Заложник времени. Заметки. Размышления. Свидетельства
Шрифт:
Разговор этот не праздный, ибо касается многих сторон общественной жизни. Не оценив объективно, какое место в политической жизни общества принадлежало партии, мы не сможем понять истоки перестройки, не сможем осознать и того, что произошло с нашей страной и с нами. Наконец, о партии нужен честный разговор не только для того, чтобы понять время, в котором мы жили и живем, но и ради потомков – детей и внуков тех 19 миллионов коммунистов, состоявших по доброй воле в ее рядах. Разговор нужен для них, чтобы предостеречь идущих вслед за нами молодых: не делайте ошибок, подобных тем трагическим, что совершило старшее поколение, не будьте в своей жизни и своих поступках лишь послушными исполнителями, выполняющими политическую волю стоящих у власти.
Мои суждения не претендуют на всесторонние исследования деятельности партии последних лет. Обстоятельный анализ места и роли КПСС в истории XX века еще впереди. Нужно время, чтобы можно было приступить к нему, не испытывая воздействия присутствующих сегодня неизбежных пристрастий, связанных с переломностью времени, когда борьба за политическую власть в стране еще впереди. Мои намерения скромнее, они сводятся к тому, чтобы ограничиться лишь отдельными заметками, высказать некоторые суждения и оценки, отражающие субъективные взгляды автора. А выводы читатель должен делать сам.
В самом начале не могу обойти один из наиболее обсуждаемых сегодня вопросов: какой была КПСС как партия или она и вовсе не была таковой? В ответах на этот вопрос ныне так много сказано и написано, что, казалось бы, должна наступить полная ясность. На самом деле произошло обратное: острота полемики, противостояние крайних позиций еще больше затруднило понимание этого еще вчера очевидного вопроса. Это естественно, ибо, когда бушуют крайности, здравомыслию места не остается.
В оценке – чем была КПСС – общественным объединением, организацией или государственной структурой – нельзя, по моему убеждению, пользоваться крайними суждениями, искать однозначное определение. В своем мнении я исхожу из того, что любая партия, а КПСС в особенности (ибо она, конечно, отличалась от других), – сложное общественное образование – не просто арифметическая совокупность людей и не просто общественная или государственная структура. Применительно к КПСС речь может идти о таком объединении людей, прошедших трудный исторический путь, где нельзя пользоваться однозначными оценками – или общественная организация, или государственная структура. Здесь, я считаю, как раз мы имеем тот необычный случай, когда не может быть применимо привычное «или – или», а более справедливо воспользоваться нетрадиционным «и – и».
Здравый, освобожденный от предубеждения подход требует в самом начале признать, что партия – это прежде всего ее члены и то место, которое им принадлежало в ее деятельности. И здесь, не отрицая всех тех очевидных деформаций, которые произошли в партии со времени завоевания ею власти, и даже вопреки им, мы должны признать, что в КПСС состояли лучшие представители различных социальных слоев общества. И все сетования и спекуляции по поводу того, что практически все лидеры суверенных государств СНГ, демократических движений и организаций, руководители областных администраций – это бывшие коммунисты, лишь убедительное подтверждение этого суждения.
Коммунисты по своему составу не были одинаковыми. Среди них было и немало карьеристов и корыстолюбцев, однако большинство из них искренне верили в коммунистические идеалы и не жалели своих усилий, шли на любые жертвы, чтобы претворить их в практику жизни. Здесь нельзя ничего ни убавить, ни прибавить, что было, то было. Среди них немало было и тех коммунаров, которые посвятили свою жизнь взятию неприступных бастионов, штурмовали небо, и можем ли мы теперь судить их за это.
Смею также утверждать, как бы к этому ни относились многочисленные критики и при всем нынешнем негативном отношении к КПСС, несправедливо всю историю партии оценивать как непрерывную цепь ошибок и заблуждений, неудач и поражений, преступлений и трагедий, ибо это противоречит правде жизни. Той правде, которую ценой невосполнимых жертв и крови поведала людям Великая Отечественная война, где погибли миллионы коммунистов, почти треть всего состава партии. Правда и в том, что коммунисты первыми шли в самые разрушенные войной города и села Белоруссии, Украины, западные области России, подняли из руин Ленинград, Минск, Волгоград… По воле партии и при участии коммунистов был осуществлен прорыв человека в космическое пространство, были созданы грандиозные энергетические сооружения на Волге и Енисее, освоена целина, построены такие гигантские промышленные комплексы, как ВАЗ, Атоммаш, КамАЗ…
Ни я, ни другие, кого еще не покинуло здравомыслие, не можем при ответе на вопрос – чем была партия, отрицать того, что она была реальной политической силой, объединяющей, консолидирующей жизнедеятельность такого сложного в социальном, экономическом, политическом, национальном отношениях государственного образования, каким был СССР. И потому так очевидна органическая взаимосвязь крушения КПСС и СССР.
Чтобы быть объективными, мы должны признать и то, что КПСС как партия имела многие общие, свойственные другим – социал-демократическим, республиканским, либеральным и иным – партиям черты. Ее деятельность так же, как и других партий, была подчинена главной задаче – борьбе за политическую власть, и она так же, как и другие, став правящей, формировала правительство и определяла его политику, оказывала влияние на массовые средства информации. Признавая общее, нельзя не видеть того, что КПСС существенно отличалась от других партий. Ее отличие было связано с тем главным обстоятельством, что она с самого начала после завоевания власти была единственной партией, не разделяющей ни с кем своего монопольного положения в государстве и не взаимодействующей на равных ни с одним общественным объединением или организацией. Думаю, что мы лукавим, когда утверждаем, что однопартийность в России сложилась в силу исторических обстоятельств и что возможно было развитие советского общества и на многопартийной основе. Сталинизм антидемократичен по своей сути, он мог существовать только в условиях партийной гегемонии, жестокой диктатуры, и потому многопартийности после октября 1917 года в истории советского общества места просто не было. В этом исток всех последующих деформаций и потерь партии, ее неизбежных бед и трагедий. В этом же потенциальная неизбежность в исторической перспективе политического кризиса и крушения КПСС.
Изменения в партии, ее внутренняя эволюция последних лет неразрывно связаны с перестройкой. Сейчас уже все – и левые, и правые – согласны с тем, что перестройка была вызвана объективной необходимостью ускорения социально-экономического развития советского общества. И как бы мы к ней теперь ни относились, она была неизбежной, ибо в экономических и социальных отношениях, науке и культуре назрели проблемы, требующие радикальных перемен, принципиальных решений. Инициатором этих перемен выступила партия, что было вполне естественно, ибо в то время никому другому эта инициатива просто и не могла принадлежать. Я разделяю мнение Н. И. Рыжкова и некоторых других о том, что основные, принципиальные положения перестройки были подготовлены еще в 1983 и 1984 годах по инициативе Ю. В. Андропова. На апрельском Пленуме ЦК 1985 года и XXVII съезде КПСС, в феврале 1986 года, идеи ускорения социально-экономического развития были одобрены и приняты как курс партии на перестройку всех сторон жизни советского общества.
Конец ознакомительного фрагмента.