Заложник ведьмы
Шрифт:
Помимо расспросов их угощали похлебкой да пивом. Арлен наедался за двоих, потому что Ула ни к чему не притронулась. Он не понимал, почему она себя так ведет, а спросить не получалось. Слишком много внимательных ушей вокруг.
Когда Арлен обнаружил свою руку на колене Улы, он понял, что захмелел.
— Не сочтите за навяз… Навязчивость, — почти по слогам выдал Арлен. Язык уже заметно заплетался. — Нам бы еще заночевать. Спать хочется.
— Конечно, конечно, — тут же ответили ему. — Поспите у них. Они как раз брат с сестрой, живут вдвоем, место у них найдется.
— Мы вас проводим!
— И разместим со всеми удобствами!
— И уложим, и поднимем.
— И до тракта мы тебя, дорогой, проводим.
Говорили наперебой, и Арлен не могу понять, кому принадлежали эти фразы. Не заметил он и девичей руки на локте, которая настойчиво вела его вперед. Он пропустил, когда его вывели на улицу под струи дождя. Но холодные капли немного прояснили рассудок.
На небе сверкали молнии, и гром разносился повсюду. Гроза разошлась не на шутку, и слякоть под ногами мешала нормально идти. Стопы то и дело скользили на грязи. Но девушка крепко его придерживала.
«Это не Ула», — оформилась четкая мысль. И вместе с ней возникло легкое чувство отвращения. Ему не хотелось, чтобы его трогала другая. Вот если бы Ула…
Нет, он все еще пьян.
В небольшом дряхлом домике они оказались так же внезапно. Беспорядок в комнате добавлял отвращения, но Арлена быстро уложили на скамью.
— Мужчины пусть тут спят, а женщины — в другой комнате, — порешил тот самый массивный мужик, что открывал им дверь. Арлен согласно кивнул и почти сразу уснул.
Сон был странный. Снились мутные образы, различить которые Арлен не мог. Но его не покидала тревога. Настойчивая, требовательная, с лицом обеспокоенной Улы. Что-то не так, неправильно. Опасно!
Арлен очнулся от прикосновения чужих рук к коже. Эти руки были совсем не там, где положено. И если поглаживания голого живота Арлен еще мог стерпеть, то вот чресла… Это чересчур.
«Это не Ула», — снова проскочила мысль. И Арлен распахнул глаза. Во тьме он видел лишь силуэт и пугающий отблеск чужих глаз.
Девушка наклонилась к его лицу, и в тусклом свете от окна он увидел темные, почти черные губы.
Он дернул руками, но те были связаны веревкой. Как и ноги. Он был раздет и привязан к скамье, а на нем сидела незнакомка.
— Вовремя проснулся, дорогой, — шептала она, притираясь к его паху. — Я сама справлюсь, не волнуйся.
Она провела рукой от живота к его горлу и слегка сжала пальцы.
— И насчет братца не волнуйся. Он тоже сейчас занят, — добавила она почти касаясь своими губами его.
«Ула там одна!»
Арлен с силой дернулся и заехал подбородком девушке в нос. Он вскрикнула и отпрянула. Он дергал руками со всей возможной силой, что у него была. Если он сейчас же не освободиться, с Улой может случиться самое страшное. Он обязан ее защитить.
От его действий скамья шаталась. Девушка шикала на него, царапалась, а потом принялась ругаться.
— Бешеный! Прекрати, кому говорят. Ничего ты этим не добьешься.
Арлен пытался звать, но голос не слушался. Лишь хрип вырывался из глотки. Чем же они его опоили? Сейчас не важно. Нужно освободиться и добраться до Улы.
Девушка покачнулась и чуть не упала с него. Она вскрикнула, процарапала ногтями живот и руку, но удержалась. Разозлившись она ударила его, а потом еще раз и еще. Но ее удары не способны были сравниться с отцовскими, и потом Арлен продолжал дергать руками и ногами, пытаясь освободиться. Когда-нибудь веревка порвется.
Ногти вцепились в ребра, и тело прошибло резкой болью. Девушка все глубже спивалась в плоть. Арлен снова резко дернулся. Скамья скрипнула, хрустнула и обвалилась. Девушка, вскрикнув, скатилась на пол. Арлен подскочил и упал рядом. По крайней мере, теперь он не соприкасается с ней голой кожей.
Занозы от развалившейся на кусочки подгнившей скамьи больно впивались в тело, но Арлен был слишком упрям. Он перекатился набок, подтянул ноги и начал наощупь развязывать узлы. Они поддались не сразу, но бьющаяся в сознании мысль, что с Улой могут делать что-то похожее, а то и хуже, подстегивала его. В конце концов он разорвал веревку и с остатками узлов вскочил на ноги. Двери было две, и одна из них приоткрыта. Арлен кинулся туда.
В комнатушке горела лучина, и Арлен отчетливо увидел, как мужик держал руки Улы и пытался поймать ее ноги, но она резво отбивалась. Он бубнил ругательства себе под нос, получая пинки по ребрам. Но ему эти пинки как горох об стену.
В зеленых глазах блестели слезы. И этого было достаточно, чтобы Арлен кинулся на мужика сзади и со всей силы саданул ему кулаком по затылку. В спину вцепилась девушка и начала оттаскивать Арлена. Она схватила одной рукой его волосы с силой потянула на себя. А мужик, кинув Улу куда-то в угол, развернулся и ударил по ребрам.
Весь воздух разом вышибло. Вдохнуть не получилось. А следом прилетел еще один удар, на этот раз в бок. Арлена отшвырнуло назад. Он вместе с девушкой влетел в косяк. В следующий миг огромные сильные пальцы сжались на горле.
В глазах стремительно темнело, а уши переставали слышать. Арлен пытался бить по руке, которая сдавила ему глотку, толку не было. Вдруг пальцы чуть разжались, позволяя вдохнуть. Прояснившемся взором Арлен увидел, что здоровяк развернулся и смотрел куда-то в сторону. Свет лучины упал на его лицо. И губы у него тоже были темными, будто в чем-то вымазаны.
«Еще раз полезет, кусай в ответ», — всплыл в памяти голос Улы, сердитый и полный праведного гнева.
Арлен схватил покрепче душившую его руку и вонзился в нее зубами. Он сжал челюсти и принялся трясти головой из стороны в сторону, как делают волки, отгрызая кусок мяса. Очень скоро на языке появился привкус железа, а рот заполнила теплая кровь.
Мужик орал и корчился. Его гнуло в разные стороны, хрящи хрустели. Наконец, мужик смог отскочить от Арлена, но его плоть все еще осталась во рту. Арлен с презрением сплюнул кусок на пол. Мужик отползал, хныча и обливаясь слезами.
Ула оказалась рядом. Она огладила плечо Арлена, будто успокаивая, и слегка куснула. Арлен взял ее руку в свою, посмотрел в зеленые глаза и легко коснулся губами ее пальцев.
— Пошли, — почти неслышно прошептал он. Голос все еще не слышался. Ула кивнула и повела его за руку прочь из дома.
Девушки нигде не было. Их сумы тоже. Идти голым Арлен не мог, а потому без спроса залез в стоящий у стенки сундук и взял первые попавшиеся штаны и рубаху. Быстро оделся и вышел с Улой из дома.