Чтение онлайн

– Мери? – Было так странно слышать от него свое имя. Обида всколыхнулась во мне, встав комом поперек горла. Я так и не смогла забыть его предательства. Оно жило со мной все это время, обвиваясь у горла гремучей змеей. Боль, причиненная чужими, потупляется и проходит, остается только память. Но раны, нанесенные родными, не заживают никогда.

Поняла, что не могу говорить с ним. Невыносимо даже стоять рядом, смотреть в его глаза. Я снова была той, которую старший брат упрашивал помочь ему. Моя неспособность ему отказать оказалась фатальной ошибкой, перечеркнувшей все. Если бы не он, ничего бы не произошло. Я бы не пошла в тот клуб, не встретила Дмитрия. Ничего бы не было…

Закрыв на мгновение глаза, постаралась избавиться от мучительных «если бы», которые поочередно лопались, словно мыльные пузыри.

Я тут только ради бабушки. Все остальное не имеет значения.

– Пропусти, – пронзив его испепеляющим взглядом, произнесла уверенно. – Я приехала к бабушке, – специально разговаривала по-русски, чтобы Игорь мог все понять. Прозвенел последний звонок, занавес бесшумно открывается. Тишина. Зрители замерли в ожидании. Свет. Второй акт спектакля начался.

Гампров называют Армянскими волкодавами. Животные крупных размеров: 67-77 см. Первое название переводится как «сильный» или «мощный». Порода аборигенная, не изменила внешний вид и характер с момента приручения (примечание автора)

 Дмитрий

Тошнотворный запах лекарств, болезней и смерти был повсюду. Белые безликие коридоры давили на меня, вызывая приступ клаустрофобии, а постоянный, отзывающийся эхом, писк мониторов сверлил мозг. Чувствовал себя зверем, загнанным в ловушку. Куда бы ни повернул – напрасно, меня уже окружили и держали на прицеле. Липкий пот выступил на коже и распространялся по всему телу, захватывая все больше территорий. Осознание происходящего накрывало медным куполом, перекрывая мне воздух. Голос Игоря звучал на повторе, снова и снова возвращая на мокрую от дождя трассу. Почему он позвонил? Неужели, братец хотел спасти мне жизнь?

В том, кто стоит за покушением, сомнений не было. От пустых угроз Юрий перешел к активным действиям. Ему прекрасно известно, что я не стану обращаться в полицию, не буду просить у законников помощи. Но, чтобы попытаться убить? Черт возьми, этого я точно не ожидал.

Прикосновение Макса к моему плечу развеяло туман перед глазами. Друг стоял рядом с накинутым на плечи белым халатом. На лице – маска без каких-либо эмоций. Мы оба находились на грани, только он, в отличие от меня, еще сохранял некое подобие спокойствие. В конце концов, пуля предназначалась не ему…

– Ты как? – С трудом уловил смысл его слов. Ощущение, что я оглох или потерял способность мыслить. Вроде вижу, как шевелятся губы Полякова, но не понимаю, чего от меня хотят.

Неопределенно качнул головой и встал. За последние полчаса (или больше?), – я потерял счет времени, что находились в одной из частных московских клиник, буквально прирос к голубому кожаному диванчику. Мышцы за это время затекли, ноги немного дрожали. Чувствовал себя так, словно беспробудно бухал на протяжении недели, не меньше, хотя, спиртное не употреблял уже несколько месяцев. Отказался от алкоголя, даже курить бросил. Из-за Мери. Ей не нравился запах сигарет, а мне чертовски хотел понравиться ей…

Кажется, это было вовсе и не со мной. Рядом с ней я был другим, становился мягче, менялся в лучшую сторону. Но стоило ей отвернуться от меня, как тучи собрались над головой. Буря, которую я так ждал, нагрянула без предупреждения.

– Что с парнями? – Слова застревали в горле, превращаясь в горький, пропитанный ядом, ком. Замерев у окна, смотрел на парк перед больницей. Капли дождя медленно стекали по пластиковым окнам, напоминая слезы. Небеса плакали, смывая человеческие грехи и грязь их бытия. Но поможет ли нам это? Лично мой мир уже давно прогнил изнутри, покрывшись мхом и плесенью.

– Тимур отделался легким сотрясением и парой царапин, – сообщил друг. Пока он говорил, судорожно перебирал в памяти имена своих новых сотрудников, пытаясь соотнести их с образами тех, что встречали меня в аэропорту.

Фотографии мужчин с краткой информацией о каждом, которую собирала моя служба безопасности, замелькали перед глазами с невероятной скоростью. Наконец, появилось одно совпадение. Вспомнил досье на водителя. Кудашев Тимур Германович – тридцать пять лет, женат, двое детей.

– Пусть свяжутся с его семьей, – произнес, не оборачиваясь. – Выпиши ему компенсацию и пусть пару дней отдыхает. Все расходы мы возьмем на себя.

– Об этом даже говорить не нужно было, – подхватил Макс. – Я уже позвонил его жене, она скоро будет, – короткая пауза. Готовит меня к новому потрясению, но в этом нет смысла. Я уже давно прокручивал произошедшее в голове и сопоставлял все факты. – Стреляли по колесам с пассажирской стороны, – с трудом выдавил из себя. Спиной чувствовал его напряжение. В воздухе витал запах страха.

– Их целью был я, – помог ему. – Они хотели припугнуть, показать, на что способны. Но не знали, что в машине буду не я…

Снова молчание. Все звуки отошли на второй план, утонули в общей какофонии.

– Что с телохранителем?

Телохранитель… Ужасное слово. И как точно соответствует нашей ситуации! Казалось бы, посторонний человек, о котором мне известно лишь минимум информации. Пришел на работу, все как обычно. И на тебе. Всего несколько секунд, и оказался на волоске от смерти. Почему? Потому что занял место шефа…

– Романа ранили в плечо, – начал Макс. – Пуля прошла по касательной. Пара переломов, повреждения внутренних органов… Повезло, что мы рядом оказались и вовремя вызвали «скорую».

Он не стал договаривать. Смысл? Мы оба прекрасно осознавали, чем все могло закончиться. Несколько пресловутых «если» перевернули всю ситуацию с ног на голову.

– Ту машину надо найти, – отогнав прочь кровавые картины, нарисованные моим красочным воображением, попытался мыслить трезво. – Подними всех, надо будет, перероют всю область, но найдут мне стрелявших. Журналистам ни слова. Не хочу никакой огласки, – представил толпы репортеров, которые будут преследовать меня по пятам, и поморщился. Этим падальщикам только дай поводё растерзают на месте. – Процесс по отстранению действующего совета надо начать немедленно.

Говоря о работе, почувствовал себя увереннее. Ступор, в котором находился, начал отступать. Мозг заработал в прежнем режиме. Устав компании предусматривает такую возможность. Отец продумал все, прежде чем вручать мне контрольный пакет в «Swan’s Architecture». Генеральный директор имеет полное право распустить совет директоров, при условии, что за ними сохранятся их акции и ежемесячное содержание. Все просто. Я продолжу платить им, но в моей компании они уже не будут иметь права голоса.

– Что скажем полиции? – Макс подошел ближе и встал рядом. Выглянул в окно, пытаясь понять, что привлекло мое внимание.