Чтение онлайн

— Всё, идите отсюда, — женщина махнула рукой Айви. — Я его забираю. Все вопросы потом! — и она шустро повезла каталку назад в комнату.

— Ладно, потом разберемся, — Айви придержала дверь и прикрыла ее за врачом. — А наши здесь? — спросила она у дежурного.

— Принесли троих тяжелораненых и двоих привели на своих ногах, — ответил тот. — Твои — молодцы, как всегда.

— Отлично. Они там? — получив утвердительный кивок, она прошла в конец коридора, где располагалось помещение для отдыха. Ее ребята сидели там и пили энергетический напиток.

— Молодцы, — сказала Айви, входя и принимая из рук старшего из церковников — Лютика — стакан с энергетиком. — Что там было?

— Жуть там была, — вздохнул Лютик. — Трупов — штук пятнадцать. Огонь, огнестрел. Кто это был, непонятно. Не Факельщики, или как минимум — не только они… Пришлые, может?

— Вот еще не хватало, — поморщилась Айви. — Пойду, доложу Учителю…

Выйдя из Прибежища, Айви быстрым шагом направилась в монастырь. На душе у нее было как-то особенно неспокойно. Что-то менялось в городе… И идя к Учителю, она больше, чем обычно, боялась предстать перед ним и встретиться с ним взглядом.

— Да, — Учитель молча выслушал доклад Айви и отвернулся к высокому стрельчатому окну. — Ты права. Что-то меняется, что-то назревает… И потому… — он резко развернулся и уставился на нее своими очень светлыми, пугающими глазами. — Я отстраняю тебя от патрульной работы. Командование твоим отрядом переходит к Жуку. С сегодняшнего дня.

— Что-о-о? — Айви никак не ожидала подобного развития событий и от изумления даже сделала не полагающийся по этикету шаг в сторону Верховного командира.

Учитель грозно сверкнул глазами, и Айви, смешавшись, отступила.

— Но… как же так? Вы же сами говорили, что мой отряд — один из самых эффективных. Что именно мы приводим больше всего здоровых и биоматериала. Что у нас самые низкие потери за последние полгода… Выходит, я недостаточно хороший командир? — голос Айви предательски дрогнул.

— Не говори ерунды, — Учитель коротко глянул на нее и снова отвернулся к окну. — Ты прекрасно знаешь, почему я это делаю… Вынужден делать. Даже в ущерб интересам ордена и… Вразрез со своей оценкой твоих действий. С сегодняшнего дня ты зачислена в отряд охраны Прибежища. Иди и доложись Пауку. Он введет тебя в курс твоих новых обязанностей.

Не может этого быть! — вырвалось у Айви, и это была уже ошибка. Учитель резко обернулся к ней.

— Что ты сказала? Неповиновение?..

— Нет, — Айви наклонила голову, чувствуя, как от лица отхлынула кровь. — Слушаюсь… Учитель. Разрешите идти?

— Иди, — слово Учителя упало, как сорвавшийся с полотенец гроб падает в могилу.

Айви, не поднимая глаз, медленно вышла из кабинета Верховного командира.

Погода окончательно испортилась, и на выходе из монастырского здания Айви встретил порывистый ветер, кружащий по мостовой и швыряющий в лицо пыль и мусор. Небо заволокло тучами, запахло дождем. Айви опустила со лба защитные очки, но ветер бросал горсти мелких песчинок, казалось, сразу со всех сторон, и глаза немедленно зачесались, заслезились… Конечно, от пыли. От чего же еще?

