Чтение онлайн

Он проглотил панику, что охватила его на короткий момент, и позволил облегчению заполнить его тело. Сабрина пришла не для того, чтобы расстаться с ним; она пришла, чтобы соблазнить его.

– Значит, ты хочешь, чтобы я что-то сделал с этим, да?
– Спросил он шутливо и обогнул стол.

Когда он добрался до нее, он погладил шелк, скользя рукой вниз по ее туловищу. Он заметил, как сбилось ее дыхание и затрепетали веки.

– Обожаю это ощущение, - прошептал он.

– Шелка?
– Спросила она.

– Ощущение твоей кожи под шелком.
– Он провел кончиками пальцев по одному твердому соску и, казалось, что она выгнулась ему навстречу от прикосновения.
– Кажется, я знаю, как исправить твое положение.

Она подняла веки, страсть струилась из ее глаз.
– Правда?

– Да, только вот мне не нравится, что Франциска может прервать нас в любой момент.

Сабрина коварно улыбнулась.

– Я отправила твою ассистентку домой.

Он признательно приподнял бровь.

– Мне нравятся женщины, которые проявляют инициативу.

Он скользнул руками ей за талию, затем спустился к ее заднице, поглаживая ее округлости.

– В наше время не слишком много ткани используют для нижнего белья.
– Он опустил голову к ее плечу и оставил на нем поцелуй.
– Ее едва хватит на платок.

– Ценится не количество, а качество, - промурлыкала она, обхватывая руками его затылок.

Дэниел схватил тоненькую лямку зубами и стянул с плеча Сабрины, от чего обхватывающая грудь ткань упала, раскрывая ее его голодному взгляду.

Его член затвердел сильней от вида ее прекрасной плоти. Он всегда считал, что у Сабрины прекрасная грудь: идеально круглой формы и упругая. Манящая и соблазнительная. Ему нравилось зарывать свое лицо в них, чувствуя, как тепло и мягкость окутывают его. Ему нравилось целовать и облизывать их, сжимать в своих руках и чувствовать, как они реагируют на него.

Сейчас он хотел именно этого. Склоняя голову ниже, он схватил открывшийся сосок и втянул его в рот.

– О!
– Простонала Сабрина.
– Значит, ты не злишься на меня за то, что я прервала твою работу?
– спросила она кокетливо.

Он выпустил сосок из своего рта.
– Ты можешь прерывать меня в любое удобное для тебя время. При одном условии.

– Какое условие?

Он скользнул одной рукой по ее животу, затем опустил между ее ног, почувствовав тепло и влагу, что уже пропитала тоненькую ткань. Он поднял взгляд, чтобы заглянуть ей в глаза, которые похотливо смотрели на него в ответ.

– На тебе должно быть только нижние белье и пальто, когда ты придешь прерывать меня. Если на тебе будет что-то кроме этого, то мне придется отшлепать тебя за непослушание.

– Нужно запомнить это на будущее, - промурлыкала она, проведя языком по нижней губе и смотря на него с озорным блеском в глазах.

Его сердце пропустило удар. Неужели она собиралась нарушить его желания, чтобы он исполнил свою угрозу?

– Если, конечно, ты не против того, чтобы тебя отшлепали, - подстраховался он и переместил руку на ее задницу. Он сжал упругую плоть и дернул ее на себя, чтобы она почувствовала его стояк.
– Ну, так, как?

Она простонала.

– Думаю, тебе следует это выяснить.

Его обдало жаром от мысли о том, чтобы ударить ладонь о ее голую задницу и услышать ее стоны в ответ. Он никогда раньше не чудил в спальне, но Сабрина подталкивала его к новым идеям.

– Хорошо, тогда в следующий раз, когда ты сделаешь что-нибудь непристойное, я знаю, что делать, - сказал он.

– Непристойное? Что ж, давай посмотрим, получиться ли у меня сделать что-нибудь непристойное.
– Она прижала руки к его груди, чтобы он отпустил ее.

Но прежде чем он успел возразить, она потянулась к его ремню и расстегнула его, затем открыла пуговку на его штанах. Дэниел задержал дыхание.

– Это не плохое начало, - похвалил он, затем проследил, как она потянула за молнию и спустила вниз его штаны.

Они упали к его ногам. Она улыбнулась ему, затем ослабила его галстук и убрала его перед тем, как расстегнуть пуговки на его рубашке, чтобы сдернуть ее. Он тяжело дышал, возбуждение переполняло его. Прошло несколько дней, когда они последний раз занимались любовью, и он отчаянно нуждался оказаться в ней.

Член натянул его боксеры. Он заметил, как она посмотрела на него и облизала губы. От этого он чуть было не кончил. Черт, неужели она собиралась сделать то, о чем он думал?

Когда она опустилась на колени, его сердцебиение удвоилось. Он ухватился за стол позади себя для поддержки, подготавливаясь к неизбежному.

Сабрина потянула за его боксеры и высвободила его член. Он гордо вытянулся, указывая прямо на ее красные губы. Втянув воздух, он поддался вперед, прижимаясь к ним. Она положила руки на его бедра, их тепло перетекало в его тело.

– Пососи меня, - приказал он, прежде чем успел остановить слетевшее с его губ требование.

С похотливой улыбкой, Сабрина посмотрела на него.

– Как пожелаешь.

Затем она обхватила губами головку его члена и спустилась ниже. Ее щеки втянулись, когда она вбирала его глубоко в свой рот и облизывала языком вдоль чувствительной нижней стороны его члена.

– Черт, - прорычал он, ухватившись крепче за стол, пока его костяшки не побелели.

Вид Сабрины на коленях с его членом во рту, зажег мощный запал, столь сильный, что он мог поставить его на колени.

Она медленно подалась назад, пока ничего кроме ее языка не касалось кончика его члена. Она игриво облизнула его и спустилась снова вниз по его стволу. Чистое удовольствие накрыло его.

– О Боже, да.

Он убрал руки от стола и положил их ей на плечи, чтобы удержаться. При следующем ее спуске на его член, он подался вперед, погружаясь глубже в ее соблазнительный рот с громким стоном.

Через мгновение он почувствовал, как ее рука обхватила его мешочек, сжимая драгоценные камушки внутри. Он чуть было не взорвался от столь эротического ощущения.

– Ты очень коварная женщина, - выдавил он сквозь сжатые зубы, отчаянно хватаясь за самообладание.

Казалось, эти слова только сильней подстегнули ее, потому что она начала сосать его жестче, с большим напором и страстью. Словно все, чего она хотела, это чтобы он покорился ей. Но он не допустит этого, не сейчас. Нет, он не позволит этой чувственной интерлюдии завершиться слишком быстро. Сабрина соблазняла его не каждый день, и он хотел испытывать это как можно дольше.