Чтение онлайн

— Отчего ты так говоришь? Я не твоя девочка…

— Именно моя, ибо я спас тебя от турков, а ты не бросила меня там на берегу, оттого ты моя, а я твой, — заявил он улыбаясь и легко целуя ее в губы. Она попыталась отстранится, но Петр не позволил ей, сильнее прижимая ее к себе и страстно шепча ей на ухо. — А сладкая оттого, что я прекрасно знаю какая ты на вкус…

— Боже! Что ты говоришь? Это невозможно слушать.

Она снова попыталась вырваться из его объятий, но безуспешно.

— И теперь тебе не удастся вырваться, теперь мои силы вернулись ко мне и не немощен.

— Когда ты молчал, ты нравился мне гораздо больше, — выпала она нервно. — Пусти, не надо так обнимать меня.

— Я все же нравился тебе? Какое приятное откровение, — тут же поднял он брови и как то коварно улыбнулся.

— Я не это хотела сказать, — выпалила она, и начала вырываться сильнее. И возмущено добавила. — И ты мне не нравишься сейчас, до того я сильно ошибалась на твой счет, Петр!

Ей удалось отойти от него на шаг. Он недоуменно взглянул на нее.

— Тебе не удастся меня обмануть, Анна. Вряд ли я поверю теперь в то, что безразличен тебе, когда ты столько часов тащила меня по этому чертову берегу. Не бросила и перевязываала мои раны.

— Я же не бесчувственная, ты ранен, я просто боялась что ты умрешь. Я бы не простила себя.

— Не думаю что это правда, — вынес вердикт он, и снова попытался обнять ее.

Но она яростно взглянула на него, и отошла от него и заявила:

— Я хочу чтобы ты немедленно все мне объяснил, Петр!

— Что же?

— То что ты говорил мне в лодке в шторм правда? Это ты тот незнакомец в маске, с которым я говорила в кладовке?

— Да. — кивнул он, поджав губы.

Анна долго смотрела на него не мигая. И он видел негодование в ее глазах, и как она бледна. Он видел что она что-то хочет сказать, но не решается, подбирает слова.

— Я виноват перед тобой. Ты можешь накричать на меня, или…

Он не успел договорить, как девушка стремительно приблизилась к нему, и залепила ему пощечину. Он помрачнел, понимая, что она имела право это сделать, но все он ожидал, что после того что между ними было, их чувства к друг другу, она бы могла не так бурно реагировать на его горькую правду.

— Ты жесткой, гадкий человек! — заявила она. — Я ждала тебя год назад. Через три месяца ты обещал появиться, но пропал.

— Я не смог, Милана, — сказал он тихо, назвав меня моим именем из будущего.

— Не смог или не хотел? И скажи на милость, ты появился у Али Хасана ради меня или…

— Нет не ради тебя. Я получил миссию у турков, командование дало мне это задание. Мне надо было войти к ним в доверие, и узнавать об их планах. Внедрение к туркам было довольно трудным, именно потому я не смог вернуть в Россию спустя три месяца. Если бы я покинул Стамбул, то обратно я бы уже не мог вернуться и все мое задание бы провались.

— Ясно. Дела важнее чем какая-то глупая девица из будущего.

— Я этого не говорил.

— Но думаешь и так считаешь. Тебе на меня наплевать. Главное, чтобы исполнить то что тебе поручило командование. Так? Надо оживить Анну, пожалуйста. Хватаешь женщину посреди улицы и волочешь ее в свое время. Потому что командование приказало. Надо найти древний манускрипт — заставляешь ее служить себе, угрожая что не вернешь ее обратно.

— Все было не так, Милана.

— Так! Даже еще хуже. Ты оставил меня одну в чужом времени, среди незнакомых людей, зная что за мной охотятся и хотят убить. И не вернулся. Я думала, что навсегда останусь здесь. А если бы Евгении все же удалось меня…

Она запнулась, ибо голос сорвался, а в глазах заблестели слезы.

— Прости…

— Мне нечего тебе прощать, ты такой какой ты есть. Жесткий и расчетливый.

Она отошла от него, обхватив себя руками. Отвернулась от него.

Не в силах вынести ее неприязнь и справедливые обвинения, Петр медленно приблизился к ней. Встал за спиной, опаляя ее волосы горячем дыханием. Но она не повернулась. Заставила себя стоять на месте и смотреть в маленькое оконце наружу. Лишь сильнее сжала пальцами руки.

— Ты права. Во всем. И я совершил много ошибок, и виноват перед тобой, — хрипло произнес он над ней. — Но я знаю одно — я люблю тебя.

Анна-Милана

Я замерла, услышав его слова. Конечно, он уже говорил мне эти слова, но сейчас они прозвучали по другому чем раньше. Как-то обреченно и трагично.

Я медленно обернулась и тут же попала в плен его горящего взора.

Меня охватили противоречивые чувства. Смесь сострадания к нему, раздражения от его поступков по отношению ко мне, и ликование от его слов о любви.

В этот миг я поняла, что все еще люблю его, и простила ему все сейчас.

Но я как будто сомневаясь в реальности происходящего Он был так близко ко мне. Я ощущала его запах. От него пахло морем и песком. Его лицо властное и одновременно красивое показалась ей родным. И я ощутила яростное желание, чтобы он поцеловал меня. И забыть обо всем.

Не понимая что делаю, я невольно потянулось к нему, ощущая нарастающую потребность принадлежать этому таинственному, отважному мужчине. Испугавшись своих неожиданных ощущений, я глухо выдохнула. Мне показалось, что он прочитал мои мысли и тут де быстро сделал два шага ко мне и заключил меня в объятья. Жадно и пламенно впился в мои губы.

По началу я пыталась сопротивляться, но уже через миг сдалась на милость этого невозможного загадочного мужчины. Я чувствовала, что так же люблю его всем сердцем. И с каждым мгновением этого поцелуя моя злость и недовольство по поводу его поступков в прошлом испаряется из моего существа.

Когда Петр отпустил мои губы, я попыталась отстранится, смущенная и взволнованная. Ощущала себя полной дурочкой, влюбленной в того, кто был виновен в том, что я застряла в этом времени. Но именно в этот миг я осознала, что не хочу возвращаться домой. Хочу остаться здесь с ним. С этим мужчиной, который вызывал у меня столь противоречивые чувства. Ведь он единственный за много лет, что в моем мире, что здесь, вызывал у меня подобные чувства.

Игнатьев не позволил мне отстранился, и я невольно посмотрела прямо ему в глаза, и замерла. Я не понимала, что происходит, но в его облике что-то изменилось.

— Странно, но мне кажется твои глаза стали светлыми, — пролепетала я удивлено.

— Так и должно быть, — ответил он. — Мои глаза голубые, это их естественный цвет. Я волос темно-русый.

— Я не понимаю.

— Чтобы походить на грузина я пил специальные травы и капал в глаза настойку. Оттого мои глаза и волосы были темными, а тело смуглым. Но теперь с каждым днем эта чернота уходит из моего тела, я ведь уже три дня не пью эти трав. Скоро моя настоящая внешность возвращается к мне.