Закон отрицательной селекции
Шрифт:
– Напомни-ка мне Калугин, кто был дежурным по батальону?
– Старший лейтенант Усов.
– И что, – генерал нахмурил брови. – Он не догадался в этой ситуации сообщить вам или ротному? Это что за отношение к курсантам? Вы разговаривали с ним?
– Да, разговаривал. Но он не хочет обсуждать этот случай. А командир батальона считает, что Усов поступил правильно.
Генерал поднялся со своего места, подошел к маленькому столику в углу кабинета и налил себе минералки. Потом повернулся к капитану:
– Минералку будешь?
– Нет, спасибо! – ответил Калугин.
– Жена изменяет, это очень плохо, – рассуждал начальник. – Для офицера это неприемлемо. С такой женой надо расставаться незамедлительно. Иначе вся служба насмарку. Так ты говоришь, он там ничего не натворил. Разобрался мирно?
– Да, товарищ генерал. Убедился, что все так и вернулся в роту.
– Знаешь что, Калугин, приведи мне этого Романова. Хочу с ним поговорить, – принял решение начальник. – Если все так, как ты говоришь, то парня отчислять не будем.
– Есть! – ответил Роман. – Разрешите идти?
– Нет, погоди, капитан, – остановил Калугина генерал. Он подошел к столу и долго искал какие-то бумаги в стопке с документами. – Вот. Нашел. Твой комбат Петренко на тебя такую аттестацию написал, что гнать тебя надо из армии. Почитать хочешь?
– Нет желания, – спокойно ответил Калугин. – Я догадываюсь, что там написано.
– По мне, капитан, ты офицер хороший. Конечно, со своими тараканами, но хороший. Я эту филькину грамоту заставлю переписать. Но, – генерал подошел к Роману и жестом предложил ему присесть на стул. – Есть одно «но». Я, Калугин, ухожу на повышение. И очень скоро. Вместо меня придет новый начальник. Между прочим, однокашник твоего Петренко. Как он себя поведет, я не знаю. И если честно, какое-то мутное назначение. Что-то там нечисто с моим сменщиком. Надо бы тебе, Калугин, с комбатом пока замириться. Наладить отношения. Жалко будет, если съедят тебя. Попробуешь?
– Спасибо, товарищ генерал, за доверие. Я попробую, – ответил капитан.
– Ну, вот и хорошо. Жду твоего Романова, – генерал опять сел за стол и занялся бумагами.
– Разрешите идти? – обратился к начальнику Калугин.
– Идите!
Романова не отчислили. Наказали его тремя сутками ареста, но в училище оставили. Петренко после этого был в ярости. Обещал на офицерском совещании не забыть Роману эту, как он выразился «подставу». И через пару месяцев слово свое сдержал. С приходом нового начальника, друга юности полковника Петренко, у Калугина начались серьезные проблемы на службе. Взыскания сыпались как из рога изобилия. В конце концов, Петренко поставил вопрос перед общим собранием офицеров, об увольнении Калугина из рядов вооруженных сил.
Офицерское собрание было назначено на пятницу, а сегодня, в среду, капитан Калугин, проходя по длинному коридору управления, увидел высокую худощавую фигуру Александра Четвертова, бывшего начальника особого отдела. Александр недавно перешёл на другую должность в управление. Роман удивился, увидев Четвертова около своего старого кабинета.
– Роман Алексеевич, зайдите ко мне, – указывая жестом на дверь своего кабинета, вежливо сказал майор Четвертов.
– А перед контрразведкой я, чем провинился? – с легкой иронией спросил Роман. – Нечто и с вашей стороны на меня Полкана спустят?
– Да ну! Что вы, Роман! Это чисто дружеская беседа.
– Хорошо! Как ни странно, но вам, товарищ майор, я верю, – уже без иронии сказал Калугин и вошел в кабинет. – А почему майор Четвертов здесь?
