Заледенел дом
Шрифт:
– Послушай Этну, - подал голос Ааронн.
– Это очень мудрое решение. Мы должны убить Иефу. Так мы её спасём. Ты меня слышишь, Стив? Так мы её спасём.
– Слышь, орк, - позвал Стив, встал поудобнее и покрепче, принял боевую стойку.
– Мне твоя помощь не помешает. Они, конечно, пока слабенькие, но если колдовать оба начнут, станет жарко. Так что готовься.
– А ведь они правы, - медленно проговорил орк.
– Они правы, мать их за ногу, Стиван!
– И ты туда же?!
– Да нет же, сам подумай!
– орк вскочил на ноги и принялся делать какие-то знаки, разыграл целую пантомиму, указывая то на Иефу, то на уши, то на голову, из чего следовало...
А хрен его знает, что из этого следовало, но не могли же они все одновременно взять и сбрендить, да ещё чтобы у всех была одна и та же навязчивая идея!
– Она так мучается, бедняжка, что даже у меня, черствого и бесчувственного душегуба, слёзы на глаза наворачиваются!
– говорил между тем орк и делал знаки бровями, и дёргал Стива за рукав, пытаясь обратить на что-то его внимание. И Стив, поддавшись всеобщему психозу, опустил топор и развёл руками - да объясните же, мол, чего творится.
– Я знаю, что совсем чужой вам и что последний голос и решение за тобой, но поверь мне, Стив, ты должен пожалеть её и согласиться. Мы должны убить Иефу, это единственный выход!
– последнюю фразу орк произнёс очень громко и очень чётко, фыркнул, бесцеремонно схватил Стива за подбородок и повернул его голову так, чтобы дварф посмотрел прямо на барда. Стив смотрел. Иефа лежала неподвижно, как будто спала. Зачем убивать? Полоумные... Стоп. Иефа лежала неподвижно. Неподвижно. И тут до Стива дошло.
– Я, кажется, понял, - медленно сказал он и обвёл взглядом застывших в ожидании сопартийцев.
– Вы правы, мы должны убить Иефу. Это поможет ей...
– дриада сделала страшные глаза и зашевелила бровями, указывая на полуэльфку - это поможет ей не страдать больше, - поправился Стив и добавил, очень громко и очень чётко: Да, давайте убьём Иефу. Я согласен.
– Кто это сделает?
– громко и как-то в пространство спросил орк.
– Это должен сделать кто-то из вас, чтобы покончить одним ударом!
– словно со сцены декламируя, нараспев произнесла Этна.
– Орк, это сделаешь ты!
– чувствуя себя полным идиотом, почти выкрикнул Стив.
– Да, это логично! Я не успел привыкнуть к ней! Поэтому я сейчас ударю её ножом прямо в сердце!
– провозгласил орк, опустился на колени возле пигалицы, закрыл глаза, пошевелил губами - Стив заподозрил даже, что шантажист кому-то молится - и занёс в картинном замахе руку с ножом.
– Прощай, Иефа!
Рука с ножом по дуге пошла вниз - слишком медленно, чтобы быть правдой - слишком быстро, чтобы не убить на самом деле - да он же и правда её сейчас зарежет!
– солнечный зайчик спрыгнул с лезвия - надо же, когда успело взойти солнце...
Иефа распахнула глаза и перехватила руку орка. Этна вскрикнула, совомедведь победно заревел, а Стив обнаружил, что, оказывается, не дышал всё это время, и принялся жадно глотать сырой утренний воздух.
– Вы все чудовищно переигрывали, - очень серьёзно сообщила Иефа.
– Просто чудовищно. Ааронн, что с твоим лицом? Ты что, плакал?
Все дружно отвернулись от барда и уставились на следопыта.
– Со мной всё в порядке, - неуверенно проговорил Ааронн.
– С ним всё в порядке, - отмахнулся Стив.
