Чтение онлайн

– Несса, ваше желание открыть сейф не является вынужденным? Вы в безопасности?

– Да, - ответила я, - а что? Были прецеденты?

– Этот банк хранит величайшие богатства стран содружества Кватры, - ответил он, - и может поспорить даже с Цесской сокровищницей...
– что, судя по всему, означает «да».
– Вам необходимо вставить свой осколок вот сюда, - он показал узкую щель выше на два пальца от второго отверстия, - а когда оба ключа встанут - прижать палец, - указал на круглое, блестящее отверстие, - пойдете обратно, ключ банка вытаскивать не нужно. Свой

– заберете, теперь он ваш. Ячейка забронирована на пятьдесят лет. Если у вас возникнут вопросы - спросите Свенсона.
– И он ушел.

Ключ вошёл легко, будто горячий нож в сливочное масло, но вот сколько бы я не тыкала в отверстие, сияющее, словно начищенный пятак - ничего не происходило, может палец нужно послюнявить? ...Острая боль пронзила подушечку большого пальца, а затем шкаф подернулся рябью бледно-голубого свечения и как будто выдохнул, устало отворяя дверцу.

Две картонные папки, пара пачек купюр, большая обитая бархатом шкатулка, два шёлковых мешочка, конверт и деревянная шкатулка - вот и всё содержимое внутренностей сейфа. В первой папке были кажется акции и облигации, долговые расписки и еще какие-то бумаги подробно изучить которые, у меня просто не было времени, я решила пока оставить их в банке и уже позже постараться разобраться без ожидающей меня в просторном зале Эстель.

В темно-синей шкатулке лежала сапфировая парюра из металла похожего на белое золото: диадема, ожерелье, брошь, серьги, парные браслеты, кольца, гребень и даже фероньерка**. И огранка, и оправа были безупречны, а сами украшения были выполнены с тонким вкусом - кому, как не дочке ювелира разбираться в этом. Их я точно заберу с собой, жаль будет оставлять такую красоту в забвении.

В мешочках были разноцветные камни, в одном ограненные, в другом - нет. Оставляю. А вот деревянную шкатулочку открыть я не смогла, как не крутила. Даже капнула кровью из ноющего пальца - без толку. Коробочка явно была с секретом и отдаленно напоминала криптекс, а значит, чтобы её открыть необходимо разгадать ребус. И опять беру.

В плоском конверте была карточка похожая на ту, что дал мне Ранкорн, но с незнакомыми именем и адресом, и короткое письмо от отца. Точнее от родителя Клэриссы.

Две строчки о том, как он гордится и любит свою дочь и как сильно желает ей счастья. Почему-то любовь сквозь время, что буквально сочилась из письма растрогала меня больше, чем расстроила холодность моих близких.

Прийти в себя мне помогли большая чашка горячего шоколада и местный аналог тирамису, пропитка была с пикантной, алкогольной ноткой и я немного раскраснелась.

– Вот и чудно, милочка, - салютуя чашкой с таем прервала наше затянувшееся молчание Эстель, - Грешно придаваться унынию, когда есть масса других грехов.

– Зато этот самый бюджетный, - парировала я, наслаждаясь острым язычком тетки герцога. Та рассмеялась и заказала с собой крошечные безе с кисликой, любимым лакомством дражайшего супруга.

Следом мы отправились по магазинам, но помощь Эстель в подборе гардероба мне пришлось решительно отклонить. Внимательно наблюдать и делать соответствующие выводы было неотъемлемой частью моей работы, там, в прошлой жизни, и к вящему сожалению, я заметила, что купить за деньги вкус, тётушке супруга не удалось.

Ей не просто была присуща некая эксцентричность в выборе аксессуаров, о нет, Эстель, на фоне других дам её возраста выделялась, словно городская сумасшедшая на военном параде. Когда я определилась с обувью - мы добрались до белья и одежды. После нескольких часов примерок, выбора тканей, согласования эскизов и фурнитуры обессиленная, но довольная, я откинулась на шёлковые подушки и глотнула розового шампанского.

