Чтение онлайн

— Так безопаснее…

— Безопаснее? — усмехнулся алхимик, покачав головой. — С каких это пор компания сектантов-головорезов — залог безопасности.

— Прекрати ломать комедию! — Тардис неожиданно ударил кулаком по столу, приподнялся, намереваясь встать, но передумал и снова вернулся в кресло. — За этим проектом стоят величайшие умы современности и влиятельнейшие люди! Думаешь, все мы спим и видим, как бы уничтожить мир?! Все взвешено и рассчитано, все риски учтены. Мы принесем Илиону процветание!

— Старая пеня, — вновь усмехнулся Лекс. — Декорации новые, дураки те же. Каждый из вас преследует свои цели и интересы, и за ними вы не видите всей картины целиком.

— Дориан считает тебя умным человеком, — сквозь зубы проговорил Тардис. — Так, может быть, будешь соответствовать? За твоими убеждениями нет ничего, кроме глупого подросткового бунта. Ты позоришь мой род…

— Мне нет дела до твоего рода, — раздраженно перебил Лекс. — И до того, кто и кем меня считает. Я здесь по другому делу.

— Этот проект — наследие твоей матери! — не сдавался старик. — Ты и твой отец принесли ей смерть, я же…

— О, представляю, что бы она сказала, если бы узнала, что невольно приложила руку к вашему «проекту».

— Что ты знаешь о ней, щенок!.. — Тардис опять привстал с кресла, принимая угрожающий вид, но Лекс снова перебил его:

— Знаю достаточно, чтобы быть уверенным — ей было бы невыносимо больно и обидно видеть, к чему привели ее исследования, в какие руки они попали. Но, самое главное, — поспешил добавить алхимик, не давая Тардису заговорить. — Ей было бы стыдно. В первую очередь — за тебя. За твою глупость, — Лекс подошел вплотную, опершись руками о стол и, нависнув над оппонентом. — Глупость, за которой стоит самонадеянное желание войти в историю, да еще с таким размахом! Изменить целый мир к лучшему! Эти слепые амбиции не дают видеть дальше собственного носа и непременно приведут к катастрофе.

— Я уже говорил, — пытался защищаться старик, но вид его уже не был таким надменным и уверенным, он, как будто сдулся, от чего выглядел совсем старым. — Все рассчитано…

— Говорил, — кивнул Лекс, злобно сузив глаза. — Но я здесь не за тем, чтобы слушать глупости. Как мне найти Дориена?

Тардис нервно облизал пересохшие губы и кивнул на аккуратно сложенную бумажку на столе. Лекс взял, развернул, это была карта. Он повернулся к выходу, сделал пару шагов, но вдруг остановился, что-то быстро обдумал и снова подошел к Тардису.

— Во главе проекта стоит Дориен?

Старик напряженно молчал и Лекс, кивнув сам себе, продолжил:

— Сельтус и Кроне не имели еще такого влияния и власти, когда это все началось. Остаетесь вы с епископом. Ты, я вижу, не понимаешь всей сути ситуации. Значит — Дориен, — Лекс полез в нагрудный карман, вытащил свой блокнот, положил на стол, прижав пальцами. — У меня не было тех сведений, какими располагали вы, информацию приходилось собирать по крупицам, поэтому здесь не все, лишь наброски, но и этого достаточно, чтобы доказать несостоятельность вашей теории. Чем больше я вовлекаюсь в это дело, тем больше думаю о том, что Дориен вас использует, преследуя свои цели, — Лекс тяжело вздохнул, снова нависая над Тардисом. — То, что он делает там, в убежище Ктара, нанесет непоправимый ущерб, в первую очередь — Инамии, но пострадает весь Илион. Тебе решать, что с этим делать, — юноша толкнул блокнот Тардису.

В коридоре послышался топот, Лекс нервно обернулся и напоследок спросил:

— Мальчик, который был здесь. С ним все в порядке?

Старик кивнул.

— Он в убежище Ктара?

Снова кивок.

Лекс распахнул окно и, не раздумывая, сиганул в завывающую темноту. Через секунду в кабинет зашел командир местной ячейки наемников:

— Ваше, эм, сиятельство, — проговорил он, в недоумении осматривая комнату. — Нужна ли помощь?

— Подите к черту, — раздраженно махнул рукой Тардис. Подождав пока дверь закроется и не обращая внимания на ледяной холод, врывающийся вместе со снежинками в раскрытое окно, старик, дрожащей рукой потянулся к блокноту.

Эмилия проснулась от саднящей сухости в горле, впрочем, состояние, в котором она часто находилось в последнее время, сложно было назвать сном. Скорее — полубредовое легкое беспамятство. Девушка обвела мутным взглядом свое жалкое жилище: металлическая клетка, три на три и высотой метра два. В холодной, просторной комнате, больше похожей на пещеру, таких клеток было четыре, но остальные пустовали.