– Да нет же, - с досадой выдохнула Иефа, - шевелить разбитыми губами ей явно было трудно, - какой к чертям порядок... Посмотрите на его глаза... Дайте ему зеркало, кто-нибудь. Ааронн, у тебя лицо наполовину твоё, а наполовину - Иефа запнулась, растерянно посмотрела по сторонам, словно нужное слово могло обнаружится в траве где-нибудь неподалёку - а наполовину - твоё...
– Что за бред!
– Нет-нет, она права!
– дриада мигом оказалась возле эльфа, поднялась на цыпочки, обняла его лицо ладошками, убрала волосы.
– Ты... меняешься!
Стив пригляделся к эльфу и тихо охнул: правая половина лица друида была такой, какой должна была быть после трансформации, такой, к какой он, Стив, оказывается, уже привык. Короткая черная с проседью шерсть, желтый кошачий глаз с вертикальным зрачком... Но левая! Как будто кто-то смывал рисунок со стены, а под ним вдруг обнаружился другой, тот, что был раньше. Левая половина лица эльфа - права была пигалица - была его лицом. Таким, каким это лицо было до трансформации. Гладкая кожа, ровная линия скул, тёмно-карий глаз под тяжеловатым веком, бровь - густая, нахмуренная. "А ведь он и правда был такой! Как я мог забыть!" - в смятении подумал Стив.
– Ты до сих пор плачешь, - тихо сказала Иефа.
– О чём ты плачешь, Ааронн?
– Я не...
– мотнул головой друид и снова закрыл лицо руками, и Стив отметил про себя, что и с руками эльфа происходили те же метаморфозы: правая была в короткой шерсти и дикая, а левая - как раньше, с длинными изящными пальцами целителя.
– Это не стыдно, Ааронн, - всё так же тихо добавила полуэльфка.
– Ты живой, а теперь ещё и наполовину настоящий.
– Прекрати!
– рявкнул эльф, отпихнул от себя жалеющие руки Этны и бросился прочь, как будто действительно стыдился, как будто его уличили в чём-то... позорном.
– Мы поговорим об этом, - грустно сказала дриада, - не сейчас, но поговорим. Может быть, вечером. Стив, мы ведь сегодня уже не тронемся с места, правда? Ты что-то такое сделал, что лес больше не взбунтуется, я права? Мы можем отдохнуть?
Стив вспомнил окровавленный ствол ясеня и кивнул: не взбунтуется, можем.
– Командуй привал, дварф, - почти вежливо почти попросил шантажист.
И Стив, дивясь сам себе, скомандовал.
И все послушались.
Иефа послушно осталась лежать, где лежала, её совомедведь послушно прикорнул рядом, маг послушно продолжил валяться в обмороке, а фамильяр - послушно охранять его покой...
Стив усмехнулся невесело в бороду, проворчал что-то на счёт костра и хвороста, который сам себя не соберёт, но тут орк дёрнул его за рукав и указал на груду веток, из которой недавно выкопал пигалицу - чем не хворост? К тому же, уже послушно лежит на поляне, и ходить никуда не надо.
Тогда воду - вспомнил Стив. У нас совсем нет воды, а нужно будет много: и пить, и на компрессы... И тогда орк кивнул и послушно отправился за водой, сообщив, что, может, ещё заодно и послушно поохотится.
Стив вздохнул и подумал, что вода, еда и костёр - это обычная отвлекалочка, что на самом деле ему, Стивану из Утгартов, Стражу Ворот, Второму в Роду, безумно страшно думать о том, что делать дальше.
До гор оставалось два дня пути.
Глава 11
Зулин лежал на животе, подперев подбородок ладонью, и бездумно смотрел в огонь. Если бы кто-то спросил Зулина, что он делает, Зулин ответил бы, что ждёт. А если бы собеседник уточнил, чего именно ждёт Зулин, Зулин сразу ответил бы, что ждёт Большого Разговора. Ещё он сказал бы, что вообще если бы такие Большие Разговоры происходили бы регулярно с первых дней похода, партия избежала бы половины неприятностей, в которые влипла.