Недовольно щурясь, Айви пересекла двор, направляясь к зданию Прибежища. Ее отряд… да к черту, бывший отряд! — еще сидел там, в комнате отдыха, и ждал своего командира. Уже больше не командира. Всё, с сегодняшнего дня больше не будет недовольства тем, что «Айви наша что-то совсем озверела, не иначе как женские дни скоро». Не будет произнесенных полушепотом, но — случайно или намеренно — так, чтобы она все же услышала: «Да сколько можно, ненормальная, себя не щадит — людей своих поберегла бы» и «Слушаюсь, командир… Черти б тебя разодрали, истеричка». С сегодняшнего дня их командир — адекватный мужчина с крепкими нервами, стальными мышцами и безупречной воинской подготовкой. Умеющий обращаться с любыми вида огнестрельного оружия и не зеленеющий при виде крыс в канализационных тоннелях.

Радуйтесь…

Айви оттянула повязку, сплюнула — казалось, пыль проникала даже сквозь плотную ткань — и решительно зашагала к выходу из монастырского двора.

Официально снять с себя полномочия можно и завтра. У нее смена кончилась полчаса назад.

Айви жила в Старом городе, в крошечной квартирке, доставшейся ей от бабки по матери. Бабушка, к счастью своему, умерла от старости всего за месяц до начала эпидемии, и внучка, приехавшая на похороны — и заодно на каникулы — так и осталась жить в обшарпанной, пропахшей духом старости комнатке на третьем этаже старинного здания с лепными украшениями в виде жутких голов химер.

Куда угодно, только не в отцовский дом.

К тому времени Айви уже третий год училась в университете ближайшего крупного города и возвращаться домой на каникулы не планировала — ее ждала практика на раскопках древних усыпальниц в горах на севере страны. Но не приехать на похороны бабушки Люсии она не могла. А потом не смогла уехать — город словно умолял ее побыть с ним еще немного. Будто чувствовал…

А к концу лета разразилась эпидемия, и Город попал в изоляцию. Уехать оказалось невозможно. Тогда Айви и порадовалась, что не согласилась ни на одно из заманчивых предложений купить бабушкину квартиру.

За пределами карантинного кольца какое-то время продолжалась нормальная жизнь: в Город поступала электроэнергия, которую вырабатывала электростанция в соседнем городе; через оцепление передавали цистерны с горючим, контейнеры с едой и медикаментами. А через полгода связь с внешним миром прервалась — ситуация "снаружи" стала еще более катастрофической. Люди вымирали сотнями и тысячами каждые сутки, выжившие разбегались куда глаза глядят — чтобы заболеть в пути и напасть на своих товарищей по несчастью или самим умереть от их рук.

Близлежащие населенные пункты полостью обезлюдели. Город, видимо, спасло от подобной участи уникальное соседство в сравнительно небольшом поселении военной и медицинской академий, а также влиятельной епархии Церкви. Постепенно жизнь в Городе наладилась — насколько это было возможно: группа инженеров из военного гарнизона добралась до электростанции и смогла запустить гидротурбины. Теперь Город был обеспечен электричеством в достатке; им повезло, что электростанция оказалась не тепловой или атомной. Впрочем, постепенно выработка электроэнергии все же сокращалась: детали машин изнашивались, а взять замену было негде; экспедиция, отправленная на завод — в другой конец страны — так и не вернулась. Подходили к концу запасы смазочных и охлаждающих материалов. На сегодняшний день — спустя пять лет с начала эпидемии — бесперебойным электроснабжением обеспечивались только больницы и научные учреждения. В жилые дома электричество подавалось на четыре часа в сутки: на час утром и на три — вечером.

Центральное отопление давно не работало: котельные в Городе питались углём, который добывался на другом конце страны, и запасов в близлежащих городах хватило только на два года. К счастью, климат в районе расположения Города был мягким, и температура зимой редко опускалась ниже минус пяти по Цельсию. Горожане начали строить в домах печки и обогреваться чем придется: всё, что горело, шло в топки, а жители Ветошей за рекой обогащались, разбирая свои сараюшки и прочие не очень нужные постройки на доски и бревна и выменивая на них еду, медикаменты и другие полезные вещи. Развитие кустарного печного отопления привело к нескольким масштабным пожарам в районах плотной застройки — как же без этого.