– Присаживайся, – перешел на «ты» Четвертов, после того как плотно закрыл за собой дверь. – Нового начальника отдела пока не назначили, вот я и нагло пользуюсь кабинетом. Кофе будешь?
– Наливай! – в том же панибратском тоне ответил Роман.
– Мне подарили хороший кофе, – продолжал майор, включая в розетку маленький кипятильник. – Уж кого-кого, а тебя, Рома, я с удовольствием угощу.
Роман сел на стул у окна и с улыбкой наблюдал за тем, как высокий худощавый Саша Четвертов неуклюже управляется с приготовлением напитка. Капитан не раз бывал в этом кабинете. Они с майором были хорошие приятели. Часто играли в шахматы и в одной волейбольной команде. Любили покер, за его игрой порой засиживались за полночь.
Вода в стеклянной банке, выполняющей роль чайника, закипела, и Четвертов разлил кипяток по стаканам.
– Угощайся, Рома, – предложил Александр. – Сахар положи себе сам.
– Спасибо! – Роман положил себе ложку сахара. Размешал и, попробовав напиток, продолжил. – Я так думаю, ты меня не кофе пить пригласил.
– Почему? – с улыбкой ответил майор. – Именно попить кофе. Ну и сделать тебе предложение.
– Ба! – засмеялся Роман. – Предложение руки и сердца?
– Ну, почти! – смеясь, ответил Четвертов. – А если серьезно, то предложение моё, Рома, очень для тебя неожиданное. Готов?
– Всегда готов! – вздернув руку в пионерском приветствии, ответил Роман.
– Скажу прямо, – загадочно начал Четвертов. – Инициатива была моя. Но как у нас принято я изложил суть плана начальству. Меня поддержали.
– Подожди! Подожди! – перебил майора Роман. – Это что получается? Без меня, меня женили?
– Роман! В любом случае, выбор за тобой. Я только сделаю тебе предложение. А решать будешь ты.
– Рассказывай!
– Рома, скорее всего из армии тебя уволят по статье. Для тебя это плохо. Но для дела, которое я тебе предложу, это хорошо. А дело, Рома, вот какое, – Четвертов глубоко вздохнул и медленно сел на стул. – Видишь, что в стране происходит? Всем и вся начинают править деньги. А там где власть денег, ещё и при отсутствии нормального руководства, там, Рома, начинается балаган. Нас ждут очень тяжелые времена. Надо к этому готовиться сейчас. Завтра будет поздно. Думаю, и сегодня уже опоздали. Но хотя бы попробуем догнать. Ты помнишь Архипова?
– Архипова? Конечно, помню! – уверенно ответил Калугин. – И друга его Брауна, хорошо помню.
– Ну, так, поди, не раз на «ковре» встречались?
– В одной категории выступали. Их в позапрошлом году отчислили обоих.
– Да. За вымогательство. Надо было посадить, но не срослось. Потерпевшие отказались от показаний. Долгая история, – Четвертов отчаянно махнул рукой. – Суть не в этом.
– А в чем?
– А в том, Рома, что этот Архипов становится авторитетным бандитом. И друг его Браун, тоже в этой шайке. Судя по нашим оперативным сведениям, Архипов активно набирает вес. Милицейское начальство уже его прикрывает. Не бесплатно, конечно. Не равен час он и до власти доберется.
– Саша! Я ведь этого Архипова хорошо помню. Он парень крепкий, волевой, а главное умный.
– Умный, Рома! Умный! Это не те старые уголовники с гонором. Это новое поколение. Жестокое. Без правил и законов. Они такое натворят, что мы потом долгие годы разгребать будем, не разгребем. Не столько страшно за нас, как за наших детей. Что их ждет?
– Честно сказать, Саша, мы не знаем, что нас всех ждет, – Роман оглянулся на дверь кабинета. – Не в этих стенах будет сказано, но мне кажется, что эта страна летит в пропасть.