Чтение онлайн

Нет, понял Гарри, я чувствую себя просто нормально. Но по сравнению с тем, что он испытывал минуту назад...

Он вернулся в комнату.

– Порядок?

– Великолепно, Фрего. Что это за штука? Удивительно.

– Ее изобрели на Земле давным-давно, в конце двадцатого века. Препарат нейтрализует молекулы алкоголя, воздействующие на мозговые рецепторы. Немедленное отрезвление. Придумали его в стране под названием Соединенные Штаты Америки.

Юноша кивнул. Он читал о Соединенных Штатах.

– Позже его запретили.

– Почему?
– Гарри вспомнил о невыразимом облегчении после приема препарата.
– Он опасен?

– Ничуть. Просто сообразили, что такое мгновенное излечение от похмелья будет только поощрять пьянство. Официально они были высокоморальными людьми и считали, что человека можно улучшить нравственными законами. Глупцы, мягко говоря.

Гарри задумался. Снаружи небо стало напоминать цветом сплав олова со свинцом. Где-то за тучами пряталось солнце, но оно ни разу не показалось за время их пребывания на Петербурге. Под облаками медленно колыхалось, как ртуть в огромной чаше, озеро.

– Почему они запретили это?
– Гарри вспомнил из лекций, что в Соединенных Штатах того времени творилось много странного, но объявление вне закона такой полезной вещи было выше его понимания.

Фрего помедлил с ответом, будто подыскивая нужные слова, и, наконец, продолжил.

– Их социальная философия осуждала жертву пьянства. Если у тебя тяжкое похмелье - это из-за того, что напился, лечения ты не заслуживаешь. Если ты беден - плохо работаешь, твоя вина. Если система не предоставляет тебе образования, безопасности и жилья - во всем виноват ты сам и помощи не жди. Даже если ты душевнобольной, вини себя. Тебя просто вышвырнут на улицу, потому что кормить и содержать тебя очень дорого. И так далее.

– Но это же несправедливо, - юноша покачал головой.
– Нелогично даже.

Фрего расхохотался.

– Такова жизнь, приятель. Ну, ладно. Есть хочешь?

Гарри выдавил улыбку.

– Выходит, это моя вина, что я нахлестался? Имею я хоть право на завтрак?

– Какая разница, чья вина. Питаться-то надо.

Гарри, оказывается, здорово проголодался, поэтому заказал в ресторане обильный завтрак.

– Сейчас ведь время ленча, - удивилась официантка.

– Какие проблемы?
– спросил Фрего.
– Мы знаем, что миновал полдень.

Гарри взглянул на электронные часы, вживленные в ноготь мизинца левой руки. После прибытия на Петербург он перепрограммировал их, нажимая на ноготь, на местное время. Сейчас крошечный экранчик показывал два часа пополудни. Сутки в этом мире имели двадцать пять часов.

Официантка смягчилась после добродушного признания Фрего, что они перепутали время приема пищи.

– Думаю, шеф сделает для вас исключение, - улыбнулась девушка.

А если не сделает, мысленно поинтересовался Гарри, нам что, с голоду помирать?

Она быстро принесла заказ и, подавая на стол, опять мило улыбнулась. Юноша уловил легкий аромат фиалок и почувствовал напряжение у себя в паху. Ну уж нет, подумал он. Только не сейчас.

– Гостеприимный народец, не правда ли?
– спросил Фрего.
– Думаю я ей приглянулся.

– Остынь, - буркнул Гарри и подцепил вилкой нечто напоминающее вкусом картофель.
– Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда.

– Умнеешь на глазах, - одобрительно заметил наставник.

– Теперь поговорим, - заявил Фрего, жуя кусок ветчины.
– Если у тебя есть что сказать, говори это с полным ртом.

– Что? Почему?

В голосе Фрего снова зазвучали менторские нотки.

– Потому что, - терпеливо продолжил он, - в нашем номере могут быть "жучки", но здесь, в ресторане - вряд ли. И тут слишком шумно для дистанционного микрофона, хотя можно использовать лазер для считывания движений губ. А когда жуешь и разговариваешь одновременно, то даже компьютер ни черта не разберет. Поэтому ты уж постарайся.

Гарри кивнул. Так все запутано. Столько правил в этой игре, которая и не игра вовсе.

– Помнишь то слово?

– Ариус.
– В памяти вспыхнула надпись черными каракулями на деревянном столе. Гарри вспомнил совет Фрего и зажевал.
– Что оно означает?

– Это планета. Не удивительно, что ты не слышал о ней. Потенциальный Мир, но очень скрытный и обладающий необычайным могуществом. Правда, странноватого свойства.

Юноша попробовал мясо.

– Что мы предпримем?

– Если убийцы оставили нам сообщение, тогда это ловушка. Если нет, то Эрл Томас как-то связан с Ариусом. Или собирается туда. Так или иначе, нам придется отправиться на Ариус. Здесь нам делать больше нечего. Понимаешь?

– Не совсем.

– Я следил за тобой. Там, на Хоготе. Хотел удостовериться, что не было хвоста. Думаю, я был достаточно осторожен. Меня, как и тебя, никто не вычислил, но сейчас им о нас известно. После... после беседы с девушкой. Вне всякого сомнения Поиск здесь теперь скомпрометирован.

– Но кем?

– Кто знает? Местным правительством, Эрлом Томасом, ящерами. Может быть, даже Ариусом. Но нечего гадать. Слово на столе - единственная имеющаяся у нас информация. Так что мы отправляемся. Выбора нет.

Гарри это не понравилось. Звучало как-то беспомощно и безысходно. Но, что делать? Наставник сказал, значит нужно.

– Хорошо, - согласился он.

– У нас кое-кто есть на Ариусе, - прошептал Фрего.

– Кто?

– Увидишь.

Они собрались быстро. Облака, нависавшие над озером, окрасились снизу цветом полированной меди, а само озеро будто горело в огне. Улицы до самого космопорта заполнились людьми.

Гарри с сумкой через плечо протискивался сквозь толпу. Голова кружилась от запахов. Внезапно появившаяся мысль застучала в мозгу, и юноша удивился, почему она не пришла к нему раньше.

– Что если они попытаются убить нас здесь, в порту?

Глаза Фрего были почти прикрыты капюшоном, который он нахлобучил себе на голову.

– Помнишь, что я говорил тебе? О третьей причине, почему аборигены используют так много дерева?

– Угу.

Фрего порылся в своей сумке и вытащил небольшой тускло-серый предмет. Они стояли напротив входа в космопорт, где толчея была особенно плотной. Еще Фрего достал из кармана куртки два крошечных приспособления, вроде затычек.

– Вот, - сказал он.
– Фильтры. Засунь их в нос и не вынимай.