Чтение онлайн

Когда я открываю их, мой взгляд падает на библию, лежащую там, книга в кожаном переплете с золотым тиснением, насмешливо смотрящая на меня.

Напоминание о моей прежней жизни, столь отвратительно своевременное в ее присутствии, вызывает во мне волну ярости. Я хватаю библию и разворачиваюсь, с криком швыряя ее в стену. Я никогда не умела хорошо прицеливаться, так что, вероятно, только по чистой случайности она попадает в распятие на стене.

Крест и библия с глухим стуком падают на пол за кроватью.

Кто-то стучит в дверь, заставляя меня подпрыгнуть.

— Эй, что здесь за шум?

Я ожидала услышать, что Пип все еще стоит в коридоре на страже. Вместо этого в комнату доносится голос Ди.

Смахивая слезы, я щелкаю зубами от досады на саму себя.

Звенят ключи, и замок на двери щелкает, прежде чем она толкает дверь, открывая ее.

— Что здесь происходит, тебя что убивают?

— Что? — я моргаю, глядя на нее, затем отворачиваюсь, надеясь, что она не видит слез в моих глазах. Я всегда ненавидела показывать Ди какие-либо признаки слабости. Во всяком случае, мысль о том, что она знает, что секунду назад я рыдала, как ребенок, заставляет мои внутренности сжиматься еще сильнее, теперь, когда я потеряла перед ней лицо.

Ди входит в комнату. — Ты кричала несколько минут назад. Черт, это звучало так, как будто тебя здесь убивали.

— Извините, мэм.

— Ты все еще играешь в эту игру, не так ли? — она качает головой, глядя на меня, только она не выглядит удивленной или любопытной, как раньше, когда я ее так называла. Теперь она выглядит раздраженной. — Ангельский поступок на меня не подействует. Брось это.

Я опускаю плечи. Эти слова ранят сильнее, чем она, вероятно, могла бы подумать. Я сопротивляюсь бессмысленному желанию сказать ей, что это не притворство, и что я не пытаюсь набрать с ней очки.

— Двигай своей задницей. Ты помогаешь в баре, — она поворачивается к двери.

— Так рано? — зевая, я бросаю взгляд на разгорающийся рассвет.

После того, как Спайдер оставил меня, я провела всю ночь, ворочаясь с боку на бок, и сны о Саре и Джейкобе преследовали меня во сне.

Ди приподнимает бровь. — О, мы нарушили твой прекрасный сон, принцесса? Ты не гость. Все женщины здесь сами решают свои проблемы, Эмма.

Я вздыхаю, но она игнорирует это.

— Это твое имя, верно? — добавляет она, ее тон сочится сарказмом. — Или это тоже подделка?

Я отшатываюсь, как от пощечины. В течение нескольких недель с тех пор, как Спайдер перевернул мою жизнь, отношения между мной и Ди были далеко не приятными. Она разговаривала со мной только тогда, когда была вынуждена, отдавая приказы, когда я работала в баре или убирала комнаты в Каспере, но больше почти ничего не говорила. Я не забыла, что она ударила меня достаточно сильно, чтобы повалить на пол в первый рабочий день, когда я была там. После того первого дня она была холодной, но не злой. Сегодня она кажется особенно холодной, больше похожей на тот день, когда ударила меня.

Старое, знакомое чувство вины за то, что я предала ее, сжимает мою грудь. Все, что она сделала для меня, возвращается, и я задаюсь вопросом, не вызван ли ее новый гнев тем, что она узнала, что я снова планировала сбежать.

— Где Спайдер? — спрашиваю я. Мысль о том, чтобы встретиться с ним лицом к лицу после прошлой ночи, оставляет меня опустошенной, и я не хочу быть застигнутой им врасплох.

— Не твое дело. Любопытная маленькая воровка.

Я ничего не говорю, но эти слова режут мне сердце. Вы бы никогда не подумали, что когда-то мы были друзьями.

— Я думаю, тебе нужны свежие полотенца для душа. Я пойду принесу тебе немного, — добавляет она отрывистым голосом.

Ну, я полагаю, было глупо ожидать, что она мне расскажет.

— Спасибо.

Она закатывает глаза и качает головой, как будто принимая мою благодарность за то, что я еще больше подлизываюсь. Она уходит, и дверь с треском закрывается.

По крайней мере, на этот раз она не ударила меня в челюсть.

В ванной я замечаю, что там нет окна, в отличие от того, что было в комнате Спайдера. Не то чтобы это имело значение. Я нахожусь на втором этаже. Если было трудно убежать из Каспера, то здесь, вероятно, это невозможно сделать, когда так много людей.

Я снимаю рубашку Страйкера. Чистя зубы, невозможно не заметить полузажившие порезы в форме паутины на моей груди. Вероятно, это займет у меня много времени и оставит шрамы, которые никогда полностью не исчезнут.

Я буду вечно ждать, пока они полностью исцелятся, и даже когда они это сделают, я буду отмечена им навсегда.

Я заканчиваю чистить зубы и опускаю зубную щетку в стакан на раковине.

Вопросы вертятся у меня в голове, пока я думаю о Ди. Рассказал ли ей Спайдер, что произошло после того, как мы ушли из Каспера? Неужели ее возобновившаяся враждебность ко мне вызвана желанием защитить Спайдера? Или это более фундаментальное чувство лояльности к клубу в целом? Я полагаю, это не имеет значения. Так или иначе, пойдя против уважаемого члена клуба, я потеряла то немногое уважение, которое приобрела с тех пор, как украла те чаевые.

К тому времени, как я включаю душ и даю воде нагреться, Ди возвращается. Она стучит в закрытую дверь ванной. Я приоткрываю ее, и она засовывает в отверстие полотенца вместе с расческой.

— В душе есть шампунь и мыло. Поторопись. Есть над чем поработать. Ты зря тратишь время.

— Спасибо, — бормочу я.

Она бормочет что-то в ответ, но шум льющейся воды заглушает его.

— Здесь для тебя есть чистая одежда, — хрипло добавляет она.

Как только я заканчиваю мыться тем же мужским шампунем и мылом, что и прошлой ночью, я заворачиваю волосы в одно полотенце и вытираюсь другим. Затем я выхожу в спальню.

Я вздрагиваю и хватаюсь за грудь. Ди заправляет кровать, взбивает подушки. Я ожидала, что она уйдет.

— Нервничаешь, воровка?

Я закатываю глаза.

— Почему ты это делаешь? — я киваю на кровать, с которой она заканчивает.

Среди женщин в клубе существует иерархия, и я уже давно поняла роль Ди в этом — в нашем клубе она альфа-самка, отвечающая за девочек. Обычно девушки более низкого ранга убирают мужские комнаты и готовят еду. Такие женщины, как Моника, Сасси и я. Кроме того, я подумала, что она захочет проводить со мной в одной комнате как можно меньше времени.

Она пожимает плечами, поправляет бумаги на столе и придвигает стул. — Привычка, я, полагаю. Я вижу кое-что, о чем нужно позаботиться, и я это делаю. Это сводит Снейка с ума.

Я моргаю, глядя на нее. На минуту она показалась мне прежней Ди, приветливой, лениво болтающей о своем муже, как будто я все еще та девушка, которую она взяла с улицы и с которой обращалась как с другом.

Она внезапно отводит взгляд, как будто забыв, что должна ненавидеть меня.

Я хватаю одежду, которую она оставила на стуле — пару выцветших узких джинсов, черный укороченный топ с лямками, пересекающими спину, трусики и носки — и направляюсь в ванную.