Чтение онлайн

Кожа словно была охвачена огнём, и я пыталась не думать о том, что будет дальше. Ведь если даже сейчас боль казалась невыносимой, я знала — это лишь начало.

Я закрыла глаза, сдерживая стон, и почувствовала, как слёзы невольно катятся по щекам.

Я резко распахнула глаза, но темнота вокруг осталась непроглядной. Меня окутал липкий страх.

Холод сковывал тело, пропитываясь в кожу, пробираясь в кости. Я дрожала, почти не ощущая собственных конечностей. Почти голая, босая, на ледяном полу — я сжималась, обхватив колени, но это не спасало.

Жутко хотелось в туалет, но даже мысль о том, чтобы подняться, казалась невыносимой.

Руки пульсировали болью. Веревки, которыми меня связывали, оставили глубокие следы, кожа вспухла, покраснела, горела.

Тело было изувечено — в крови, в синяках, в ссадинах. Лицо тоже болело, будто кто-то провел по нему наждачной бумагой. Я чувствовала засохшую кровь на губах, на скулах.

Я задрожала еще сильнее.

Это зрелище вызывало во мне ненависть.

К себе.

К нему.

К этому аду, в который я попала.

Хотелось кричать.

Хотелось разорвать тишину, закричать так, чтобы эхо разнеслось по этим стенам.

Но что это изменит?

Я зажала рот ладонью, чтобы не дать всхлипам вырваться наружу.

Мне хотелось умереть.

Правда, хотелось.

Но внутри, глубоко, где-то под слоем страха, боли и отчаяния, еще теплилась крошечная искра.

Я не могла сдаться.

Я судорожно вздохнула, пытаясь сдержать слёзы, но они сами катились по грязным щекам.

Я не знала, сколько времени прошло.

Час?

День?

Может, больше?

Здесь, в этой кромешной тьме, время словно замерло, оставив меня один на один с моими страхами.

Тихий звук — где-то капала вода. Или мне просто казалось? Я напрягла слух, но кроме собственного прерывистого дыхания не услышала ничего.

Я должна что-то сделать.

Эмир не отпустит меня. Он не даст мне свободу просто так.

Я не знала, как быть, что сказать, как спастись. Все казалось безнадежным.

Но я понимала: рано или поздно он сломает меня. Заставит заговорить.

Я больше не могла терпеть.

Я была готова.

Готова сказать все, что он хочет услышать.

Я устала.

Устала от боли, холода, страха.

И вдруг…

Шаги.

Медленные.

Тяжелые.

Гулкие.

Я замерла.

Дверь скрипнула, и полоска тусклого света прорезала темноту. В проходе появился силуэт — высокий, мощный.

— Ты очнулась, — раздался хриплый голос.

Мурашки побежали по коже. Я не могла разобрать его лицо, но этот голос… Он звучал холодно, безразлично, и от этого мне стало ещё страшнее. Я не с кем не перепутаю его.

Я вжалась в холодную стену, стараясь сделать себя как можно меньше. Сердце билось так громко, что, казалось, он мог его услышать.

Я боялась.

Боялась его гнева.

Боялась, что он снова ударит меня.

Эмир шагнул вперед, прикрепил факел к стене, и теплый, дрожащий свет заполнил подвал.

Я зажмурилась, но тут же открыла глаза — терять его из виду было еще страшнее.

Его высокая фигура нависла надо мной, словно темная тень.

Мощные плечи, рельефные мускулы — черная майка лишь сильнее подчеркивала его силу, его опасность.

Он присел на корточки, не говоря ни слова, и пристально посмотрел на меня.

Я затаила дыхание.

Его взгляд медленно скользил по моему телу.

На запястьях, распухших и покрасневших от веревок.

На ногах, покрытых ссадинами.

На синяках, которые, казалось, горели под его пристальным взглядом.

Я не знала, что он думает.

Но знала одно — бежать было некуда.

Я вздрогнула, когда его пальцы коснулись моей ноги — медленно, будто изучая. Его прикосновение было ледяным, контрастируя с жгучей болью в моем теле. Я ожидала удара, сжалась, словно загнанное животное.

Эмир заметил это. Я увидела, как в уголках его губ мелькнула едва заметная усмешка — мрачная, пугающая.

— Тебе нравится твоё состояние? — нарушил тишину он.

Я не ответила. Только сильнее вжалась в стену, будто она могла меня защитить.

Он снова коснулся моей ноги, чуть сильнее надавливая на синяк. Я поморщилась, сквозь зубы вырвался сдавленный всхлип.

— Больно? — он склонил голову на бок, словно это действительно его интересовало.

Я сжала губы, не желая отвечать.

— Будешь молчать? — Эмир прищурился, медленно проводя пальцем по ссадине на моем бедре.

Я не выдержала и отодвинула ногу, насколько могла.

Его взгляд потемнел.

— Неправильный выбор.

Я замерла, ожидая удара…

Инстинктивно вскинула связанные руки, прикрывая лицо, но удара не последовало.

Вместо этого я услышала легкий шелест — Эмир вытащил кинжал из ножен.

Я затаила дыхание.

Холодное лезвие коснулось моих запястий, и через мгновение тугие веревки ослабли.

— Какая ты холодная, — пробормотал он, принимаясь за путы на ногах.

Я невольно вздрогнула, разглядывая свои руки. Кожа была воспаленной, опухшей, на ней остались глубокие следы от веревок. Каждое движение отзывалось острой болью.

— Тебе холодно, милая? — его голос звучал почти заботливо, но я знала, что за этим скрывается.

Я молча кивнула, сдерживая слезы.

— Хочешь писать? — неожиданно спросил он.

Я замерла, пораженная его прямолинейностью.

Было жутко стыдно.

Но я действительно не могла больше терпеть.

Снова кивок.

Эмир усмехнулся, в его глазах мелькнуло что-то насмешливое.

— Не буду тебя этим мучать, а то еще испачкаешь мне пол, — он лениво указал на темный угол подвала. — Там есть дверь в туалет. Сходи. Я подожду здесь.

Я остолбенела.

Стыд. Ужас.

Но другого выхода не было.

— Иди, Лилу, — голос его стал тверже, а затем последовал звонкий шлепок по бедру.

Я вскрикнула от неожиданности и резко поднялась, почти выбежав в указанную сторону.