Заложница их страстей
Шрифт:
Во мне колыхнулась гордость за него. Благородно, смело и чертовски романтично! Фактически, он похитил меня! Даже не дал опомниться, когда увлёк за пределы замка! Не могу сказать, что я была против, но меня никто и не спрашивал! Настоящий мужской поступок! Именно такого Артура я и люблю, а не того, который ко всему придирается и всем недоволен. Впрочем, его тоже можно было понять: он видел, как возлюбленная ускользает от него, а вмешиваться в это не имел права: братские узы превыше всего.
– Я счастлива, что мы вместе, - созналась я, зарываясь лицом в рубаху на его груди.
– Я тоже счастлив, - признался он и одним движением перекатился вместе со мной так, что я оказалась спиной на земле, а он лёг на меня.
От неожиданности я задохнулась. Одно удовольствие смотреть на красивого мужчину. Он склонился надо мной и нежно прикоснулся губами к моим губам. Будто пробуя их на вкус. Я судорожно выдохнула, с нетерпением ожидая продолжения.
Кончиком языка он облизал мои губы, и даже пролез меж них, пощекотав своим языком мой язык. Следом я ощутила, как его губы страстно сплелись с моими. Поцелуй был настолько стремительным и напористым, что я потеряла голову и ответила на него со всей пылкостью. Наши губы слились в одно целое, мы целовали, облизывали и покусывали друг друга, доводя до исступления. Весь мир перестал существовать для меня. Была лишь я, и был лишь Артур. Всё вокруг потеряло смысл.
Наш поцелуй длился вечность. Он пьянил, доводил до сумасшествия, и я в изнеможении ждала, когда Артур разденет меня и воспользуется своим правом возлюбленного.
Но на поцелуе всё закончилось. Причём настолько внезапно, что я протестующее застонала. Артур оторвался от меня и, перекатившись на спину, сел. Я недовольно нахмурилась и потянула его назад, намекая на продолжение.
– Не сейчас, - хрипло произнёс он. Утёр испарину со лба и, повертев бёдрами, постарался поудобнее уложить восставший член. Было видно, что он хочет меня с той же силой, что и я его, но выдержка у мужчины была железная.
– Я рассчитывала на большее, - призналась я со вздохом.
– Моя маленькая леди, перенеси свои расчеты на более поздний срок, - посоветовал он и пояснил: - Я хочу жениться на тебе и только после этого вкусить сладость твоего тела.
О! Как благородно! Его брат так со мной не церемонился! Тюфу ты! Зачем я снова подумала о Роберте? А заодно вспомнила о ребёнке, которого ношу.
– Артур, - я потянула его за рукав и всё же добилась того, чтобы он завалился рядом со мной. – А тебя не смущает, что я ношу под сердцем ребёнка твоего брата?
Мужчина повернулся и так пристально посмотрел на меня, что я пожалела о вопросе.
– Меня ничто не смущает, так же, как не должно смущать и тебя. О ребёнке кроме нас двоих не знает никто, поэтому он станет нашим и ничьим больше. Это моя вина, что не оградил тебя от бесчестия, которому подверг тебя Роберт, а после не стал вмешиваться в ваши отношения, решив, что не стоит разлучать влюблённых. А сам ревновал, сгорая от любви к тебе. Но отрицал свою любовь, вышибал её из груди. Однако я не смог устоять перед твоим обаянием в тот момент, когда ты рассматривала наш замок. Увидел, какой ты бываешь непринуждённой и совершенно необыкновенной. Любовался тобой, а сам мучился, сожалея о том, что ты выбрала не меня, а Роберта. Это был переломный момент, когда я не смог больше отрицать свою любовь к тебе, хотя до этого старательно пытался гнать от себя это чувство, всячески издевался и насмехался над тобой, надеясь, что ты возненавидишь меня, и я сам тоже смогу ответить тем же. Но нет… Это не помогло.
– Хочу заметить, что ты был убедителен, - отметила я, вспоминая его отношение ко мне. – Казалось, ты готов убить меня в любую секунду, лишь бы я не коптила больше этот свет.
