Чтение онлайн

— Леша, ты там? — обеспокоенно произнесла Наталья. — Что случилось? Открой дверь!

— Мам!! — юноша отодвинул табуретки, выбираясь из-под стола и отодвигая стул. Он открыл дверь и обнял женщину, тихо всхлипывая. Страх сразу же прошел, как и неприятное чувство чьего-то присутствия. Рядом с ней сразу стало очень спокойно и больше никакие проблемы не волновали.

— Боже, да что произошло? — Наталья обняла сына в ответ.

— Забыл закрыть входную дверь и мне показалось, будто кто-то вошел… Я испугался и не стал проверять, поэтому заперся тут и ждал тебя. Телефон остался в комнате. Прости, что напугал. Зато я сварил щи. — юноша судорожно выдохнул и отпустил женщину. Он подошел к плите, выключая конфорку. В присутствие матери страх почти полностью отпустил и трясущиеся руки успокаивались.

— Я только что прошла по квартире и никого не нашла. Дверь и правда была открыта, может, тебе показалось? Или кто-то правда заходил. — Наталья поспешила в свою комнату, размерами также не отличающуюся от соседней. В ней стоял старый, красивый дубовый гарнитур. В серванте расположилась фарфоровая посуда с росписью в виде розово-голубых цветов. Обычно она появлялась на столе только во время праздника, преимущественно нового года. Женщина открыла створку шкафа с полками, забитыми лекарствами и различными бумагами, начиная поспешно проверять все. Алекс мялся у входа, наблюдая. Сказать настоящую причину страха глупо и странно, да и неизвестно, какая из причин еще сильнее разволновала бы ее.

— Все в порядке? — юноша прислонился плечом к дверному проему.

— Да, ничего не украли. Кем бы тот человек ни был, он ушел. У нас красть то нечего, это видно сразу. Сильно испугался?

— Прилично… Ничего страшного, правда. Я в порядке. Лучше иди покушай. — Алекс вдруг вспомнил о дневнике, оставшимся под столом. Он пошел обратно в кухню, расставляя по местам табуретки и поднимая вещицу.

— Спасибо, ты такой заботливый и хозяйственный. — Наталья улыбнулась. — А кушать со мной не будешь?

— Нет, извини, аппетит от стресса пропал. Я поем, обязательно. Мне нужно сделать доклад по астрономии к понедельнику, им и займусь, отвлекусь, нагуляю аппетит. — юноша мельком улыбнулся, уходя в свою комнату, прикрывая дверь. Он кинул дневник на стол, а сам плюхнулся в кресло, тяжело вздыхая. Ал откинулся на спинку, поставив локти на подлокотники и глядя на свои ладони. Иногда по рукам пробегала едва заметная дрожь. Разумеется, никакой доклад сейчас в голову не лез, и писать его от руки совершенно не хотелось. Принтера нет, поэтому всегда приходится делать все вручную. Ситуация до смешного глупая, наверняка с любым могло произойти нечто подобное. На это не обращают должного внимания, а следовало бы.

— Почувствовать эфир… — тихо произнес Ал, поднося руки друг к другу. Он закрыл глаза. Подозрительное спокойствие помогало сконцентрироваться. Ничто не отвлекало. Мир словно остановился, позволяя хозяину комнаты полностью погрузиться в себя и не выходить на связь с бренным миром. Подушечки пальцев начали пронизывать сотни маленьких иголок, покалывая все ниже, и ниже, спускаясь к кистям и заставляя их гореть. Юноша открыл глаза, медленно отводя и вновь сводя вместе руки, стараясь нащупать что-то. Через пару минут после начала тренировки, когда хотелось просто бросить все и пойти пить чай, между ладонями образовалось нечто теплое и еле-еле заметно упругое. Невидимое. Алекс нахмурился, продолжая незамысловатое упражнение, наблюдая за дальнейшим развитием действий. Никакого прогресса не произошло, поэтому он просто раздвинул руки по разные подлокотники и тихо вздохнул. О чем-то волноваться и думать уже просто нет сил. Хотелось привести мысли в порядок. Лучшее место для размышлений, конечно же, душ, поэтому Орланский направился именно туда.

Помещение всего-то не больше метра. Прямо напротив входа раковина, а с боку небольшая ванна и прикрепленный к коричневой плитке душ. Юноша закрыл за собой дверь, поворачивая круглые ручки крана и переключая рычаг подачи воды. Он аккуратно повесил одежду на настенные крючки, забираясь под прохладные струи и задвигая шторку с ромашками. Капля за каплей окропляли многострадальную головушку, скатываясь вниз по волнистым, черным локонам, падали на плечи и продолжали путь вниз по бледной коже. Некоторые пробегали по прямому носу или едва выпирающему кадыку, на несколько секунд замирая в яремной впадине и скользя вниз по груди. Некоторые же оставались сидеть на ярко выраженных ключицах, не покидая их, пока следующие капли не займут это место. Тихий выдох отразился еле заметным эхом в маленько помещении. Юноша провел рукой вверх по лбу, зачесав намокшие волосы назад, открывая личико. Ему часто говори, мол, «из-за патл твоих совсем лба не видно, еще и на глаза вечно лезут, а глазки-то красивые!» Обычно эти слова чаще всего произносили люди старшего поколения. Им всегда что-то не так. То одежда, то ее цвет, то прическа, то увлечения, или вообще манера разговаривать. Сложно угодить всем сразу, так зачем вообще пытаться? Лучше быть самим собой, и кто-нибудь обязательно за это похвалит или возьмет в пример.