Убедившись, что воды нет, Эмилия тяжело вздохнула и села, забившись в угол. Если она правильно считала, с момента, как ее привезли сюда прошло четыре дня. Графиня помнила эту жуткую поездку, будто это было вчера. Не отошедшую от контузии и шока после разрушения особняка, ее связали и бросили в пустую телегу, крытую выцветшим брезентом. Эмилия с ужасом ожидала пыток, боясь даже представить себе, что с ней могут сделать. Страха добавлял и, поминутно заглядывающий в фургон, Син. В его бесцветном взгляде отражалась ярость и что-то сродни с похотью, девушка не захотела разбираться, что за этим стоит.

Однако ни в дороге, ни здесь пыток не было. О девушке вообще, как будто забыли, разве что трижды в день приносили еду и воду, да иногда выносили емкость — нечто среднее между ночным горшком и кастрюлей. Еще два раза заходил человек в черном камзоле и красивым, изогнутым мечом на поясе. Правую часть его лица уродовал, плохо зарубцевавшийся шрам. Оба раза мужчину сопровождал Син. Во время первого визита Эмилию ни о чем не спрашивали, осмотрели с ног до головы и молча ушли. Во второй раз мужчина со шрамом задал три вопроса: как она узнала об особняке, знакома ли она с Лексом (имени наемник не называл, но, очевидно, имел в виду его) и был ли алхимик с ней в момент обрушения здания. Эмилия ни на какие вопросы не ответила. Тогда мужчина кивнул и направился к выходу, к нему тут же подбежал Син и стал что-то нашептывать в ухо, все время поглядывая на Эмилию. Ему ответили, но девушка не разобрала слов. Что-то в этой последней сцене было тревожное и страшное для Эмилии. Графиня чувствовала это интуитивно, но понять не могла. Случилась эта встреча вчера утром.

Лязгнула дверь, в комнату вошел маленький, лысый мужичек, он просеменил к клетке, оставил рядом кружку воды, кусок хлеба и миску с кашей, заглянул в горшок и поспешил обратно.

Эмилия вздохнула и пошла к еде. Кашу съела, не чувствуя вкуса, взялась за хлеб, но очень осторожно, тщательно прожёвывая маленькие кусочки, чтобы меньше хотелось пить. Водой здесь не баловали, наверное, потому что первое время девушка отказывалась пить. Причина была тривиальна. Девушка с грустью посмотрела на горшок. Вспомнилось, как обжигал ее стыд, доводивший до отчаянья — клетка, в которой, очевидно, держали крупных животных, еда в грязной посуде, этот треклятый горшок! Теперь было, в общем, все равно, она слишком устала.

Дверь снова скрипнула, Эмилия вся подобралась, похоже, наконец, посетители. Из-за угла появился Син, девушка вздрогнула, впервые они оказались один на один. Их разделяло метров двадцать, эх, диск ветра — простое, но эффективное заклинание, у Эмилии оно почти не занимает времени, секунд пять-шесть и эта мерзкая, скользкая ухмылка навсегда исчезнет с лица лейтенанта. Но колдовать графиня не могла, из дворца выкачали всю энергию звезд, девушка была уверена, это было связано с ритуалом.

Син, ничего не говоря, открыл клетку, направился к Эмилии, девушка быстро встала навстречу, но лейтенант резко, всем телом, прижал ее к прутьям решетки и нежно сказал:

— Вижу, ты тут совсем заскучала, пташка.

Эмилия дернулась было, но куда там, Син был намного сильнее. Мужчина опустил голову ниже. Шеи графини коснулось что-то влажное и горячее. Девушка судорожно сглотнула, зажмурив глаза, но тут же попыталась успокоиться, нужно терпеть и ждать…

Язык Сина скользнул к скуле, затем к уху, мочку охватил жар боли. Мужчина разомкнул зубы и тихо прошептал на ухо:

— Скоро ты будешь моей.

После этого он ушел.

Девушка обреченно спустилась на пол, кажется, сбывалось то, чего она боялось. Эмилия закрыла глаза, мысли были путаны и бессвязны, но одна отчетливо пробивалось через полубредовую кисею: «Ничего, Лекс обязательно…». Нет! Хватит полагаться на других. Первое путешествие с алхимиком, поход с Эркатой. Да, что там, всю ее жизнь, Эмилию кто-то вел за руку. Неизвестно, что с Лексом, знает ли алхимик, где она, сможет ли пробиться сюда, успеть. Нет, на помощь полагаться нельзя. В этот раз Эмилии придется выбираться самой или умереть здесь.