять этот же прихожанин приходит к раввину: «Скажи рабе, как отблагодарить тебя? – спрашивает он. – Моя жизнь наладилась. Я нашел хорошую работу, жена поправилась и чувствует себя хорошо. Сын поступил в университет, а дочь, очень удачно вышла замуж». На что раввин отвечает: «Не надо благодарности, уважаемый прихожанин. Я очень рад, что мой совет тебе пригодился. У меня к тебе будет одна просьба». «Конечно рабе, я все исполню»! – с готовностью ответил мужчина. И раввин говорит: «Читай каждый день эту надпись. И помни: так будет не всегда»! Понимаешь, Роман, надо каждый день жить и что-то делать. Тогда рано или поздно всё наладится.

– Трудно с вами спорить, Борис Маркович, – согласился Калугин. – Только мне сейчас не до философии. Работу надо искать.

– Это с этой целью ты купил эту местную газетку? – спросил Борис Маркович, с ироничной улыбкой указывая на газету, торчащую из кармана куртки у Романа.

– С чего-то надо начинать.

– Рома! Оглянись вокруг, – запричитал Маркович. – Неужели ты думаешь, что в этой газетенке кто-то предложит достойную тебя работу? Я вас умоляю.

– Где же тогда искать? Я ведь к этому человек не приспособленный. Я всю жизнь служил. Куда пошлют, там и служил.

– Роман Алексеевич, дорогой мой, ты никак не привыкнешь к тому, что мы уже живем в другой стране. И не только страна стала другой. Главное, люди стали другими. И ценят они теперь совсем не то, чему учили их коммунисты.

– Да, Маркович, – согласился с доводами Бершицкого Калугин. – Я сам очень удивляюсь, как быстро все «перекрасились». Сняли красные знамена, «съели» партийные билеты. Куда делся великий советский народ?

– Народ к этому был готов давно. Рома, не кривя душой, ответь мне на такой вопрос: ты в магазине одежды. Тебе надо купить штаны. Перед тобой брюки фабрики «Большевичка» и джинсы «Levi Strauss». Что ты выберешь?

– Конечно, «Levi Strauss»! – не задумываясь, ответил Калугин.

– Ты сам ответил на свой вопрос, – резюмировал Маркович. – Знаешь, Рома, как человек обремененный богатым жизненным опытом, я вот что тебе скажу. Коммунизм, он ведь не так плох, как это сейчас пытаются преподнести. Не молоток виноват в том, что он попадает по пальцам, а человек, который этим молотком орудует. Не коммунизм виноват в том, что страна развалилась, а те языкастые, которые пришли к власти. У них же, как рот закрыл – рабочее место убрано. А теперь тебе, Роман, мне, старому еврею, детям нашим и внукам придется все это расхлебывать. И дай Бог, чтобы это получилось.

– Но если посмотреть с другой стороны, так жить, как мы жили, дальше было невозможно. Надо было что-то менять,– подытожил Калугин.

– Абсолютно с тобой согласен, Роман, – воскликнул Бершицкий. – Только для того, чтобы сделать ремонт в квартире не надо ломать весь дом.

– Мудрый вы человек, Борис Маркович. И все-таки, – Роман вернул разговор в нужное ему русло. – Что посоветуете с работой? Чем мне лучше заняться?

– Роман Алексеевич, мы неправильно с тобой ведем такой важный разговор, – сказал Бершицкий, снимая с головы ювелирные очки-лупы и выключая свет мощной настольной лампы. – У меня сейчас перерыв на обед. Тут рядом у моего друга хорошее кооперативное кафе. Сейчас идем туда. Хорошо пообедаем и поговорим о твоей будущей работе.

– Борис Маркович…, – хотел было возразить Калугин, но Бершицкий его перебил.

– Ша, Рома! Шекет, как говорили мои предки. Я хочу тебе помочь, ты против?

– Нет, не против, – смутившись, ответил Роман. – Но мне неудобно кушать за ваш счет.

– Неудобно, Роман, когда невеста на свадьбе в фате и с животом на девятом месяце. Вот это действительно неудобно. А пообедать за счет ювелира один раз, это очень даже прилично.

Бершицкий закрыл на ключ свою мастерскую, и они с Романом медленно пошли в сторону кафе.

Кафе находилось на пересечении двух улиц, на первом этаже помпезного послевоенного четырехэтажного дома. Место, судя по всему, было проходное. Свободных мест в обеденное время не было. Но Борис Маркович был другом хозяина и поэтому в vip зале для него всегда был забронирован небольшой столик. Мужчины прошли через зал и устроились за своим столом.

– Как всегда? – спросила официантка в накрахмаленной блузке и с блокнотом в руке.

– Да, Машенька, только сегодня в двух экземплярах, – ответил Бершицкий, заправляя большую белую салфетку за воротник. – Здесь очень приличная кухня.

– Но и цены, наверное, приличные? – иронично заметил Роман.

– Хорошая еда дешевой быть не может, – серьезно ответил Маркович. – Иначе это не частное кафе, а столовая обкома. А они плохо кончили, Рома.

Еду принесли быстро, и собеседники принялись неторопливо обедать. Кушали молча. Ни Роман, ни Борис Маркович не отвлекались от трапезы, пока тарелки были полные. И лишь после того, как официантка забрала со стола пустую посуду и принесла кофе, Бершицкий нарушил молчание.

– Так ты, Рома, меня спросил про работу, – вернулся к теме разговора Борис Маркович. – Начнем с простого. Где-то купить и где-то продать. Это реальные быстрые деньги.

– Маркович! – возразил Калугин. – Посмотри на меня. Где я и где спекуляция?

– Роман Алексеевич, если хотите дальше жить как достойный человек, меняйтесь! – назидательно произнес Бершицкий. – На минуточку, спекулянты создали самую богатую и процветающую страну в мире, – Соединенные Штаты. Я бы на вашем месте сильно подумал.

– Ну, хорошо! – согласился Роман. – Но что покупать и что продавать?

– Все что угодно. Шмотки, электронику, водку, сигареты. Сейчас можно продать все.

– А где это купить? – продолжал закидывать вопросами Калугин. – И где взять деньги?

– Боже мой! Посмотрите на него! – замахал руками Бершицкий. – Скажи, Рома, а зачем ты знаком с Борисом Марковичем? Неужели ты думаешь, что старый еврей тебе откажет в небольшой сумме? Человеку, который так помог мне с сыном.

– Маркович! Ты вправду думаешь, что я возьму у тебя деньги просто так?

– Нет! Я так не думаю, – продолжал выразительно жестикулировать ювелир. – По– меньшей мере это неприлично, когда просто так. Ты отдашь мне часть прибыли.

– Сколько?

– Один процент, – Маркович поднял вверх ладонь, как бы останавливая возражения Романа. – Поверь мне, для начала это неплохо. Никаких дискуссий, Рома. Но самое главное не в том, что надо купить и продать.

– А в чем? – Роман не понимал, куда клонит Бершицкий.

– А в том, Роман Алексеевич, что сейчас распродают страну. Бывший Советский Союз. И вот это надо покупать. Чем быстрее, тем лучше. Ты слово «ваучер» знаешь?

– Кому они нужны? – рассмеялся Калугин.