Чтение онлайн

– Целый год! – воскликнул он с глубоким разочарованием.

Сара вздохнула. Так было тяжело отказывать так скоро.

– Мой любимый, мой дорогой, я знаю… я так же чувствую… Год – это долго, я понимаю это, но у меня еще столько дел здесь, столько надо устроить… а Коти был всегда так добр ко мне. Жюльен, не отворачивайтесь от меня. Разве вы уже устали смотреть на меня? Я верю вам. Я принимаю этот поцелуй, от которого у меня захватило дыхание, принимаю как залог. Вы ведь сказали мне, как вы пренебрегали своей карьерой. Ну, а я не хочу служить препятствием, я хочу, чтобы вы стали еще более знамениты благодаря моей любви. Через год вы кончите свое испытание, и через год мы будем женаты.

– Если я доживу… если тоска не убьет меня!

– Вы такой сильный, а я такая хрупкая, между тем я не жалуюсь.

– Вы не так любите, как я.

Она приподнялась на его руках и слегка ущипнула его за ухо.

– Как вы смеете? Извольте взять назад свои слова…

Ее глаза сверкали. Она чуть-чуть прикоснулась своими губами к его губам и страстно заговорила:

– Люблю ли я так, как вы?.. Люблю ли, люблю ли?.. Разве я холодное, замороженное существо, чувства которого размеренны? Отвечайте же!..

Ее мимолетный поцелуй пробудил в ней нежность к нему, которая стала почти страданием. Она прижала голову Жюльена к своей груди крепко, крепко…

– Я люблю вас, люблю!.. Я была жестока, долго не сознавала этого, но теперь я знаю… Вся моя жизнь в ваших руках, Жюльен. Никто, кроме вас, не будет существовать для меня.

Он поднял голову, его руки теснее сомкнулись вокруг нее, и на его мечтательном лице снова появилось страстное, молящее, чудное выражение.

– Нам было предначертано любить друг друга, – сказал он.

Глава 14

Большинство людей одиноко, потому что они никогда не осмеливались жить. Ричард Кинг

Жюльен, уйдя от Сары, вернулся в квартиру, в которой жил со своим отцом.

Он рассказал ей о своей ссоре с отцом, не открывая причины, но, слушая его краткий рассказ, она все же узнала из него гораздо больше, чем мог думать Жюльен. Она решила не говорить ему о визите его отца к ней.

Так было легко выказывать теперь великодушие, и она радовалась, что теперь может быть великодушной. Счастье сгладило следы прежнего горя, все то, что ей пришлось перенести, все бывшие раны – все это потеряло значение, новое чудо излечило их. Кроме того, она хотела щадить отца Жюльена еще и по другой причине. Она желала, чтобы между ними был заключен мир. Он так безжалостно нападал на нее в своей яростной речи, дал ей оружие, которое она могла бы употребить против него. Но она не хотела пользоваться им. До возвращения Жюльена она хотела избегать встречи с его отцом, хотя простила старику все…

Когда Жюльен вошел в свою прежнюю квартиру, то она показалась ему какой-то опустелой и неуютной. Он позвал Рамона и стал ждать. Послышался какой-то шорох, потом все затихло, и наконец открылась дверь и вошел его отец.

– Здравствуйте, отец! У меня грандиозные новости, – сказал Жюльен с ласковой интонацией в голосе.

Отец ничего не ответил; он вошел в комнату, но дверь оставил открытой. Жюльен запер ее.

– Министр иностранных дел предложил мне тунисскую дипломатическую миссию. Я принял ее, – объявил Жюльен.

Старик Гиз старательно вытирал свой монокль и наконец спросил глухим голосом:

– В самом деле?

Жюльен обошел вокруг маленького стола и, подойдя к отцу, положил руку на его плечо. Он не делал ничего подобного уже многие годы.

– Да, в самом деле, – ответил он с легкой насмешкой. – И вы, отец, так же рады, как и я!

Старик молчал, но Жюльен видел, как дрожало его лицо, и заметил также, с болью в сердце, что отец его сильно побледнел и осунулся.

Старик наконец заговорил. Очевидно, ему надо было делать усилия, чтобы управлять своим голосом, потому что на лбу у него выступили капли пота.

– Поздравляю, Жюльен! – сказал он.

– Благодарю вас за поздравление, сэр, даже если оно и не отличается большой сердечностью, – заметил Жюльен, улыбаясь. Он с минуту колебался, затем отошел от отца и, обернувшись к ящику с сигарами, прибавил несколько робко:

– Я надеюсь, вы не были больны, отец? Вы выглядите плохо.

Старик стоял за его спиной, лицо его подергивалось и глаза наполнились слезами: он с трудом подавлял рыдания. Но он был слишком горд, чтобы позволить Жюльену увидеть это, и продолжал скрывать от него свое волнение. Ему удалось, с величайшим усилием, снова заговорить:

– Благодарю тебя, я чувствую себя совсем хорошо… Могу я спросить, знает ли Колен, что ты взял это назначение?

– Никто, кроме вас, – ответил Жюльен, но, вспомнив кое-что, покраснел и, снова подойдя к отцу, прибавил, вертя в руках незажженную сигару. – Во всяком случае, есть другая особа, которой известны все мои планы. Я должен сказать вам еще кое-что…

Отец бросил на него странный взгляд, в котором было что-то дикое и в то же время умоляющее.

– Кое-что другое? – Он выговорил эти слова с трудом, но Жюльен не обратил на это внимания.

– Это нечто более веселое, – сказал он. – Я… графиня Дезанж обещала быть моей женой.

Он опустил глаза. Странным образом ему было трудно выразить теперь свои чувства. Немного подождав ответа, он взглянул на отца; в глазах его светилась гордость.

Старик Гиз подошел к нему, потом отступил на пару шагов и проговорил:

– Снова поздравляю тебя.

– Благодарю.

Наступило неловкое молчание. Жюльен задумался. Он смутно чувствовал некоторое раздражение против отца за то, что тот так равнодушно отнесся к его великим новостям. Это вышло как-то по-ребячески с его стороны и, вероятно, было результатом его склонности все принимать с некоторой суровостью. Но все же было обидно, что к известию о браке он отнесся с такой холодностью, как будто это было только извещение об обеде.

Он посмотрел на отца с печальной улыбкой:

– Ведь должна же быть между нами какая-нибудь привязанность? Сегодня у нас должен быть праздник.

И он весело обратился к отцу:

– Не пообедаем ли мы вместе где-нибудь? Сделайте мне честь и позвольте мне угостить вас, чтобы отпраздновать сегодняшний день.

Отец держал газету так, что закрывал ею лицо. Он не опустил ее.

– Нет, Жюльен, благодарю…

Жюльен обрадовался, когда в эту минуту в комнату вошел Рамон и, увидав своего «милого господина» сидящим в кресле, радостно воскликнул:

– О, это вы, мистер Жюльен? И я этого не знал?..

– Великие новости, Рамон! Они посылают меня в Африку через неделю, – сказал Жюльен.

– Зачем же, мистер Жюльен? – Старое лицо Рамона выразило испуг.

– Ну, чтобы прогуливаться с каннибалами и со львами. И те и другие разгуливают там по улицам под ручку.

Рамон понимал шутки, и его сморщенное лицо расплылось в улыбке. Он похлопал себя в бок и вдруг в самый разгар веселья заявил торжественным тоном:

– Вам нужно иметь новое нижнее белье, мистер Жюльен!