– О, да! Изначально я был зол на твоего брата, на тебя, на весь твой род, на весь мир и на себя самого, что не смог спасти своего брата от смерти. Он был самым младшим в семье и самым любимым. Поэтому я хотел отомстить Ларсам, смешав с грязью тебя и твоего брата. Но когда вернулся с боя и увидел тебя в разорванном платье, то понял, что Роберт надругался над тобой, воспользовавшись беспомощностью, и в тот миг во мне что-то перевернулось. Именно тогда я и понял, насколько ты ранима, и уяснил, что не могу ненавидеть тебя.
– Помнится, ты тогда усмехнулся и даже похвалил брата, - хмуро заметила я, выслушивая его исповедь, и передразнила, изображая его голос: - «Вижу, мой брат не заставил вас скучать, милая леди. Надеюсь, всем всё понравилось. Молодец, Роберт»!
– Прости, - еле слышно прошептал Артур, тяжело вздыхая. – После боя, пройдя чрез месиво разрубленных тел, смешанных с кишками и кровью, я не так воспринимал реальность. Изнасилование показалось достойной отместкой твоему семейству за смерть моих воинов при осаде крепости.
– Но потеря невинности изменила всю мою жизнь, - отметила я, думая о том, что именно после этого мне пришлось навсегда остаться в этой реальности. Пути в родной дом больше не было…
Впрочем, если бы Роберт не взял меня силой, то Артур продолжал бы играть в благородство, и я ушла бы из этой реальности, навсегда потеряв Артура. Так что нет худа без добра: своим поступком Роберт свёл нас с Артуром. Получается, что не будь Роберта, не было бы сейчас Артура. Судьба, порой, выбирает витиеватые пути, чтобы привести нас к счастью.
– Я не знал, что ты была непорочна, и не думал, что мой брат воспользуется твоей беспомощностью, - прервал мои размышления Артур. – Никогда не прощу себе, что не уберёг тебя. Помню, что когда увидел тебя в разорванном платье и понял, что Роберт сделал с тобой, вначале даже порадовался, что представительница семейства Ларсов обесчещена. Но следом нахлынуло сожаление, сочувствие, угрызения совести. – Было видно, насколько Артур погрузился в прошлое, что даже не заметил, повтора своих признаний. – И тогда я осознал, насколько ты уязвима, женственна и желанна. Причём желанна не только моим братом, но и мной. Я еле сдерживался, чтобы не последовать примеру Роберта. Но чтобы не соблазниться, старался быть грубым. Однажды чуть не сделал с тобой то же что Роберт, разорвав злополучное платье, но вовремя взял себя в руки. О, боги, как же я виноват пред тобой и как ненавижу себя за то, что подверг тебя насмешкам и издевательству. Этим я пытался отстраниться, не дать себе полюбить тебя. Но уже любил, только не понимал этого.
– А я тебя ненавидела, - призналась я, вспоминая, свою неприязнь к Артуру.
– Было за что! – рассмеялся он. – Но теперь всё в прошлом. Забудем, как о страшном сне. Поженимся и воспитаем нашего первенца.
Последние два слова он произнёс с особым выражением, давая знать, что принимает ребёнка Роберта, как родного. Отныне и навсегда в нашей жизни есть только я, Артур и наш с ним малыш.
Его слова настолько утешили меня, что я ощутила себя самой счастливой женщиной на свете. Чувство покоя и безмерного блаженства окутали меня коконом безмятежности. Мы прошли путь от ненависти до любви, и теперь всё изменилось. Больше не было страшного деспота, а был нежный спутник жизни. Теперь я знала, что значит быть рядом с настоящим мужчиной.
Повалявшись ещё немного, мы встали, освободили ноги лошади от пут, и пошли к замку. Ехать верхом не хотелось, и мы брели по пояс в траве, глядя в лазурное небо, вдыхая аромат лугов и гор. Моя голова шла кругом от пьянящих запахов и от событий, которые приключились со мной за последние несколько часов. Вот что значит быть счастливой, любимой и любить. А увлечение Робертом было всего лишь блажью, слабостью моего похотливого тела. Как хорошо, что всё сложилось именно так, а не иначе. Я шла, бормоча благодарственные молитвы, и просила бога, чтобы все перипетии остались в прошлом.