Алекс медленно опустился, садясь на дно ванный и обнимая свои колени. Под сильным напором, вода била по выступающим позвонкам, создавая неприятное ощущение раздражения на тонкой коже. Юноша не особо обращал на это внимание, впадая в свои мысли. Он положил голову на разбитые в кровь колени, уже более-менее зажившие после сильного падения с велосипеда. Рана на запястье пощипывала от воды, но на нее тоже было уже плевать. Глаза закрылись сами собой, и уже ничто не отвлекало от размышлений.

«Интересно… Я правда могу быть особенным? Не таким, как другие, в хорошем смысле этого слова? Всю свою жизнь меня называли сумасшедшим, не разрешали другим детям играть со мной и постоянно кидали косые взгляды. Чем же я провинился? Не понимаю. Единственное, о чем я всегда мечтал — найти хороших друзей. Все эти истории лишь сказки, написанные воображением чужого человека, и никогда не станут явью. Слишком многого хочу. Но если подумать, разве так многого прошу? Всего-то верного человека, хотя бы одного, ценящего меня. Слишком больно осознавать, что Стас просто использовал меня, пока не нашел кого-то получше. Можно ли после такого доверять? Я уже ни в чем не уверен. На нем все не заканчивается, точно же! Сдам экзамены, поступлю в вуз и найду много-много новых друзей, нужно только немного потерпеть. Черт знает, может, у меня и правда что-то не так с головой, надо последовать совету Лолиты и найти ту женщину. Одному идти как-то не очень, нужно ее позвать. К тому же, она говорила, что очень хочет узнать больше по данной теме.»

Алекс распрямился. Спина устала находиться в одном положении, а постоянно бьющие в одно и то же место капли уже заставляли кожу неприятно побаливать. Юноша поднялся на ноги, решив закончить свои домыслы уже в теплой кроватке, пока Наталья не решила, что ее сын решил утопиться. На выходе из ванной сына уже поджидала мать, любезно подавая ему походный фен. Маленький, компактный и очень хорошо высушивающий волосы. Он слегка улыбнулся, взяв вещицу из ее рук.

— Спасибо, мам, не стоило. Лучше бы спать шла, ты и так устаешь сильно. — Ал воткнул фен в розетку, начиная высушивать волосы. После помывки они становились раза в два объемнее, и парень больше напоминал пушистый шарик. А вот через день они приминались и начинали больше виться, иногда забавно торча на макушке как маленькие рожки. Пока юноша занимался укладкой непослушных волос при помощи фена, Наталья сделала сыну чашку теплого молока.

— Ты очень заботишься обо мне, но и я тоже хочу позаботиться о тебе. — довольным голосом произнесла она. — Я сделала тебе горячего молока, выпей и ложись спать. Какие у тебя планы на завтра? Прости, что не могу больше времени уделять тебе.

— Не извиняйся, пожалуйста. — Ал убрал фен в тумбочку в коридоре и вернулся в кухню, садясь на табурет, беря в руки кружку и делая глоток. — Обожаю теплое молоко! — он довольно облизнулся. — Пока точно не знаю, хотел сходить с Лолитой в библиотеку, а потом погулять, наверное. Я еще не спрашивал ее, так что не могу точно сказать.

— Это не та оккультистка, случаем? — женщина немного напряглась.

— Угу, она. Но знаешь, первое впечатление обманчиво. Лолита замкнутая девушка без друзей и поддержки, ей одной очень тяжело, вот и пытается занять себя чем-то. Не переживай. — юноша выпил остатки молока в несколько глотков. — Ты же знаешь, я не собираюсь ввязываться в непонятные истории и хочу жить тихо. Спокойной ночи, увидимся утром. — Ал поцеловал женщину в щеку и убежал к себе в комнату. Он знал, что мать не очень-то жалует практически весь класс, а уж такая подозрительная девушка тем более одобрения не вызовет. По правде, Орланский и сам побаивался ее из-за резко выброшенных фраз на повышенных тонах или странных движений. Тем не менее, юноша считал это лишь частью образа, созданного для отпугивания окружающих. Кто знает, по какой именно причине.

Непонятно, почему, но на душе стало подозрительно спокойно. Желание найти странную женщину, прийти к ней вместе со странной девицей совершенно не будоражили разум, и от чего-то казались обыденными. К странным вещам привыкаешь удивительно быстро, и они перестают казаться такими сумасшедшими и странными как в первый раз. Для каждого человека своя реальность, и одинаковые вещи принимаются по-разному. Страх, непонимание, отрицание, смирение. Все испытывают их, но у кого сколько времени займет прохождение данного пути неизвестно. Ал устал бегать от самого себя, поэтому решил больше ничего не бояться и решать все трудности и неприятности по мере их поступления. Юноша накрылся одеялом, повернулся на бок и вскоре уснул, с предвкушением незабываемого дня, ждущего его впереди.