Чтение онлайн

Но в этот момент случается неожиданное. Принц Генрих поворачивается всем корпусом чуть левее и смотрит куда-то за спину своего противника.

– О, неужели это и есть та самая знаменитая «ледяная роза Винтерстоуна»? Прекрасная, но неприступная… Наслышан о вашей непревзойдённой красоте, но рассказ не передавал и малой её толики!

И все как один, всё людское море у подножия земляного вала, окружающего Замок, оборачивается, чтобы увидеть потрясающее, волшебное зрелище.

Как с крутого холма вниз к нам спускается тоненькая, хрупкая фигурка. Девушка в нежно-синем платье, пышную юбку которого изящно придерживает одной рукой. Её тёмные волосы треплет ночной ветер. А вокруг пляшет сонм живых волшебных огней, разгоняя темноту и окружая девушку магическим, потусторонним светом.

В этом ореоле она кажется призраком, прекрасным видением, сотканной из снов.

Останавливается, испуганно смотрит на толпу. Нетерпеливым движением руки гасит огни. И теперь все до единого присутствующие, даже самые большие тугодумы, мне кажется, поняли, что дело пахнет самой настоящей магией.

Но какая же Кэти всё-таки красивая! Бледная, с плотно сомкнутыми губами и лихорадочным блеском огромных тёмных глаз, но безумно красивая.

И кажется, младший принц это тоже оценил. Его улыбка становится шире.

– Граф, вы успели уже сорвать этот прелестный цветок? Если нет, возможно у меня будет шанс лично выразить леди своё восхищение.

Я ужасно смущаюсь от подобных скабрезностей. Не представляю, каково самой Кэти. Вижу по её лицу, что подруга сейчас лично бы открутила голову Генриху, не снимая бальных перчаток – если б не даргари. А так – ей придётся встать в очередь.

Потому что первый в этой очереди, граф Винтерстоун, от подобных слов в адрес своей девушки приходит в такую холодную ярость, что кажется, даже воздух вокруг него темнеет.

Он молча сдвигается на площадке так, чтобы своей массивной фигурой закрыть Кэти от взгляда принца. Поднимает меч, и кончиком его красноречиво указывает Генриху в грудь. И от этого молчания, от того, как он предпочитает не тратить лишних слов, ещё страшнее. У меня аж мороз по коже. На месте младшего принца я бы не стала злить такого противника!

– Генрих умышленно говорит то, что выведет графа из равновесия, - комментирует король специально для меня. – Хочет заставить его совершить ошибку. Надеюсь, мой друг не поддастся на столь очевидную провокацию. Хотя… каких только глупостей мы не совершаем, когда дело доходит до велений сердца! Разум в такие минуты обычно замолкает.

Я потупилась.

Мне ли не знать.

Резко вскидываю голову, когда звенит сталь. За своими невесёлыми мыслями едва не пропустила момент, когда граф делает бросок и решительный выпад в сторону принца. Почти достаёт его! Мне кажется, Генрих больше не будет улыбаться. Иначе рискует проиграть поединок, едва начав его. Я была права – граф Винтерстоун в ярости, это смертоносная машина.

Машина эта обрушивается на принца, который осмелился посягать сразу на два его главных сокровища, во всей своей неодолимой мощи. Я как завороженная смотрю на поединок, и очень быстро понимаю, что в графе, кажется, и впрямь воплотился дух его великого предка, Роланда Победителя Чудовищ.

Потому что то, что творит на поле боя этот рыцарь – вовсе не драка и даже не поединок.

Это настоящий танец. Стали и крови, жизни и смерти.

Оглядываюсь пару раз – Кэти смотрит на всё это, прижав ладони к губам. Я боюсь даже представлять, что она сейчас чувствует. Как бы я умирала от тревоги, если бы сейчас там, на поле боя, был самый дорогой для меня человек?

Невольно жмусь ближе к трону. Самую капельку – так, чтобы никто не заметил.

Король слегка поворачивает голову в мою сторону.

– Он победит, не волнуйся. Понятия не имею, что за чары на него набросили и кто, но его железная воля с каждым мгновение всё упорней разрывает эти цепи. Наверное, присутствие мисс Кэтрин Лоуэлл сказывается благотворно. И… погляди-ка, да!..

Хьюго стискивает подлокотник.

Я снова перемещаю взгляд на поле боя – как раз вовремя, чтобы заметить, как острие клинка графа Винтерстоуна всё-таки находит свою дерзкую добычу. Жалит под край латной перчатки принца, и оружие выпадает из его руки. Из-под края наручей Генриха на землю падают крупные капли крови. Он морщится. Винтерстоун опускает меч. Окрашенный алым клинок вкусил свою награду. Оскорбление отомщено. Замок ледяной розы остаётся в руках законного владельца, а притязания младшего принца на престол отвергнуты волей богов – ведь всем известно, что именно они раздают победы и поражения в ритуальных поединках.

Аплодисменты придворных, которыми разрывается тишина, кажутся мне не совсем уместными там, где только что пролилась кровь. Но ведь им какая разница – не их кровь ведь пролилась… а они получили роскошное зрелище, о котором будут рассказывать всем вокруг, как только вернутся домой. Возможно, даже внукам и правнукам когда-нибудь.

А меня начинает мутить.

Поверх аплодисментов и хора голосов, обсуждающих бой, прокатывается трубный звук. Это королевский глашатай в короткой мантии до колен, украшенной гербом Его величества, выходит вперёд.

– Сэр Рональд Винтерстоун в честном бою одолел противника и объявляется победителем даргари! Да будут все здесь присутствующие судьями и свидетелями этого знаменательного события!

На меня накатывает непередаваемое облегчение. Неужели – всё?!

Мою руку вдруг находит и крепко сжимает широкая мужская ладонь.

– От меня ни на шаг. Сейчас будет решающий акт этой драмы. Я так и думал, что наши гости с Материка не смирятся так просто с поражением.

Расширенными от удивления глазами смотрю на то, как левая ладонь Хьюго ложится на гарду меча, что висит у него на поясе. Он хмурится, и потемневшим от гнева взором смотрит… туда, где из шеренг конных воинов по другую сторону от поля боя отделяется одна из лошадей.

И старик де Меритон разражается тирадой на всю округу:

– С какой стати эти ваши разборки внутри захудалых ветвей древних родов должны касаться нас, истинных высокоблагородных дворян Материка? То, что один никчёмный принц, изгнанный из собственного королевства, чего-то там проиграл и поранил ручку, ни к чему нас не обязывает!

Войско, которое он привёл, немедленно разражается одобрительными воплями. Щиты подняты, копья тянут хищные клинки в ночное небо, глаза пришлых воинов сверкают алчностью. Как быстро для меня они стали чужаками, посягающими на то, что мне дорого – а вовсе не соплеменниками… Но осмысливать эти, произошедшие со мною метаморфозы, времени нет.

У меня сердце уходит в пятки.

Всё-таки Материк решил побороться с династией Ледяных Островов за первенство. Сбросить вассалитет и воспользоваться этими «разборками» королей в свою пользу.

Неужели все наши попытки изменить ход истории тщетны, и здесь и сейчас мы присутствуем при начале большого кровопролития?

14.2

Я вздрагиваю, когда меня накрывает мощной волной чужих эмоций. И не сразу понимаю, что это – его. Короля. На мгновение даже опасность сползания наших стран в жестокую кровавую смуту отходит на второй план, так сильно я удивлена и ошарашена.