Чтение онлайн

– Да.

– И ты отдал ее?
– возмутилась Биа.

– Да.

– Но... Как ты мог отдать ее?!

– Я уже называл тебе варианты, - ответил Майер хмуро и умело скрыл, что это воспоминание, это решение отдавалось болью в сердце. Он знал, что совершил ужасную вещь, ведь видел по глазам, слышал по голосу, что в Хельге нет ничего хорошего, что она опасна, зла и хочет забрать девочку не по доброму порыву сердца. Что в ее решении кроется корысть.

После того, как он отдал Сифилу, он расстался и с человечностью. Страх за свою шкуру, жадность и эгоизм в тот день пересилили любовь к ребенку, к которому он искренне привязался, и который называл его «папой». И эта сокрушенная любовь умерла, ее тело сгнило, и словно бы от ее трупного яда в Винсенте умерло все хорошее, что в нем когда-либо было.

– Я не понимаю... Зачем Хельге это делать? И почему она скрыла это от меня?
– Гуннар проговорил чуть слышно.

– Все, что я знаю, это то что ей очень нужна была Сифила. Она забрала ее и просто исчезла. А потом появился ты со своей сделкой. Я, конечно же, согласился. Мне нечего было терять. Я отдал Сифилу, не имел ни гроша за душой, мне было не на что жить, и не было ради кого жить, - вдруг Майер усмехнулся, - тогда-то я и увидел Хельгу во второй раз. О, в каком она была бешенстве! Она совсем не хотела, чтобы я заключал сделку с тобой. Прискакала почти сразу после тебя, может, даже наделась обогнать и предотвратить сделку. И все кричала, какого черта я сразу согласился и даже не взял время на размышление? Но дело было сделано. И тогда она придумала способ, как мне избежать последствия сделки.

– И что это за способ?
– вопрос, который терзал его долгое время теперь встал ребром. Гуннар сощурился и сжал кулаки, показывая Майеру, что не намерен уйти без ответа.

Тот крепко стиснул губы, задерживая дыхание. Потом снова открыл рот, причмокнув. И как будто нехотя снял с шеи извечный пестрый платок.

Под ним, подвешенный на тоненькой цепочке оказался небольшой, меньше рюмки, запечатанный сосуд, а в нем...

Бианка вздрогнула недоуменно. Это был яркий светящийся шарик. Он словно бы висел в воздухе, но не мог выбраться за пределы сосуда.

Этот шарик ужасно походил на души предков, которые Биа видела недавней ночью.

По резко побелевшему лицу Гуннара она поняла, что если это и не так, то ее догадка почти такая же обескураживающая, как правда.

– Это душа Гарен, - выговорил Майер осторожно.

Мгновение Гун сидел совершенно неподвижно. Но вдруг дернулся, будто его кто-то ужалил, со всей силы хлопнул руками по столу и вскочил.

Биа поняла, что он не шутит, и что на этот раз не сдержится, потому встала вслед за ним и ухватила за локоть.

Майер же, видно, перепугался не на шутку, невольно оттолкнулся ногами, но его стул вместо того, чтобы отодвинуться, накренился и повалился на пол вместе с сидящим.

Оказавшись внизу, он, впрочем, не стал подниматься. Наверное, сделал ставку на правило: «лежачих не бьют».

На шум с обеих сторон прибежала поддержка.

Д’арды и амбалы застыли в дверях, всматриваясь в своих господ и пытаясь угадать, тот ли это момент, когда пора пустить в ход кулаки.

Как назло оба господина сейчас не видели ничего вокруг, кроме друг друга.

Бианка почувствовала, как накаляется ситуация, и выкрикнула неожиданно уверенно, грозно и повелительно:

– Ничего не случилось! Разойдитесь по местам. Нам не нужна тут драка!

Небольшое сомнение не позволило амбалам с обеих сторон повиноваться приказу, но когда Бианка добавила громкое: «Живо!», - комната снова опустела.

Гуннара словно бы переклинило, и он так и стоял на месте, испепеляя Майера взглядом. Но его можно было понять. Такие новости...

Чего не скажешь о Винсенте.

Хотя теперь он вызывал в Бии еще большее презрение, она подошла к нему, грубо и крепко схватила за руку и потянула на себя, заставляя подняться:

– Встань. Встань, Винсент! Твоя судьба не станет лучше, если будешь стоять на коленях!

– Откуда... Откуда у Хельги душа Гарен?
– когда противник нехотя поднялся, Гуннар странным образом снова смог говорить.

– Я не знаю, - Майер схватился за сосуд и крепко сжал в ладони, будто его пытались отобрать, - но эта душа, как магнит, удерживает мою. И не отпускает ее к тебе, - он чуточку отпрянул, - и если ты меня убьешь... Она поглотит ее. Поверь, ничего хорошего не выйдет!

Гун закачал головой и сжал пальцами веки. Он выглядел сейчас таким вымотанным...

– Мне плевать на тебя, Майер!
– воскликнул он в сердцах, - у тебя в жилах не кровь, а слизь. Я даже руки марать не хочу ею!

Винсент проглотил оскорбление, хоть и нехотя.

– Ты можешь аннулировать нашу сделку. Или сделать ее бессрочной! Мне плевать на загробную жизнь. И тогда я отдам тебе душу Гарен. Никто, кроме нее самой, не расскажет тебе, что случилось.

– Мы узнаем правду...
– Биа нежно, но вместе с тем и решительно посмотрела на Гуна, - Хельга замешана в смерти Гарен. Раз у нее была ее душа... Она скорее даже причастна. Такая весть растопчет ее перед лицом остальных ардов. Она даже подумать не сможет, чтобы наговорить на тебя.

И это было правдой. Но главнее всего... Гуннар не смог бы отказаться от предложения Винсента, ведь это значило бы, что его сестра, ее душа, так и останется заключенной в этом сосуде, висящем на толстой шее под пестрым платком. Ни за что, никогда, он не допустил бы этого.

– Хорошо, Винсент. Я согласен, - Гун обошел стол, чтобы приблизиться к противнику.

Но тот вдруг отшатнулся и вскинул руку.

– Это еще не все.

– Не все? Что тебе еще нужно?!

– Не мне. Точнее, не мне одному. Это нужно нам обоим, - Майер поморщился, - Хельга. Она не оставит меня в покое. Я много знаю и моя душа хранит это в себе. А еще больше помнит душа Гарен. Ну а у тебя... Тоже немало причин с ней разобраться.

– Что ты предлагаешь?

Винсент покосился на Бию, и Гуннару это ужасно не понравилось.

– Хельга придумала все это.

– Что она придумала?

– Чтобы я вызвал тебя. Чтобы согласился отдать свою душу в обмен на...

– На меня?
– угадала Бианка.

– Не знаю, что у нее на уме. Она пообещала, что разберется во всем. Подменит души, поможет мне спрятаться...
– он сощурился, - но я ей не доверяю.

– Где она?!
– Гун распрямил плечи, будто готовясь прямо сейчас броситься в бой.

– Не здесь. Но и недалеко. Она... Очень не в себе, - Майер тяжело вздохнул, - ты должен разобраться с ней. Прямо сейчас - другой возможности не будет. Я отдам тебе душу Гарен...
– он махнул рукой, - и Бианку тоже забирай, если хочешь. В конце концов, я не слепой, а у Хельги нынче развязан язык.

Бию выбесило, что он обходится с ней, как с вещью, но смолчала. Сейчас это неважно. И хотелось верить, что совсем скоро все связанное с Майером станет не важным.

– Мне плевать, что ты с ней сделаешь. Главное, чтобы она больше никогда не появилась опять в моей жизни.