Без особого труда мне удалось убедить и Эсти (после четырех бокалов уже Эсти) слегка обновить гардероб. Та с искренним удовольствием крутилась в новом комплекте у зеркал, и я не смогла удержаться от комплимента её великолепной фигуре и груди.

– Моя грудь - это прожиточный минимум, Клэр, - засмеялась женщина, распуская шнуровку корсета, что для удобства и красоты располагалась спереди, - другое дело твои абрисы.

Модистка и её помощницы завистливо закивали.

Спорить я не собиралась. Моя полная четверочка с восьмого класса доставила мне немало неприятных мгновений. И лишь когда я начала жить отдельно от родителей, то, во-первых, смогла одеваться так, чтобы не чувствовать себя как на выставке, где главным экспонатом являлся мой бюст. А во-вторых, я наконец-то поняла, что достойное содержание так же важно, как и красивая обертка, с тех пор на красивое белье денег не жалела никогда.

– Клэр, милая, - вдруг спохватилась Эстель, когда помощницы модистки стали паковать наши покупки в шуршащие пакеты, - а как же костюм, ведь ты же совсем не готова.

– Что за костюм?
– удивилась я.
– Для верховой езды?

С детства я боялась лошадей и даже если бы местная Клэрисса была бы заядлой наездницей, не пропускающей ни одного дня конных прогулок - я пасс.

– Да нет же. Герцог Рейдж устраивает ежегодный бал-маскарад. Ты обязана быть, там сможешь взглянуть на свет без прикрас.
– Полностью согласна с тётушкой, пропустить подобное мероприятие будет неосмотрительно. Под личиной будет даже интереснее.

Я резко повернулась к слегка утомленной моей кипучей энергией модистке. Видимо моё хищное выражение лица, акулы, почуявшей кровь, испугало женщину, но она была профессионалом своего дела (а я, на секундочку, отвергла три салона пока не поговорила с этой модисткой, убедившись, что наше чувство прекрасного совпадает) если бы тут же не взяла себя в руки и с доброжелательной улыбкой не предложила мне выбрать из богатого готового ассортимента.

Надо сказать, что выбор был более чем щедрый, но ни один из предложенных нарядов мне не понравился. Фея и гаремная наложница были слишком вульгарными, пастушка и лиса -простыми, в голове моей то и дело мелькал образ подруги Леры и её платья от Вивьен Вествуд**** в стимпанк стиле. Плотный корсетный верх и пышная юбка из такни-хамелеон смотрелся просто потрясающе, а в строчку подобранные детали делали образ законченным и органичным.

Уверенна, старая панкуха от мира моды - Вествуд оценила бы и мой выбор. И пусть швея смутилась, когда я вытащила этот шедевр из предложенного многообразия, случайно или нет, но платье обрело хозяйку. Я заказала к нему пару аксессуаров, что вместе с ушитым по моим меркам туалетом доставят завтра к обеду, и мы наконец-то, отправились домой.

Ха.

Домой.

Как же быстро я стала называть чужое жилище таким родным и надежным словом. Но предаваться невеселым мыслям Эстель мне не позволила, развлекая всю дорогу интересными сплетнями и подробностями бала, что завтра предстоит мне посетить.

Особливо мне запомнился один момент, который Эсти подчеркнула неоднократно, и интонацией, и содержанием: любой желающий остаться инкогнито должен покинуть карнавал до двух часов по полуночи, оставшиеся обязаны снять маски. То есть, в переводе со светского языка благовоспитанной тётушки я получила полный карт-бланш на различные безобразия. Главное, чтобы до двух часов я сбежала, аки Золушка, и чтобы меня никто не узнал.

– Видимо платье моё всё-таки наделает много шума.

– Главное в платье - женщина, - подмигнула мне Эстель. Всё больше, и больше, мне начинала нравиться моя новая родственница.